Рейтинг форумов Forum-top.ru
Рейтинг форумов Forum-top.ru

NARUTO: Exile

Объявление

лучший пост
Практически сразу после взрыва Русифа вылез из леса. По пути через мокрые кусты и деревья, читая молитву, он держал косу в правой руке, и готовился нанести атаку или защититься от вражеской; но этого не потребовалось. Жрец, увидев, с кем он сражается, ахуел. «Устрица? Ебаная устрица?!» — в мыслях удивленно вопрошал преступник, не теряя в бдительности и желании убить.

Манга, аниме "Наруто" (NC-21) • Локационка • август-сентябрь 609г.

• Вот и состоялся второй этап экзамена на чунина. До третьего этапа дошло восемь генинов. Всех желающих получить бесценный боевой опыт, просим отписаться на трибунах
• Сразу после завершения третьего этапа произойдет таймскип. Не забываем в своих постах оставлять дату отыгрыша.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NARUTO: Exile » завершенные эпизоды » [FB] добро пожаловать домой, сестра


[FB] добро пожаловать домой, сестра

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://i.pinimg.com/originals/26/d0/df/26d0df9075d59fdc7a3a1da2a99ab358.gif

описание: возвращение близкого человека домой и небольшие предостережения
радость встречи; страх и желание защитить друг-друга;

время, место: 609, март
раннее утро после дождя, клановое поместье Сенджу

участники: Senju Yasuo, Senju Tadashima;

Отредактировано Senju Tadashima (2020-06-18 01:02:19)

0

2

Ясуо думает о том, что произошло за прошедшие полгода и то, как это повлияло на нее. Очередная проверка на прочность, разлом границ – мир снова дал трещину и бледнолицая Ведьма из клана Сенджу не в силах ее залатать, потому что она не Бог.
Вся ее власть и возможность только в том, чтобы защитить привычный уклад ее мира и сделать тех, кто ей дорог – сильными. Она взрослая девочка и в состоянии понять, что взвалив на себя непосильную ношу скорее умрет, чем переборет армию в одиночку.

Ясуо Сенджу в самом деле сильна, но не всесильна.

Эта взращенная из семечка рациональность давно пустила корни в ее уме и сердце, а потому, чем старше она становилась, тем суровее и консервативнее оказывались ее суждения. Все новое и необычное в свою жизнь она впускала с неохотой, преображала под старый манер и требовала, чтобы ее видение ситуации было примером. Она знала, что это не всегда правильно, но бороться с собой было куда сложнее, чем с физическим врагом из плоти и крови.

Ясуо неприятно поморщилась, ощущая, как весенний пронизывающий мартовский ветер коснулся ее голых рук и щиколоток. Было раннее утро: небо еще серое, за которым совсем не видно рассвета, что, по обыкновению, наступал где-то к началу часа Кролика в это время года; недавно прошел дождь – воздух был холодным, пах озоном и влажной землей.  После нескольких долгих месяцев в стане врага она отучила себя нежиться в постели слишком долго, а потому, женщина с грустью подумала о том, как тяжело будет возвращаться в спокойный и мирный ритм жизни.

Туда, где она чувствовала себя спокойной и защищенной. Теперь, даже вернувшись в собственное поместье, она перестала ощущать тот привычный комфорт, когда возвращаешься домой после долгого отсутствия и пребывания на чужбине. Ее собственный дом казался Сенджу наполненным лишними людьми, работающими на давнего кровного врага.
Еще вчера вечером Ясуо велела принести ей домовую книгу и расходы поместья за тот период, что она отсутствовала, чем вызвала неудовольствие и негодование нескольких пожилых дам дома Сенджу и несколько оторопевший взгляд главы клана. Однако Ясуо была уверена, что имеет на это право, а потому до полуночи изучала доходы и расходы Сенджу, а то, что показалось ей странным или неоправданным вынесла на отдельный свиток, чтобы с утра попросить аудиенции.

Ясуо тщательно проверила записи о новых нанятых слугах и те, что были излишне подозрительными для Сенджу рассчитала тем же вечером, отправив восвояси. Ей нужны были люди с кристально чистой репутацией их, и их семей. Из поместья недолжны были выходить слухи и сведения, а чужаки не смеют греть уши у их дверей.

Бледнолицая Ведьма еще долго злилась на неосмотрительность собственной матери и тех женщин, что заведовали делами внутри поместья, но понимала, что пока они находятся в счастливом неведении, она сама должна быть начеку.
Если Учиха Орис возомнил себя человеком, способным по камню разнести страну Огня и Коноху в частности, что мешает ему поступить так же, как некогда сотворили с его кланом? Перерезав Сенджу одного за другим, он серьезно ослабит государство целиком, а если под влияние его глаз попадет Тадашима…

Ясуо сжала зубы до неприятного скрипа. Да, Тадашима. Он – козырь в рукаве Конохи.
Однако в то же время – слабость. Существо, что внутри него способно быть управляемым извне и это… Пугало. Станет ли Орис действовать в открытую? Сможет ли контролировать Тадашиму? Или девочку из клана Сарутоби?

«Мне нужно сделать его сильнее». – Сенджу сжимает ладони в кулаки до побелевших костяшек; закусывает губу, наблюдая за колышущимися ветвями зеленой сливы. Она только начала расцветать, но ее нежный аромат уже касался обонятельных рецепторов Ясуо; это немного успокаивало, но не давало полноценной концентрации.
Сенджу возвращается внутрь дома, чтобы сменить легкое спальное одеяние на тренировочный костюм. Она накидывает на плечи темно-зеленый плащ и застегивает серебряную фибулу с зелеными камнями у горла.

Бишамон, что все это время отдыхала у рабочего места Сенджу, приоткрывает один свой глаз, будто бы выслеживая хозяйку.
– Что тебя гложет? – Невыразительно-спокойным тоном мурлычет кошка. – Ты плохо спишь. Это на тебя не похоже.

Ясуо хочет ответить что-то резкое, но останавливает себя, а потом, говорит чуть тише обычного:
– Потому что мне неспокойно. Ты должна знать, почему это так.

Кошка приподнимается с места, и, как это по обыкновению бывает со всеми кошками, буквально вытекает из кабинета, ловко протискиваясь между непривычно-больших дверных проемов.
–  Нам нужно какое-нибудь укромное место.
– Нам?
– Мне и… Тадашиме. – Она говорит почти шепотом, одними губами произнося имя брата.
– Час Кролика. Не рановато?
– Я должна перехватить его первая. Вчера вечером он вернулся с миссии и утром глава клана потребует отчет.
– Ты так и не переговорила с ними с глазу на глаз?
– Нет.
– Боишься, что он знает обо всем?
Ясуо кивает. Осторожно и неуверенно.

– Я перемещу нас, чтобы барьер не засек нас. Жди меня на нашем месте, у озера. – Бишамон потянулась, разминая лапы.
– Погода, конечно, не для охоты.

Прокрадываться в чужую спальню – особенно младшего брата – было весьма неуютным занятием. Шпилькой из своих волос Ясуо подковырнула защелку  окна и тенью скользнула внутрь; в постели своей Тадашима крепко спал, уронив руку с края кровати.
Сенджу подкралась к изножью спального места и присела на ее край. Ведьма осторожно коснулась щиколотки своего брата и мягко потрепала ее.
– Шима. – Голос стал чуть громче. – Шима, прошу, просыпайся.

+1

3

Одно письмо изменило всё мировоззрение юноши. И нет, речь сейчас не о том ключевом клочке бумаги, что оставил после себя покойный Хокаге.
Нет. Речь ведь сейчас совсем не об этом. Сенджу переживал по другому поводу, да что уж там! Даже Курама, кажется, впервые видел своего джинчурики таким. Он не одобрял подобное, ворча на каждом шагу о том, что мальчишка должен быть аккуратнее со своими призраками. Но, это было скорее около дружеское ворчание, ведь причину беспокойства было тяжело не разглядеть.

Ясуо.
Сестра, что так давно не появлялась в клановом поместье Сенджу. Вероятно, она была на миссии, и переживать не стоило. Она – прекрасный шиноби, опытный командир и точно не должна была пропасть за пределами страны огня. Даже не смотря на войну, распри, что кружили вокруг; юноша был спокоен. До поры до времени.
Одна маленькая весть от неё способна была кружить голову. Да – она была жива, да, вероятно, с ней всё было хорошо, но.. но в этом своём письме она говорила о том, что нынешний правитель Листа мог оказать предателем. Да даже нет, не мог, он фактически им и являлся.

Это смелое заявление, уж девушка должна была это понимать. Она прекрасно эрудирована, и точно знает, что подобные высказывания не звучат просто так. Это, фактически, серьёзное обвинение в сторону нынешней власти.
И если Ясуо пишет об этом, то дела плохи. Она хорошо продумала свои действия, отправив это послание именно двоюродному брату. В конечном итоге, они были близки. Их доверие и вера друг в друга, в клан и узы была нерушима.
Тадашима не знал никого ближе, ни кого, кому мог доверять так же, как и наследнице второго Хокаге. В конечном итоге, эти слова, написанные на бумаге, заставляли задуматься обо всём, что сейчас происходило в Конохе.

Следующие три месяца были в сплошном ожидании. Джонин не мог позволить себе сидеть на месте, поэтому выполнял задания из резиденции, но никогда не забывал о том, что поведала ему сестра.
Сейчас – важно было ждать, и для юноши был важен даже, ни сколько разговор об этом, сколько простое и ёмкое «да» с уст девушки. Он хотел знать, что она жива и, выслушать большую часть того, что не могло поместиться на бумаге.

Правда, осознание того, что что-то не так приходило и к самому Тадашиме. Все больше и больше. Дело в том, что раньше его охраняли и тщательно берегли от любых опасных заданий вне деревни. Ещё бы! Он джинчурики одного из сильнейших Биджу, нельзя просто так взять, и потерять этот военный потенциал.
Было не важно, что за личность стоит за этим оружием, главное, чтобы это был шиноби Листа. Сейчас же время, будто бы изменилось. Орис всё чаще давал задания, что явно представляли угрозу жизни. Это были рискованные миссии, аргументация которых была на уровне того, что Коноха воюет и ей просто не хватает кадров.
Вроде бы логично, но нет. Зачем тогда Листу отдавать главный козырь, отправляя его всё дальше за границы страны и подвергая его риску?
Благо, Хокаге до сих пор не знал о том, что юноше удалось полностью освоить режим Биджу и найти с Курамой общий язык.
В этом было главное преимущество Кинтаро.

Очередная миссия в далеких землях подошла к концу. Сенджу с радостью возвращался домой, поскольку чувствовал, что просто нуждается в отдыхе. Кровь клана и демон предавали ему сил, но даже с этим условием юноша просто хотел отдохнуть.
Он вернулся поздно вечером, поэтому тут же приняв горячую ванну, побрёл спать.

Его сон кто-то потревожил.
Глаза плавно открылись, а у изножья кровати была та, кого шиноби хотел увидеть так долго. Это была Ясуо! Сестра вернулась, а сон моментально сняло как рукой.
Тадашима резко дернулся, присаживаясь на кровать. Ему было плевать на то, что девушка, почему-то, прокралась к нему в комнату, он даже не сразу заметил волнение, что тяжело было спрятать.
Шима хотел было закричать от радости, но тут же понял, что что-то не так. То самое волнение, что ранее было упущено, давало понять, что их дела не так уж и радужны. Он молчал, прекрасно понимая, что у Ясуо есть повод поступать именно так, как она поступала.

- Что случилось, сестра? Шима говорил тихо, откидывая чуть в сторону одеяло и набрасывая домашнее кимоно на плечи. Чутье подсказывало, что ему нужно было быть хоть немного одетым, правда, для чего?

+1

4

Их окружала серость и тени рассветного часа, лучи которого были надежно спрятаны за тяжелыми темными облаками, обволакивающими сам горизонт. В комнате было темно: Ясуо не рискнула включать свет или зажигать фонари; если кто-то из слуг сообщит, что молодой господин проснулся, то лишенные крепкого сна старики клана непременно захотят увидеть свое самое ценное сокровище – свою власть и военный потенциал, заключенный в человека. Одного из двух.

Сенджу осторожно приблизилась к брату и положила ладони ему на щеки, чтобы погладить большими пальцами острое лицо мальчишки, что превратился в мужчину. Заспанный, но уже собранный и такой же взволнованный. Несмотря на покладистый норов, который столь тщательно воспевали его наставники, друзья и коллеги, Ясуо видела в лиловых омутах его глазниц волю и стремление к борьбе; Тадашима Сенджу просто не мог быть безвольной куклой. Нет. Только не ее мальчик.

Ладони ее спустились на плечи джинчурики и она, через мгновение, притянула его к себе, сжав в крепких объятиях, полных былой тоски по дому и нежности, что копилась за морем, и некому было ее отдать. Руки скользнули к шее и голове, а пальцы тут же проникли между мокрых после сна волос младшего брата, а когда Ведьма отпрянула от него, то голос не подвел ее.

– Собирайся. – Почти что приказала Ясуо, ни капли не смутившись полуобнаженного вида Сенджу и его естественных утренних реакций организма. – Не шуми и не включай воды. – Женщина нетерпеливо поднялась с кровати и сделала осторожный шаг к кромке окна, прячась в полумраке и темных тяжелых шторах.
В такой час уже поднималась прислуга и готовилась к новому дню. Прачки, кухарки, пересменок охраны и другие многочисленные обитатели теневой стороны поместья брались за работу, невзирая на превратности погоды. Замок и поместье, что существуют неотделимо друг от друга, существуют по строгому негласному расписанию и к часу Змеи, когда глава клана начинает день с аудиенции, большая часть утренних приготовлений должна быть сделана.

Свое закономерное ожидание Ясуо начала скрашивать за изучением книжного стеллажа Тадашимы. Она вальяжно, но ощутимо осторожно, прошествовала от полок со свитками и табличками к его письменному столу и явно удержала себя от позыва открыть один из ящиков. В общих комнатах поместья, пока дети еще живут со своими родителями, по обыкновению, прибиралась прислуга из замка, но когда Сенджу отдалялись из комнат в небольшие дома типа того, где жила сама Ведьма, то за чистоту отвечала пара доверенных личных слуг. У Тадашимы их было несколько; одна из девушек с кухни была приставлена лично Ясуо: это помогало оставаться в курсе того, что происходит, пока Ведьмы нет в пределах досягаемости. Однако Сенджу была уверена – среди людей клана она не единственная предусмотрительная госпожа и на подобные уловки мог пойти любой.

Предвосхищая вопрос брата, подготовившегося к вылазке, Ясуо бросила осторожное:
– Вопросы задашь чуть позже.

Женщина буквально за мгновение очутилась перед лицом Тадашимы и взяла того за плечо, а через секунду они исчезли, не оставив после себя даже ничтожного всполоха чакры.

Стоило единожды моргнуть, чтобы понять, что они находятся за пределами кланового поместья. И, что еще более важно, за пределами Конохи в целом. На берегу чистого карстового озера, окруженного гранитной мокрой породой в тенях хвойного леса; зеленые шапки сосен царапали металлически-серые облака и покачивали ветками в такт дыханию ветра.
На одном из каменных выступов, свесив тяжелую мохнатую лапу к воде, лежала Бишамон. Ее шкурка слегка намокла от мелкого моросящего дождя, но она явно не чувствовала дискомфорта.

+1

5

Про Ясуо ходило множество слухов, ещё больше, люди шептали за спиной девушки. Они называли её жестокой, злой, ведьмой и прочими не самыми лестными словами.
Тадашима был готов принимать всё, что угодно, но только не эти слова. В самом детстве, будучи ещё ребёнком, юноша с трудом сдерживал гнев, да кулаки. Он искренне хотел вмешаться, защитить честь сестры от обидчиков, доказав, что их представление далеко от реальности. Это немыслимо!
Ну как люди могли позволять готовить плохое о ней?
Со временем, научившись контролировать себя и свои эмоции, шиноби перестал обращать на слухи хоть какое-либо внимание. Ему не нужно было, да и толку? Силой, словами, - обиженным людям ничего не докажешь. Сделаешь только хуже.

Сестра обнимала юношу, а в голове рождался рой мыслей. Он ведь знал её такой, чуткой, доброй, женственной. Видел её грусть и эмоции. Его руки плавно обвивали девушку, прижимая к себе.
Он давно перестал быть маленьким мальчишкой, поэтому не стеснялся отдавать. Отдавать те эмоции, что хранил в себе. Это странно, но дети часто стесняются того, что чувствуют. Поэтому лгут, и надо сказать, прежде всего, себе. Повзрослев в голове всё перестраивается.
В этих объятиях было много любви, тоски и желания продлить момент.

Просидев в объятиях, где-то с пять минут, девушка приказала собираться.
Да, именно. Она словно отдавала приказ, совмещая эту властность со всеми качествами, что были описаны выше. Просто что-то скрыто на поверхности, а к чему-то нужно тянуться. Сенджу кивнул, поднимаясь с кровати и делая пару шагов в сторону.
Там находился умывальник. Это было маленькое желание самого Кинтаро, ему не нужны были хоромы, а просто небольшая комната, да мыльно-рыльные удобства. Ничего более.
Прохладная вода коснулась кожи, а после омыла лицо. Кажется, он начинал просыпаться, а вместе с ним и лис.

- Значит, эта маленькая копия Тобирамы снова в деревне? И, не успев вернуться, тут же рыскает среди наших книг, – демон огрызнулся, акцентируя на том, что Ясуо ведёт себя несколько фривольно. Создавалось впечатление, что вся эта коллекция макулатуры не принадлежала Тадашиме, а лично Кураме.
Юноша не спешил отвечать, лишь немного ухмыльнулся. Лис всё больше вливался в жизнь Сенджу, плавно сливаясь в единое целое. На второй план уходило «я», и появлялось «мы».

Опрокинув голову и потупив взгляд в потолок, юноша машинально взял первую вещь, что была под рукой. Это было свободное хаори, которое использовалось как повседневная одежда. Да, не практично и с подобным багажом на миссию не уйдёшь. Но, они ведь и не собирались идти там, где понадобится снаряжение, верно?
Мгновение и пара переместилась туда, куда казалось, нога человека не ступала очень давно. Здесь всё было так свежо и чисто, что создавалось ощущение отреченности от цивилизации. Оглянувшись, Шима точно понимал, что ему здесь хорошо.
На одном из каменных выступов грациозно лежала Бишамон. Её вальяжность не должна была ввести в заблуждение, нет, её глаза изучались спокойствие, собранность и чрезмерный холод. А каждая мышца напряжена, словно тетива лука, что вот-вот должен выстрелить.
Покачав головой в сторону, Шима кажется, пришёл в себя после перемещения.

- Биша, здравствуй. И, пожалуй, самое время пролить немного света, – взгляд, что внимательно смотрел на кошку перешёл к сестре. Если к собранности и серьёзности Сенджу он привык, то её верную спутницу он видел в подобном состоянии впервые.

- Очень жаль, что наши объятия пришлось разомкнуть так скоро, но я здесь. Весь во внимании и готов слушать, – вдохнув полной грудью, чувствуя, как свежий воздух заполняет лёгкие, джинчурики дал слово сестре.

+1

6

Хвойный лес был большой редкостью для страны Огня. Отсутствие листвы, глубокие и холодные озера, питаемые внутренними водами, легкая прохлада даже в самые жаркие дни; Ясуо не любила ничего горячего, кроме чая и сытной еды, требуя от нее идеальной температуры. Она не без удовольствия взглянула на повзрослевшего своего брата и отметила его выдержку, свойственную представителю высокородного клана-основателя.

В самом деле, он мог бы с достоинством принять бразды правления. Оставалось лишь наставить его на истинный путь и обезопасить юношу от коварных попыток покушений на его бесценную жизнь. Ее милый маленький Тадашима был не только членом клана, но и важным политическим звеном, козырем в руках селения, но, что более важно – в руках всех Сенджу. Таким же, как ключом к власти, как и девочка из дома Сарутоби – юный цветочек, которому только предстоит отрастить шипы.

Печально осознавать участь любимого родственника, но такова была плата… Однако в этой игре с демонами Ясуо предпочитала иметь пару дыр в договоре, подписанном кровью и духом. Она просто не могла позволить проиграть: ни себе, ни Золотому мальчику.

– Ты хочешь немного ясности от белой Ведьмы? – С легким мурлыкающим смешком поинтересовалась Бишамон, потягиваясь в лучах рассветного солнца, которые едва касались крон колючих вечнозеленых деревьев. Кошка явно находилась в приятном расположении духа: было видно, что отдых на природе вызывал в ней угасающий от старости азарт и налет легкого авантюризма, совершенно не свойственный ее пожилым годам.
Животное потянулось, изгибаясь и натягиваясь, словно напряженные плечи лука.

Ясуо ухмыльнулась в ответ на дерзкий комментарий своей верной спутницы. В отличие от юного Тадашимы, которого ранее весьма задевали грязные слова о личине наследницы Тобирамы, Сенджу никогда не питала ненависти к пустым изречениям касаемо ее дурного норова и обычаев, которым она следовала. Да, она была жестока для некоторых, и методы ее можно было назвать варварскими и кощунственными, а потому она с некоей гордостью принимала каждое злое слово, обращенное к ней острым клинком. Она была той самой тьмой, в которой свет становится ярче… Это тоже особая роль, которая необходима, чтобы поддерживать баланс хорошего и плохого.
Исключительная серость делает людей черствыми.

– Тадашима, кровь от моей крови, - Сенджу мягко улыбнулась, присаживаясь на гладкий камень у озера и подзывая своего брата к себе, жестом предлагая ему присоединиться. Рука ее едва коснулась ледяной глади воды.

– Ты много слышал от меня касаемо непростого положения Конохи. – Она задумчиво взглянула в отражение Бишамон, которая лениво перебирала лапой в воде. – Множество людей находится в опасности, и, что самое ужасное, мы не знаем лица, олицетворяющего ее. – Ясуо подставила спину легкому прохладному ветру, что на мгновение поднялся, нарушив круглую рябь воды, исходящую от действий Бишамон.

– Мы давно перестали действовать как единое целое. Везде есть «свои» и «чужие», но пока у меня нет сил исправить это: ни в одиночку, ни с кем-то. – Наконец, она сменила позу, сев таким образом, что теперь Тадашима мог сесть напротив нее.
Ведьма вытащила из набедренной сумки свой письменный набор и один из малых свитков. Лицо ее не выражало совершенно никак эмоций, кроме стоического спокойствия, свойственного ледяной глыбе.

– Я вынуждена думать о безопасности клана в первую очередь. – Сенджу улыбнулась уголками губ, вытаскивая из небольшого свертка камень для туши и кисти. – Разотри пока тушь, будь любезен.

Женщина разложила перед Тадашимой второй свиток.

– Искусство перемещения, которое мне удалось выучить благодаря старым записям Кетсуо, сделанных на основе трактатов Тобирамы о пространственно-временных техниках. – Ясуо достала одну из кистей и передала юноше. – Это ценное знание я передам тебе, чтобы ты в будущем смогу передать его своим потомкам, если мне уже не представится этой возможности.

– Мой путь лежит по очень хрупкому льду, а потому было бы просто кощунством не передать эти знания тебе и показать то, что я смогла освоить. У меня никогда не было учителя, и мне не хватало его твердой руки, а потому я хочу, чтобы он был у тебя.

+2

7

Слова Бишамон обжигали. Кошка, в своей фирменной манере любила говорить то, что думает. Она была свободолюбива и свободна по-настоящему. Люди, шиноби, должны были следовать своему собственному кодексу чести.
Выполнять задания для деревни, защищать слабых или уничтожать их. Кому что ближе. Но Биша, нет, она всегда говорила только то, что думала.
Шима нахмурился. Ему не нравилось подобное высказывание, но он должен был держать себя в руках. Если Ясуо действовала в спешке, стараясь не привлекать внимание, значит, на это были веские причины.
Кинтаро аккуратно присел, внимательно вслушиваясь в слова девушки.

- Я так давно не видел тебя, что, кажется, прошла целая вечность, – он скучал, и это было написано на его лице. Юноша внимательно слушал, подмечая, как много произошло с ней. Та миссия, те долгие месяцы отсуствия, кажется, прошли в абсолютном хаосе для Ясуо.
Впрочем, сентиментальность никогда не должна затмевать разум. Не должна была отбрасывать реальную угрозу и погружать в мир снов, нет, они не могли себе этого позволить.
Не сейчас.
Аккуратно принимая ступку и тушь, юноша принялся за дело. Он работал максимально аккуратно, но в то же время, совсем не обращал на это внимания. Словно, словно руки сами знали то, чем должны были заниматься.
Когда рассказ сестры подошёл к концу, шиноби молча кивнул, выдерживая паузу и заканчивая работать с тушью.

- Я помню то письмо, что внезапно пришло ко мне холодной зимой. Ты ведь помнишь, что это самый сезон хурмы? Мы оба любили наблюдать за её ростом, а после, жадно поглощать её, мм?
Юноша улыбнулся, продолжая свой рассказ.

- Когда ты сообщила мне о том, что в правящей верхушке есть предатели, мир перевернулся с ног на голову. Я стал ещё больше переживать о сути твоей миссии, стараясь беречь ту, о ком ты просила. Она стала необычайно сильной, хоть и до сих пор ранимой.
Брат окончательно закончил все приготовления, и подводил небольшую черту после своей речи.

- Я тоже должен тебе кое что показать и рассказать, это напрямую связано со мной и.., ты поймёшь, правда. Но сначала, пожалуйста, начнём обучение. Вероятно, для того, чтобы не отставать от тебя, мне придётся много практиковаться, но я не отступлю, ты же знаешь?

Тадашима улыбнулся. В его улыбке было так много искренности и тепла, что кажется, воздух здесь начал нагреваться. Просто этот юноша изучал слишком много света, даже Бишамон, кажется, почувствовала это и любопытно приоткрыла глаза.
Кошка оторвалась ото сна, окончательно заинтересованная в предстоящем обучении. Взгляд юноши внимательно изучал разложенный свиток, здесь было много чего интересного, от формулировок до формул.

- Сколько же Ясуо потратила времени на изучения этой техники?

+1

8

Ясуо начинала издалека.

Планомерно выясняя глубину тех познаний, в которых преисполнился ее маленький золотой брат, насколько он сведущ в искусстве наложения печатей и иных способов контроля чакры. Учитывая его демоническое положение, последнее было невероятно сложным элементом для юноши, но он определенно старался. И трудолюбие должно быть вознаграждено не меньше, чем природный талант.

Сенджу концентрировала внимание на мелочах и деталях, иероглифах и их значении. Это была ее любимая часть как в каллиграфии, так и в искусстве фуиндзютсу, а потому, она долго и трепетно рассуждала о значениях и символах в свитках, скрупулезно сверяясь с ветхими записями Тобирамы и ее покойного брата, Кетсуо. Молодой, но рано ушедший из жизни юноша был не столь изощрен в тонком деле каллиграфии, но природная предрасположенность помогла ему понять и изучить формулу, предоставленную Вторым Хокаге для глубоких потомков.

– Обрати внимание на печати здесь, - Ясуо указала деревянным корпусом кисти на одну из колонок иероглифов, - и здесь.

Она никогда не могла назвать себя хорошим наставником, но она любила учить и делиться своими знаниями, а потому, была открыта для молодого поколения сильнее прочих. Впрочем, мало кто замечал за ней этот немаловажный факт, решая, будто бы Сенджу преподает в Академии для того, чтобы скоротать время в своем мотивирующем трудоголизме.

– Именно эти иероглифы можно назвать самыми важными. В этой трактовке: «начало» и «конец» образуют петлю, тем самым замыкаясь внутри. – Сенджу вновь обратилась к трактату Тобирамы, слегка изогнув бровь, будто бы находя для себя что-то новое; и действительно, несколько старых фраз, объединенных с новыми знаниями, открывали для нее непредвиденные ранее горизонты.
Она учтет это на будущее, когда закончит обучение маленького носителя Девятихвостого демона.

– А сочетание этих знаков позволяет разрывать замкнутую цепь. Понимаешь, Тадашима? – Ведьма позволила себе сделать несколько записей в своей книге красными чернилами, и, просушив их на холодном ветру, спрятала блокнот во внутренний карман своей просторной робы. – С помощью комбинации иероглифов, где мы играем со смыслами и словами, чакра способна прорвать завесу пространства.

Ясуо подперла ладонью щеку. Бишамон, меж тем, переместилась поближе к своей хозяйке, наплевав на собственное равнодушие к процессу, и полностью поглотившись любопытством, которое разыгралось в ней. Она нетерпеливо барабанила хвостом по земле, а глаза ее хаотично двигались по написанным строчкам. Она мало что понимала в фуидзютсу такого плана; ей было достаточно тех знаний, что позволяли ей приходить на зов контракта с Сенджу, а остальное – лишь пустая болтовня, что прошла мимо торчащих на макушке ушей с кисточками.

– Для правильного понимания и использования этой техники, тебе необходимо понимать печать по частицам, из которых она состоит целиком. Каждый иероглиф имеет значение по отдельности и меняет его, когда они становятся в ряд вместе.

Когда, наконец, с теорией было покончено, Сенджу передала носителю Курамы свой метательный нож с рукоятью, на которую можно нанести печать.
– Сделай это сам и мы посмотрим, какой урок ты извлек сегодня. – Ясуо подняла голову. Солнце постепенно катилось к закату – наступало время сумерек.

+2

9

Тадашима был одаренным юношей. Он внимательно начал слушать девушку, и здесь было чему поучиться. То, что создал дальний предок, не могло оставить равнодушным никого, кто хоть немного трепетал перед процессом обучения.
Джинчурики аккуратно взял свиток, тот, от которого веяло историей и начал вчитываться. Казалось, он полностью погрузился в процесс и вычитывал до дыр то, что должен был узнать. Слова Ясуо звучали ровно, она была прекрасным учителем, без лишней воды и обсуждения чего-то непонятного доносила суть дзютцу.
Удивительно!
Разве было в мире что-то, что могло разорвать завесу пространства и позволить пользователю перемещаться?
Нет, это вообще, реально? Сенджу внимательно читал то, что было написано Тобирамой и то, что добавил от себя покойный брат Ясуо. Его судьба была трагична, и оставила отпечаток на всю оставшуюся жизнь. Как для сестры, так и для всего клана.
Это была потеря, что долго оплакивали и до сих пор не смогли простить. Никому, в том числе и себе.

- Удивительно! Второй был настоящим гением, раз был способен на подобное, правда?
И действительно, юношу восхищало каждое слово, что было отпечатано на пергаменте. Эти знания, они были настолько просты, сложны и запретны одновременно, что буквально поражали. Увидев результат, казалось, что ничего сложного к этому прийти нет, но зная то, что никто не него и сейчас не смог придумать что-то подобное, можно было смело назвать Тобираму гением.
Не иначе.
Кинтаро аккуратно коснулся чистого свитка и плавно начал переносить символы. Каждый, по отдельности, чтобы лучше и проще было разобраться, собрать воедино всю картинку.
И, кажется, у него получалось.

Свиток приходит в негодность, словно черновик, что исписывали до дыр. Через некоторое время формула была написана правильно, так, как и должна была выглядеть. Это было успехом, поскольку в процессе Тадашима постоянно делал и делал. Он писал, ровно выводя каждый иероглиф. Стараясь не запороть то, что должно быть идеальным.
После, юноша начал соединять каждый символ в одно, единственно верное значение. Его глаза горели и бегали с одного конца в другой, то он смотрел в свиток, что написан был Тобирамой, то на сестру, то на свой свиток, что был больше похож на грязь.

Когда Ясуо протянула свой метательный нож, кажется, значение и все нужные знания оставались где-то на подкорке, а мозг точно знал то, что нужно было сделать.
Юноша аккуратно взял холодное оружие, вспомнил все то, что пытался оттачивать до идеала и нанёс чакрой первую формулу.
Надпись моментально отразилась на нужной плоскости. Глаза аккуратно упали на свиток, где была описана вторая часть техники.

- Позволь я попробую? Здесь сказано, что сознание должно быть ясным, чакра полностью сосредоточена и проведена невидимая нить между пользователем и формулой. Верно? Только в таком случае происходит успешное перемещение.
Юноша резким движением откинул кунай в сторону. Он прикрыл глаза, сконцентрировавшись. Постарался освободиться от любой информации и держать в голове только формулу и её значение.
Прошла минута.
Мгновение.
И он исчез, успешно появившись рядом с кунаем. Юноша открыл глаза и кажется, в них чувствовалось волнение.

- Если я так долго буду тянуть резину, кажется, умру, как считаешь, сестра?
Сенджу улыбнулся, видимо, впечатленный тем, что у него получилось использовать технику. Правда, потратив чуть больше энергии на перемещение, чем должен.

+1

10

Сколько палочек благовоний должно сгореть, чтобы научиться правильно понимать значения слов? Одна тысяча или десять? Сколько нужно времени, чтобы передать свои знания кому-то другому? Миллион секунд или столько же вдохов и выдохов?

Ясуо умела быть терпеливой. Там, где Тадашима терял суть написанного, она плавно наставляла его на истинный путь. Каждое движение – отточенное и плавное, как ниспускающийся с гор хрустальный ручей с ледяной водой. Она неумолимо точила гранит знаний и ее упорство передавалось невербально ее юному подопечному.

Носитель демона должен был усвоить все предложенные ему уроки и впитать их, как дитя, что изучает основы – в этом будет его сила, чтобы защитить семью, клан и деревню. Это столпы, на которых он будет стоять, чтобы ни ум, ни рука его не дрогнули, когда враг постучится в двери. Время кровавых битв придет – война уже близко.

Ясуо дымила свою трубку, наблюдая. Порой неприятно цокала языком, когда Тадашима натыкался на одни и те же ошибки, что уже совершал, и благосклонно улыбалась, стоило тому найти выход из ситуации, которая ранее вводила его в ступор. Мальчик – нет, уже нет – взрослый юноша схватывал все налету, так как и полагалось разносторонне развитому представителю величайшего из кланов. Древнего, как сам мир шиноби – настолько, что корни его уходят глубоко в историю, когда чакры еще не существовало, но им удалось приручить дар Мудреца.

– Ты идешь по верному пути. – Незамысловато мурлычет Ясуо, выпуская облака дыма из рта, вдыхая табачный туман так, словно это был самый чистый воздух на всей планете. Пальцы ее ловко скользили по строчкам, что усердно наброшены на плотный и дорогой пергамент черными чернилами с примесью камеди акации и коры горного бамбука, привезенного из страны Молний.

– Но тебе необходима практика в каллиграфии тоже. – Сенджу недовольно посмотрела на содержимое свитков. – Эти иероглифы никуда не годятся. Кто обучал тебя? – Довольно сурово произнесла женщина, закатывая рукава и придирчиво осматривая написанное братом. – Если ты собираешься писать своей будущей супруге хокку или письма, то тебя сочтут непочтительным неумехой. Это не почерк главы клана Сенджу. – Последнюю реплику Ясуо отпустила весьма спокойно, но непременно сделала на ней акцент.

И, тем не менее, обучение шло своим чередом. Когда же, наконец, Тадашима взял в руки ее метательный нож и бросил того в сторону, можно было увидеть результаты кропотливого умственного труда двоих представителей многорукого клана. Золотой мальчик исчез на мгновение и, через несколько мгновений, появился снова, но чакра его стала заметно нестабильнее, а ко всему прочему, он потратил вдвое больше энергии, чем нужно на короткий бросок.

– Очень хорошо, Тадашима. – Ясуо ухмыльнулась. – Тогда мы сыграем с тобой в игру.

Ясуо распахнула свое кимоно, сбрасывая его с покатых белых плеч. Под широкой безразмерной тканью не было видно плотного пояса, обхватывающего широкие бедра, на котором было порядка пятнадцати кунаев. Ведьма сделала какой-то неопределенный жест, качнувшись из стороны в сторону. Нижнее одеяние уже плотнее прилегало к телу, и можно было без труда определить угадывающуюся мускулатуру бойца ближнего боя. Вытащив один из кунаев, она покрутила тот на пальце; кольцо, опояло несколько кругов вокруг первой фаланги.

– Обещаю, игра будет нечестной. – Метнув его куда-то в сторону скалы, на которой раньше сидела Бишамон, клинок врезался в плотную породу. – Тебе достаточно будет просто коснуться меня.

Мгновение, которое дает ей возможность исчезнуть.

+1

11

Ясуо была не просто учителем, она не просто доносила основы и азы для Тадашимы, она пыталась его уберечь. Именно поэтому, она раскрывала секрет такой непростой техники для Кинтаро, именно поэтому она терпеливо ждала, смотрела и исправляла там, где нужно было.
Первое перемещение, что занимало около минуты – это лишь капля в море.
Дальше, нужно больше. Работать и совершенствовать навыки нужно усерднее. Шима знал это, он терпеливо сидел, кропотливо вырисовывая иероглифы. Ясуо была довольна далеко не всем, оно и понятно. Она много раз поправляла, отбрасывала в сторону свиток, что исписан чернилами и подносила новый.
Сенджу работал. Этот труд помогал, продвигая там, где юноша, казалось, был не очень силён.

- главы? Ясуо, о чём ты сейчас думаешь?
Тадашима услышал и те замечания, что были сказаны ей, и те наставления, что бережно вкладывала девушка в голову шиноби. И то, что сестра вскользь назвала его преемником нынешнего главы клана.
Об этом Сенджу никогда не думал. Он не стремился занимать высокий пост на службе, абсолютно не пытался сиять в клане, он просто делал то, к чему его готовили всё детство. Он просто не позволял себе запятнать честь своих родителей.

- Тадашима, глупец, сколько можно учиться этим фокусам? Что за кружок каллиграфии вы устроили? Мало того, что ты тратишь своё время попусту, так ты ещё и заставляешь скучать меня.
Курама был недоволен. Недоволен учёбой, скептически относился к Ясуо. Толика ревности, недоверия, темная сторона отказывалась верить, находить нужный свет в людях.
Шима не был альтруистом, он без зазрений совести заносил свой меч над головой врага. Но сестру он любил. Он не хотел раздосадовать её.

Время неумолимо шло. Тадашима, кажется, закончил с каллиграфией на нужной ноте. Он далек был от идеала, а Ясуо наверняка бы отрицательно качала головой, но он уже сделал рывок там, где некоторое время назад был слаб.
Сестра предлагала игру, ту, что придумала она сама.
Казалось – всё просто. Кошки-мышки с использованием изученной техники. Достаточно просто коснуться, вот только беда в том, что Ясуо имела огромный опыт в использования техники. А Тадашима, с трудом сократил время перед перемещением, ту задержу с минуты, до секунд двадцати.
- Будет сложно, – Ясуо исчезла. Он видел её силуэт где-то там, на возвышенности, где лежала Бишамон.
Тадашима, подобрав кунай сестры, резким движением кинул его в ту же сторону. Он заранее концертировал своё внимание, чтобы хоть как-то выждать задержку на использование техники.
И тут же исчез, появляясь рядом с оружием.
Сестра находилась в паре метров, и уже в секунду исчезала. Перемещаясь как мираж, дразнила, то появлялась перед носом Шимы, то уходила за дерево.
Сейчас она напоминала призрак, белый, бледный, слегка уставший, но довольный. Девушка получала удовольствие от игры, а посему, улыбалась.
В её улыбке кто-то бы нашёл маниакальность, но только не брат. Он знал, что Ясуо за долгое время, возможно, счастлива.

- Кажется, мне не догнать её. Уровень владения Хирайшином достаточно низок в моём случае, мне нужна практика, для того, чтобы владеть техникой так же, как и сестра. Курама, что думаешь, сравняем шансы?

В этот момент Ясуо остановилась где-то на поляне, внимательно наблюдая за шиноби. Он стоял, просто смотрел на неё.

- Ты предлагаешь мне поставить на место беловолосую демоницу? За милую душу, Тадашима, – лис улыбался.
Наконец-то что-то интересное должно было нагрянуть, то, что его наверняка раззадорит.
Дальше всё случилось моментально: зрачки джинчурики приняли вертикальную форму, всплеск демонической, оранжевой чакры. За спиной появились девять хвостов.

Мгновение.

И Тадашима оказался за спиной Ясуо. Он не использовал технику Тобирамы, просто с параметром скорости 9,5 он был необычайно быстр. Настолько, что преодолевал подобные расстояния в момент.
Наверняка, как опытный сенсор, девушка чувствовала тот жар, что шёл от чакры и окутывал спину. Пусть она и просто находилась рядом, вблизи.

+1


Вы здесь » NARUTO: Exile » завершенные эпизоды » [FB] добро пожаловать домой, сестра


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно