That boy he takes my breath away, I can't find the words to say



So I wrote this little note, kiss it, seal it, so you know

имя и прозвища

ранг и возраст

принадлежность

Уцу | Utsu | 鬱 Мрак Суми-э/Суми | Sumi-e/Sumi | 墨絵/墨 Жанр искусства - рисование тушью по мокрой бумаге. Суми - тушь, э - картина.

Генин 17 y.o. | 25.11.611 Мужской

внешность, отличительные черты, манера поведения

Рост: 175 см Вес: 63 кг Цвет глаз: голубовато-серый Цвет волос: красный - крашенный в черный Цвет кожи: болезненно бледный Расположение протектора селения: на плече Отличительные черты: обилие родинок, шрамы от операций: под грудью на левом боку, на правом боку в районе последних ребер

---

[The Summer Hikaru Died - Tsujinaka Yoshiki]

С виду - правильный. Хороший для шиноби рост, но силуэт как изящная, ломаная картинная рама [неправильный]. Короткие ухоженные волосы, но челка столь длинная, что лезет в глаза [неидеальный]. Светлая кожа, вернее, при ближайшем рассмотрении, мертвенно-бледная, с сетью серых вен, выделяющихся на руках [чужеродный]. Тело имеет множество родинок, на лице выделяются три: одна под правым глазом, одна на левой щеке и одна под левым уголком губы [меченный]. Шрамы от двух операций [порченный]. Глаза голубовато-серые как дождливое небо. Взгляд его - как болото [жуткий] полное вязкой, склизкой тины. Он не смотрит на окружающих [отрешенный], он смотрит прямо в день их смерти. На лице, лишенном эмоций, невозможно задержаться, не попав в ловушку этих двух темных дыр. Его лицо - гладкая стена, на которой лишь глаза имеют детали [выжженный].

Явно - сломанный. Движения - невесомые, касания - неосязаемые, эмоции - инородные. Уцу всем своим видом создает ощущение что перед вами не человек [искусство]. Он напоминает мимолетное воспаление мозга в момент перед смертью, просто галлюцинация, двигающаяся неестественно изящно. Он - не жнец, он - нечто за гранью человеческого понимания, от которого жнец спасает души. Пальцы его длинные и тонкие, как сенбоны [напитанный ядом]. Эмоции - резкие, даже брови нахмурить - разбить стекло вдребезги [острый]. Голос Уцу - хриплое завывание ветра на ночном кладбище [морозный]. В одежде нижним слоем носит бадлон без рукавов, который закрывает шею, поверх же надевает черное хаори, с укороченным глубоким рукавом, в который можно прятать вещи. Внизу предпочитает обычные штаны шиноби, все также черного цвета, в сочетании с такой же общепринятой удлиненной обувью.

[The Summer Hikaru Died - Tsujinaka Yoshiki]

характер персонажа

Характерные черты: Меланхоличность | Мизантропия | Артистизм | Эгоизм Хобби: Чайные церемонии, хокку, рисование тушью, чтение морали не совпадающей с общепринятой моралью Любит: Острые такояки, ощущение свободного падения, музыку флейты, хорошие сражения Не любит: Проблемных людей, нравоучения, свое существование Страна/деревня: Патриотизм Уцу искаженный и эгоистичный. Он предан своему опекуну - а его опекун предан селению и стране, поэтому нет иного исхода - как быть преданным и им. Это не альтруистическая преданность, он не мечтает отдать свою жизнь во благо этого места, не желает страдать за грехи своего селения, однако он исполняет приказы и готов работать тем самым винтом в системе. Уцу - инструмент в чужих руках и его это полностью устраивает. Но теплые чувства, принятые к собственному селению, он не испытывает введу неприязни к людям окружающим, за редким исключением. Ремесло ниндзя: В отличии от страны, ремеслу ниндзя он предан по своей воле, а не принужденно. Этот мир открыл ему желанный путь к тому, что ему действительно нравилось - опасному искусству. Именно ради того, чтобы и дальше иметь возможность сражаться собственным искусством, он будет добровольно подчиняться вышестоящим и бесконечно самосовершенствоваться. Не ради благой цели, но ради себя самого. Несмотря на то что на первый взгляд может показаться, будто Уцу не умеет испытывать эмоции, это не так. Ему знакомы все человеческие чувства, начиная от искренней радости, заканчивая яростью [раздражение]. Они лишь выражены не так активно и не перед всяким [не в стае]. В его видении мира далеко не каждый человек достоин того, чтобы на него тратили эмоции. В связке с его общей меланхоличностью его кислое лицо — яркий сигнал к его полному безразличию к человеку [лишь пустой лист]. Чаще всего к окружающим его людям, которые даже не контактируют с ним, он ощущает лёгкое раздражение — просто за факт их существования [они не имеют смысла]. Он эгоистичен и жаден, когда дело касается его самого: в первую очередь обеспечивает свой комфорт, физический и эмоциональный [не приближайтесь]. Однако изменения прослеживаются очень явно, когда дело касается людей, которые хоть немного интересны [пусть покажут больше]. Его лицо выражает куда больший спектр эмоций, хотя его точно нельзя назвать экспрессивным. Именно здесь начинается его язвительность, саркастичность и жадность до чужих эмоций [эта улыбка тебе не принадлежит]. Он — выкрученный на минимум магнитофон, и оттого желает слышать громкие звуки чужих эмоций. Но лишь в определённом виде и тогда, когда он сам этого желает. Его артистизм — не взрыв фейерверков, это тихий шепот ветра, это тонкая мелодия флейты. Он предпочитает касаться сам, не позволяя другим делать этого в ответ. Что в физическом, что в духовном плане. В его стиле — пожирать чужие эмоции, не отдавая свои [голод]. Уцу не жесток по своей натуре, он не любит боль — ни получать, ни причинять [ярость — для аборигенов]. Сражения — это танец, сражения — это волны эмоций, сражения — это запах чужого страха. Кровь — грязное последствие [мерзость]. Чужие смерти — не его интерес. Безразличный к чужой судьбе, он всё равно не терпит бессмысленных убийств. Он способен на жалость к убогим [убивать — скучно], если уже получил от них все желанные для себя эмоции. Он способен на спасение [герой], если жертва заинтересовала его. Жаль ли ему детей [возможно]? Жаль ли ему взрослых [безразлично]? Он кормит лишь свой интерес и любопытство, предпочитая сражаться только с сильными противниками. Собственные ранения — неудобство. Беспомощность — раздражает [стыдно]. Никогда не ждёт своего полного восстановления, даже если ранение серьёзное [тик-так]. Работа в команде — обременение, но с интересными людьми — награда. В его понимании нет разницы между сражением вместе и сражением против друг друга. Уцу плох в эмоциях. Его душа — неизведанные заросли [куда бежать?]. Он ещё не до конца знает себя сам, чтобы отдаться на ревизию другим. Некоторые эмоции — неожиданность [смущение], другие — неприязнь [жадность], третьи — раздражающие [привязанность]. Несмотря на собственную скупость в понимании своих эмоций, поглощая чужие, он учится. Верность, забота, долг, открытость [погружено во тьму неизвестности]. Он робко касается каждой новой собственной эмоции, пробует её на язык, смакует, не проглатывает, как чужие, хочет понять. Вновь и вновь сталкиваясь с внутренним неприятием [трус]. Но не спешит требовать от себя слишком многого — до тех пор, пока чужих сожранных эмоций хватает сполна [леность]. Он часто не видит себя как личность, которая принимает решение: он — лист, ожидающий, куда его унесёт ветер. И всё же — даже у тьмы есть основание, даже у урагана есть центр, даже у него есть принципы. Искажённые, не благородные, плавающие — но они имеются. Его забота — молчаливый удар по неправильно поставленной руке; его забота — оставленное открытое окно; его забота — невысказанное неуважение [тепло]. Несмотря на всю противоречивость собственных эмоций, он способен на дружеские чувства. Но его дружба — язвительная, его дружба — злобная [он не хотел]. Тепло, что излучают другие, пугает его до чертиков. Ему хочется сказать «прости», но с губ слетает лишь «умолкни, я понял». Он плох в выражении своих положительных качеств, но обладает ими [не безнадёжен].

биография & хронология

^{Наследие: Таюя.}

---

[611 г. - 616 г.]

Он не был первым_____________
Родился Уцу в крохотной деревушке относительно недалеко от Отогакуре. Морозной ночью, и крик его со взглядом ледяных глаз определили его имя. «Мрак». Шутка ли, иль единственная искренность его родителей. За год до того родился другой, слабый и безмолвный, наречённый «Гордость». И лишь эта самая гордость за свой первый, но неудачный плод породила самого Уцу на свет. Он — набор инструментов, он — набор запчастей. Рождённый только ради того, чтобы его органы послужили поддержкой, после того как родители узнали неутешительный прогноз местного врача. Просто дополнение, о котором заботятся не из любви, которого кормят для сохранности желудка, которому нельзя разбивать коленки и набивать первые синяки.

Уцу жил в социальной и физической изоляции, проводя большую часть своего времени запертым дома, в то время как его брата выводили на улицу каждый раз, когда у того хватало сил. Впрочем, благодаря этому он пристрастился к чтению и был достаточно развитым и самостоятельным с ранних лет. Читать и писать он учился сам, узнал впервые о чакре — тоже. Впрочем, понимать свои чувства и эмоции также приходилось в одиночестве. Это сыграло злую шутку.

Первую операцию по пересадке почки провели, когда Уцу было 5 лет.

[617 г.]

Его брат не был злом. Он был ребёнком — болезненным и слабым. Уцу тоже был ребёнком — нелюбимым и сильным. В шесть лет у него забрали лёгкое. Первое время было сложно, но о нём не заботились так, как о бесконечно больном брате. И это поселило в нём настолько глубокую и непостижимую для ребёнка ярость, что всё это вылилось в трагедию. Родители спешили — консультация с врачом, а «Гордость» нуждался в ванной. И у них был инструмент — второй сын. Уцу мыл брата, когда эта глубокая, тёмная дыра окончательно поглотила его разум. «Гордость» бился, «Гордость» царапал его руки, но был бессилен перед тем, у кого был почти полный набор органов и сила, которой не было у того с рождения.

Когда родители обнаружили охладевшее тело своего ребёнка и мокрого монстра, сидящего у ванной, гниль взрослых сердец не испарилась магическим образом, как пишут в сказках. Уцу избили до кровавых соплей, Уцу связали и долго несли, прежде чем выбросить. Уцу мог бы умереть от голода — если бы узлы на теле не были в спешке завязаны криво. Когда он пришёл в себя достаточно, чтобы встать, он просто шёл вперёд, не желая замёрзнуть насмерть в лесу.

Так он оказался в Отогакуре, где случайное стечение обстоятельств, в лице шиноби из полиции, дало ему шанс на жизнь. Выяснив косвенное, очень дальнее родство с шиноби по имени Эйджиро, последнего вызвали для участия в расследовании. Однако Уцу не говорил, откуда он — у него не было ни семьи, ни дома. Поэтому в конце концов он попал под опеку Эйджиро, с его доброй воли.

[617 г. – 623 г.]

Опекун отправил Уцу в Академию, где тот впервые попал в компанию своих одногодок. Почти дикому, почти нелюдимому, ему приходилось нелегко внезапно оказаться окружённым людьми. Но если обилие чужих эмоций и их яркость пугали Уцу, даже тут нашёлся тот, кто переплюнул всех и разом. И для этого ему понадобилось почти ничего — лишь быть похожим на призрака, на того самого брата, которого Уцу утопил собственными руками. Изначально испытывая лишь страх и неясную злость, Уцу сам не заметил, как их драки перешли в соперничество. Не заметил, как наличие этого коротышки под боком стало обыденностью. Возможно, он был тем самым братом, которого он желал, которому не нужно было отдавать свои органы, который мог хорошенько врезать, а потом посмеяться над какой-то глупостью. Это стало отправной точкой, где началась настоящая жизнь парня.

Выпустился он со всеми остальными, за исключением своего соперника, и тогда хорошо прочувствовал, что копировать и пожирать чужой образ намного легче, чем исследовать свой.

[623 г. – 628 г.]

По сей день Уцу исследует этот мир и себя, параллельно выполняя обязанности шиноби. Он ещё многого не понимает и часто тычется носом во все углы, пытаясь найти правильное направление.

активность

связь с вами

---

Зависит от вовлеченности, минимум 1 пост в неделю

тг — @Pledikcute