Рейтинг форумов Forum-top.ru

NARUTO: Exile

Объявление

Kenji

главный технарь ролевой
Sho

мастер игры
Yasuo

сюжетник ролевой
Rangiku

дизайнер, сюжетник и немного Гм
Tadashima

мастер игры
Ichiro

мастер игры
Kano

мастер игры
- Я выйду первой в патруль, если ты не против.
Она посмотрела прямо в яркие глаза медового янтаря. Вероятно, необычно было наблюдать от нее излишнюю инициативу, но сидеть и ждать в лагере, поедая себя десертной ложкой было сейчас для Аи смертеподобно. В общем, она была вынуждена, кто бы что не подумал.
Под крик ненасытных чаек высокая волна накрыла покатый бок корабля, достав до единственного круглого окошка маленькой комнатки с четырьмя самыми разносторонними людьми, смыв с него налипшую грязь и пыль. Неизвестно было, смогут ли они с достоинством преодолеть это небольшое испытание судьбы и выйти из него живыми. ... Читать дальше...

Новости проекта:

форум
после небольшого перерыва мы готовы продолжить свою работу!

дизайн
в честь начала осени и предстоящего экзамена был сменен дизайн.

экзамен
начало назначено на 9 сентября. Готовим свитки и оружие!

библиотека
наконец дописана! Со всеми нововведениями можете ознакомиться в соответствующем разделе форума.
Технобук
советуем знакомиться со всеми внесенными изменениями.

Манга, аниме "Наруто" (NC-21) • Локационка • апрель - май 609г.

События игры происходят спустя семьдесят три года с момента окончания четвертой мировой войны шиноби. Смерть Седьмого Хокаге повлекла за собой цепочку событий, которая привела к войне между Кири и Конохой, где последняя потерпела поражение.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NARUTO: Exile » флешбеки&альтернатива » [FB] follow the damned


[FB] follow the damned

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Дата, время: июль 605 года
Страна, местность: Конохагакуре но Сато
Участники: Sabaku no Sayuri, Arashi & Senju Tadashima

Продолжение эпизода [FB] dare to dream

https://i.imgur.com/YHO0qK4.gif

+2

2

одежда

За спиной тыква с песком, волосы убраны в прическу.
https://i.imgur.com/u7ctVk0.jpg?1

В воздухе пахло летом, тепло завихрялось мягкими витками и нежно касалось щек. В Стране Огня все было другим, даже солнце. Оно казалось какими-то более холодным, немного даже голубоватым, и гораздо более щадящим. Однако, все равно слепящим каждого, кто решит посмотреть на него в ответ. Саюри нравилось путешествовать по миру, она любила смотреть на то, какими непередаваемо разными были иные селения и изучать их жизнь, порой даже пытаясь представить, какой была бы ее жизнь, родись она здесь. Жизнь в селении Листа казалась проще - у них было столько воды и столько тени, столько пестрящей зелени, что норовилась вытеснить друг-друга в своем буйстве. Проще, когда от жары не нужно покрывать голову и когда песок не слепит глаза. Здесь была красиво, уютно, и как-то даже безопасно. И Саюри помнила еще те дни, когда приходила сюда с матерью и дедушкой совсем еще в детстве.

И с тех пор она почему-то возвращалась то по одной причине, то по другой. В основном потому, что Совет Сунагакуре всегда был только и рад воспользоваться тем, насколько тепло Седьмой Хокаге относится к внучке своего погибшего друга Гаары, и потому отправлял ее как посла в любой непонятной ситуации. А Саюри, что же, была совсем не против. Прошло уже несколько дней с тех пор, как она прибыла в селение и провела несколько долгих дней в переговорах и обсуждениях целой череды небольших вещей совершенно разнообразной степени важности. Приветливые слова, экивоки и обмены подарками наполняли ее дни в селении, как и комнаты помещений, что описывались ей как душные, но ей казались даже прохладными. Но на сегодня все закончилось. Ее сумки были упакованы важными свитками, в сознании сложилось непередаваемое количество цепочек всего, что она должны будет передать своему начальству, и пора было бы уже начинать свое долгое путешествие домой. Но... только после того, как она навестит старых друзей.

Так Саюри и оказалась перед воротами поместья Сенджу, вежливо наклонив голову в приветствии. Тадашима должен был ожидать ее сегодня, они столкнулись на улицах еще два дня назад, обменявшись улыбками и приветствиями теплее даже лучей этого Конозовского летнего солнца. Дружба, закрепившаяся с детства, росла все крепче и крепче с каждым годом, пускай оба они и не могли проводить много времени в детстве. Только в те редкие дни, когда судьба (и долг, конечно же), приводили Саюри обратно в его селение. Но расстояние не уменьшало их теплых чувств, нет. Наоборот, теперь им при каждой встрече всегда много чего было обсудить. Двери перед Саюри раскрывались, и она следовала за приятной пожилой женщиной в блугоухающий сад, осматриваясь вокруг со спокойным любопытством. Путь их пролегал до удаленной беседки в которой, Саюри могла видеть, ее уже ждали.

- Тадашима, - приветствовала она его, приветственно чуть приподняв уголки губ в улыбке и наклонив голову в чем-то между кивком и поклоном, - я рада тебя видеть.

Отредактировано Sabaku no Sayuri (2020-05-21 18:37:13)

+2

3

Шима любил истории.
Истории о том, какова жизнь где-то за пределами Конохи. По ряду объективных причин, юноша не мог покинуть селение и отправиться в путешествие. Его ценность была несоизмерима, будь воля старейшин, они вероятно, и во все посадили бы юношу на цепь, да привязали рядом с резиденцией. А что, удобно, с окна можно наблюдать за ним. Меньше хлопот.
Всё это слишком утрировано, само собой, но именно по причине того, что Тадашима был джинчурики, возможность путешествия для него была ограничена.
Однако из-за особенности характера, приветливости, добродушности и желании узнавать людей, Сенджу имел большой список друзей. Друзей, которые могли исповедовать другую религию, жить в другом селении, иметь противоположный цвет кожи. Это что-то сродни пазлу, а сам юноша являлся холстом. Каждая деталь формировала его самого.
Оно и понятно, если ты не можешь быть где-то физически, постарайся добраться до этого места, хотя бы, духовно.

Собственно, так было и этим летним днём.
Погода была неумолима, теплые лучи грели, изредка припекая, а холодная зима оставалась только в воспоминаниях. Вообще в этом году было аномально холодно, снежно. Дороги были усыпаны белым покрывалом, а дети нашли для себя новую забаву. Они ловко забирались на верхушки домов и в определенный момент скидывали толщу снега на голову прохожим.
В такие моменты можно было слышать тонкий, искренний, детский смех.
Однако эта пора прошла, сменяясь весной, а после и летними деньками. В конохе было особенно прекрасно. Всё вокруг цвело, было зелено и солнечно. Жители часто жаловались на то, что им «тошно» от жары, но это конечно преувеличение. Ведь эти люди не были в Суне!
Ух, сколько историй Тадашима слышал от своей подруги, с которой познакомился в районе своего первого, серьёзного испытания. Экзамена на чунина. В тот момент юноша проиграл, не, сколько по своей вине, сколько по совокупности причин, но, не смотря на поражение, в этот момент он нашёл много новых, интересных друзей. Они-то и формировали тот пазл о котором говорилось выше.
Саюри была частичкой этой картины. Эта девушка олицетворяла всё то, что импонировало самому Сенджу. Она была добра, любила собственную родину и уважала чужую, готова была прийти на помощь слабому и нуждающемуся. И тот экзамен не исключение.
В тот день, после проигрыша, девочка первая подошла к юноше, который остался наблюдать за проходящими этапами. Его команда разбрелась, кто-то отдыхать, кто-то тренироваться, а сам мальчишка продолжал смотреть. На его лице не было гримасы печали и грусти, скорее, интерес и неподдельный азарт. Сколько всего нового! Сколько интересных людей, которых в таком количестве не увидишь в Конохе! Это же кладезь знакомств, и Сенджу это чувствовал.
Шиноби из песка поприветствовала в тот день генина, с интересом наблюдая за его поведением. Казалось бы, проиграл, так, что здесь хорошего? И уже буквально через час после общения, она понимала. Он был особенный, выделялся среди массы других детей.
Не только по силе, но и по характеру.
С тех самых пор завязалась крепкая дружба. К сожалению, сам Тадашима не мог приехать в Суну, хотя очень хотел оказаться по другую сторону баррикад. Так, чтобы ему показывали селение, рассказывали его историю, а не наоборот. Но, он всегда был рад видеть Саюри, которая частенько навещала Лист с официальным визитом.

Сегодня был тот самый день.
Сообщив Сенджу о её приезде, юноша подготовился. Он сорвал спелых фруктов, которые росли на его клочке земли. И просто ждал, медитируя.
Услышав знакомый голос, юноша поднялся, открывая глаза. На его лице уже играла дружеская улыбка, а во взгляде можно было чувствовать тепло.
- Хочу ответить тем же, – юноша сделал шаг на встречу, улыбаясь, - в последнее время ты всё реже приезжаешь в Коноху, я уже стал беспокоиться, уж не запретили ли тебе старейшины покидать деревню?
Его голос звучал звонко, мелодично. Юноша был настолько искренним в своих эмоциях, что это прямо таки витало в воздухе.

- Присаживайся, прошу, я собрал сладкие тропические фрукты, которые успели взойти к лету, – на этой ноте юноша протянул руку к корзине с яркими фруктами, и сам же последовал своему совету, медленно присаживаясь рядом с дарами.

+2

4

Тепло, приятно, легко. Бывают же люди, с которыми просто не задумываешься ни о своих проблемах, ни о политике, ни о трудностях, через которые еще придется пройти. Тадашима был человеком, рядом с которым хотелось остановиться и просто опуститься на землю, задумчиво вглядываясь в исчезающую линию горизонта. Хотелось перестать бежать - и от себя, и от своих обязанностей, и от своей жизни. И не было даже больше причин отгонять своих демонов, которые вот уже столько лет вызывают волнение и страх. Демоны все еще рядом, но сейчас они и не подумали нападать. Саюри было спокойно, ей было легко. Она смотрела на улыбку Тадашимы и ее взгляд искрился в ответ, проскальзывая подобием улыбки в едва приподнятых уголках губ.

Он смотрел на нее так искренне, говорил так легко, что когда-то Саюри чувствовала себя героиней какого-то старого романа, в котором люди просто собираются вместе и разговаривают в жизни. В котором не было ни шиноби, ни чакры, ни разных скрытых селений. Иногда она и вовсе забывала о том, что в мире существует разница между тем, из какого ты селения прибыл. Было бы здорово, если бы Суна и Коноха так и остались союзниками до самого конца. но... она знала, что это невозможно. И чувствовала каждый раз, когда она смотрела в глаза стареющему Наруто, что это будет ненадолго. Так что же? Нужно ценить все, что у них было сейчас. И окружать себя людьми, что будут вместе с ней бороться за мир, даже если будет трудно. И Тадашима был одним из тех людей.

- Старейшины могут попытаться, - отвечала она достаточно звонко, смотря на юношу с легким задором, - но у них бы ничего не получилось. - Удивительно, что он еще шутит на эту тему. Наверное, только ему и можно было - запертый в этом селении без возможности выбраться наружу, вынужденный вынашивать в себе силу Курамы и тем самым приковывать на себя взгляды всех, кто хотел заковать его в цепи и заставить работать на себя, Тадашима вынашивал в себе сотню причин быть обозленным на мир. И все же... он не был. Его доброта была шире размаха небес а человечность была настолько искрометна, что от нее хотелось щурить глаза. Ах, как бы она хотела показать ему свое селение. Как бы хотела доказать, что пустяни ее дома совсем не безжизненны, и что улицы прекрасны. Хотелось бы узнать, что он думает о прекрасной изогнутой форме их домов и тонких линий улиц, расходящихся от сердца подобно венам. Но... он не мог уйти. И никогда, наверное, не сможет.

И с одной стороны она была зла. Она хотела бы даже кричать, что с человеком никогда нельзя обращаться как с вещью. Он был оружием в глазах людей, оружием, которому никогда нельзя приписывать никаких качеств человека. И с другой стороны и сама Саюри прекрасно это понимала. Почему? Потому что тогда это оружие гораздо сложнее использовать. Да, Саюри прекрасно знала, как это бывает. В их селении тоже жил джинчурики. И таковым, в конце-концов, был и ее отец. Сложно. Но Тадашима все понимал. И нес свою ношу с такой грацией, что казалось, что она весила меньше перышка. Саюри прекрасно знала, что это не так, и потому ее уважение всегда было безмерным. С того самого дня, когда она только впервые увидела этот паренька, что апплодировал своим товарищам так, будто бы сам не проиграл совсем недавно. И все-таки она с самого детства очень редко ошибалась в людях.

- Ничего себе, и это все взошло у вас в саду? - У них тоже были оранжереи, в которых было влажно и душно, но цвета в которых пестрели и играли невероятными красками. Конечно, там редко кто пытался вырастить фрукты, обычно все грядки были использованы для лечебных трав и круп, необходимых для жизни. Представить этот огромный, благоухающий сад, что рос бы где-нибудь в окраинах Сунагакуре, было практически невозможно. Саюри с некоторым удивлением брала в руку приличных размеров манго, поднося его к своему носу, вдыхая в себя глубокий запах. Опускаясь на землю рядом с Тадашимой, она открыла и свою собственную сумку, потому что и ней прийти без даров было бы как-то неприлично. Да и хотелось бы, чтобы друг все-таки не смел ее забывать за всеми своими делами, которых у него наверняка было слишком уж много.

- Я тоже принесла тебе подарок, - радостно произнесла Саюри, опуская руку в свою сумку и доставая оттуда аккуратную коробочку, протягивая ее Тадашиме. Если он откроет крышечку, то увидит под ней много вместе сложенных деталей и нитей, сверху которых лежал небольшой крест, за который и надо было взяться в первую очередь. И тогда перед ним поднимется на ноги аккуратная марионетка, по виду напоминающая тех, которыми они так знамениты в Селении Песка и могли бы использоваться для боя. Но это, конечно, была всего-лишь небольшая игрушка размером чуть больше ладони, как бы реалистично она ни открывала свой рот. - Небольшой сувенир из дома. - "Раз я не смогу тебя сама провести по улицам моего прекрасного дома."

+2

5

Шима чувствовал настроение девушки, понимал накапливающуюся злость внутри неё. Она переживала, так, словно сама была на его месте. Он видел, как огонь загорается в ней, достигая предела и медленно тухнет. Он знал, и поэтому просто улыбался.
Юноша давно принял свою участь, в конечном итоге, на своё заключение мог злиться только он. И своим друзьям принимать эту злость просто не мог позволить. Да, и к тому же, он-то не был зол, в этом вся разница. Сенджу не искал того, кто смог бы вынашивать этот негатив вместе с ним, наоборот, он старался рубить на корню все зачатки этого чувства.
- Пожалуйста, не нужно, – юноша, словно, мысленно обращался к своей подруге, плавно гася то пламя обиды, которое в ней загорелось. И у него получалось.
Получалось потому, что их общение и дружба гораздо выше, чем все политические прения, которые можно себе только представить. А его теплый взгляд и искренняя улыбка заставляли думать только о том, как бы насладиться обществом друг друга.

Тадашима медленно потянулся за сладким манго, которое выросло у него на заднем дворе. Шиноби аккуратно берёт рядом нож, что приготовил специально для лакомства и плавно отрезает кусочек.
Эти ощущения, этот вкус. Наверное, это именно то, ради чего юноша всем этим и занимается. Сладость плавно окутывает все рецепторы, а текстура и волокна, которые присуще этому фрукту, медленно таят во рту.

- Да, я в свободное время стараюсь заниматься тем, что ухаживаю за интересными фруктами. Мне нравится результат и тот вкус, который дарят эти удивительные растения.

Юноша отвечает на вопрос девушки, срезая ещё одну дольку. В таких условиях никакой негатив неспособен взять верх, абсолютно.

- Знаешь, эта идея пришла мне в голову спонтанно! Будучи в патруле, на одной из миссий, я наткнулся на маленькую ферму, в которой орудовал сгорбленный, но очень бойкий старичок. Он с удовольствием угостил меня корзинкой фруктов, просто потому, что мог. Простому потому, что хотел сделать что-то приятное абсолютно незнакомому человеку. А после, он долго рассказывал о своих достижениях. Я видел разные грядки, от первых, где видна только рыхлая почва, до уже созревших деревьев и кустарников. И мне это показалось таким интересным, что я попросил небольшой уголочек земли в нашем поместье, и вот, мы видим результат.

Шима улыбался. Он вложил столько тепла в этот рассказ, что возникало ощущение, будто само солнце грело плечи, а слова лились приятным, теплым ручьем.

- Подарок?!

Юноша удивился, во многом потому, что зачастую именно он был тем, кто дарит. И слегка растерявшись, отложив нож и фрукт на, подготовленную заранее, тарелочку взял подарок.
Это была удивительная, аккуратная коробочка. Было видно, что Саю сама лично подготовила её, а потому каждая деталь была сделана с заботой. Заботой о том, чтобы это послание таки дошло к Сенджу.
Улыбка сияла ещё сильнее, его глаза говорили, нет, кричали о том, что он счастлив. Будучи шиноби, сильнейшим оружием Конохи и носителем Биджу, Тадашима выглядел сейчас как простой, но очень счастливый человек.
Кинтаро аккуратно открывает подарок и поднимает за назначенный крестик маленький марионетку. Он сразу подмечает детали, мелочи и очень профессиональную работу.

- По этикету, вероятно, я должен сказать что-то вроде «не нужно было, что ты». Но, прости меня, невежду, это просто лучшее, что случалось со мной за последнее время и я безмерно благодарен тебе, правда – джинчурики говорит тихо, словно опасаясь того, что скоро проснётся, и это все окажется всего лишь приятным сном.

+2

6

- Где же этот ублюдок? - шёпотом говорил шиноби сам с собой.
Внезапный шорох сзади, на который он сразу среагировал, метнув кунай куда-то в кусты, но это был только отвлекающий манёвр, противник же атаковал с другой стороны, вонзив лезвие катаны в тело джонина. Его целью было сердце беловолосого, но тот вовремя увернулся, получив дыру в своём плече. Как до этого дошло?

За несколько дней до этого...
От жуткого палящего солнца джонина спасали только ветки деревьев, под которым он решил отдохнуть. Сегодня закончилась его миссия и он спешил обратно в деревню, дабы как всегда получить свой заслуженный выходной и хорошенько отдохнуть. Куртка уже давно лежала в рюкзаке, а на поясе висела фляга с водой, которую парень медленно опустошал небольшими глотками. Как же жарко!
Миссия не была слишком трудная, но данная погода сильно била по Волку, который ненавидел такую жару и жить долго в таких условиях он бы явно не смог. И, смотря на людей, которые жили в деревушке, где проходило задание джонина, он сильно удивлялся, как им удаётся оставаться спокойными под таким солнцем, не сходить с ума и даже не иметь желания куда-то свалить.
- Последний... - обречённо произнёс он, допивая воду из фляги.
Хотелось побыстрее достигнуть Кумо, но сил совсем не осталось, поэтому ещё как минимум минут десять, молодой джонин планировал провести под деревом, слегка спасающим его от этого страшного солнца. Он достал с пояса окарину и вновь вспомнил ту мелодию, которую когда-то исполнил Кирей в последние дни своей жизни. Он перебирал пальцами, зажимая отверстия в музыкальном инструменте, который разносил мелодию по лесу, отпугивая и иногда привлекая местных животных. Но оказалось, что эта мелодия привлекла не только зверей, но и неприятеля. Глаза парня были закрыты и он был сосредоточен, но среди музыки и пения птиц послышался слегка хриплый голос.
- Вначале этого, а потом в Коноху, поможем прикончить ту красноволосую девку. - произнёс один.
- Угу. - немногословно ответил ему второй.
Саюри! У Араши было мало знакомых с красными волосами и это был первый человек, который пришёл ему в голову. Долго думать не пришлось, он сразу понял в чём дело. Судя по всему, та важная шишка как-то выбралась из страны Волка и теперь желает отомстить Араши и Саюри за то, что те вырубили их и связали, оставив в компании скорпионов. Она-то тут при чём? Вырубил всех я, а ей они ещё благодарны быть должны, что она вытащила всех из той пещеры.
Араши не спешил нападать. Он ждал, когда его добыча подойдёт чуть ближе, чтобы в последний момент, когда жертва будет готова накинуться, совершит свой рывок, показав, кто тут главный хищник! Шаги приближались, один решил слегка обойти, чтобы напасть с другой стороны, но шиноби прекрасно всё слышал и был готов среагировать. Один обнажил катану, а второй рылся в своей сумке ниндзя, перебирая кунаи и сюрикены.
Мелодия подошла к концу, Араши выдохнул, подняв голову вверх, и раскрыл глаза. В этот же момент в него полетел кунай с правой стороны. Окарина уже лежала на земле, а шиноби зацепился руками за поверхность, пустив чакру в них, и совершил фляк назад по дереву, оказавшись примерно в полутора метрах от земли. Вытянув руку, он хватает оружие, которое до этого должно было вонзиться в голову беловолосого и, зарядив его чакрой молнии, кидает его во второго, полностью раскрошив его катану, но при этом не задев самого нападавшего. Оба стояли ошарашенные, как будто не понимали, что делать дальше, и это показалось странным для Волка из Кумо. Они не могли отправить таких слабаков, тем более, когда им известна моя сила.
Тот, чью катану Араши превратил в одну лишь рукоять, стал паниковать, уронив огрызок на землю.
- Я же говорил, что нельзя было разделяться! - трясущимся голосом говорил он то ли с напарником, то ли с собой.
Второй боялся меньше, поэтому решил попробовать ещё раз напасть на одинокого Волка, начав складывать печати, но не успел он закончить, как хищник уже подобрался к нему, схватив добычу за пальцы и нанеся один мощный удар ногой в живот, который в миг вырубил противника. Первый же просто рухнул на землю и это был запрещённый приём против Араши, который не мог бить того, кто уже сдался. Чёрт! И связать даже нечем. Медлить было нельзя!
Сорвавшись с места и схватив окарину, он направился к Саюри, вкладывая чакру в каждый свой шаг. Они говорили про Коноху. Не знаю, что она там делает, но Коноха не далеко, тем более, что я почти на границе страны Молнии.

И вот наступил этот день. Это был долгий путь и Араши конкретно устал, чакры хватало на несколько техник, но ему надо было, если не сразиться с нападавшим, то хотя бы предупредить девушку о том, что за ними пришли.
Забор, окружающий Коноху, уже виднелся сквозь густой лес. Оставалось немного и вот-вот Волк выйдет на дорогу, ведущую к воротам деревни, но внезапный хруст заставил Араши оглянуться. Слева от себя он увидел шиноби, за его спиной было два меча, а руками он уже складывал печати.
- Твою ж... - не успел он договорить, как в него уже был направлен мощный поток огня.
Складывать печати времени не было, но, к счастью, был шанс оттолкнуться посильнее от ветки, дабы увернуться от пламени. Он приземлился, вложил всю силу и чакру в ноги, и отпрыгнул в сторону, закрыв лицо руками, но это не спасло его от нескольких ожогов и слегка горящей куртки, которую он сразу скинул, дабы удобнее было сражаться с противником.
- Тсс. - сжал он зубы, глядя на противника.
Враг приземлился недалеко и сразу обнажил мечи, Араши тоже собирался достать оружие, но незнакомец вновь его опередил, сблизившись с ним и нанеся горизонтальный удар, попытавшись обезглавить Волка. Второй клинок явно ждал, когда джонин увернётся, чтобы нанести свою атаку. У Араши не было выбора и ему пришлось пригнуться, но оставаться в долгу он не желал. Опустившись вниз, он уже сложил печать Змеи и ещё ближе подобрался к врагу, вытянув ладони вперёд, дабы парализовать его на несколько секунд, но тот оказался достаточно опытным шиноби и нанёс всего один удар ногой, откинув руки беловолосого вверх, а за ним последовал второй прямо в подбородок молодого ниндзя. Кровь брызнула изо рта, а сам Араши резко разорвал расстояние, закрыв глаза на мгновение.
И вот наступил этот момент. Он пытался слушать, дабы найти врага, глядел по сторонам, но ничего не помогало. Его нигде нет. Затем отвлекающий манёвр и меч оказывается в плече шиноби. К счастью, в тот промежуток времени, когда враг исчез, у Араши было время, чтобы достать кунай из сумки и в момент атаки, когда парень увернулся, он успел кинуть свой ответ, попав в живот противника. К сожалению, с такой раной враг мог продолжать сражаться, но ему пришлось отпустить катану, которая осталась в теле беловолосого, и разорвать расстояние, наблюдая, как раненый волк истекал кровью. В глазах уже темнеет. Это конец?
Но спасение пришло, откуда не ждали. Та техника огня вначале от незнакомца привлекла нескольких шиноби Конохи, которые в этот момент патрулировали на стенах, наблюдая сверху за лесом. Араши рухнул на землю, смотря сквозь красные линзы очков, как ниндзя Листа заставили отступить нападавшего, а дальше наступила темнота.

- Где я? - произнёс он, открывая глаза.

+2

7

Сколько эмоций, сколько света, сколько легкости. Тадашима читался подобно открытой книге и это было по-приятному необычно в этом их мире. Он был будто счастливым ребенком, что родился и вырос весне, чувствуя на своей коже только лишь утреннюю свежесть искристой росы и мягкое тепло прикосновения лучшей солнца на своей коже. Казалось бы, так улыбаться может только человек, который никогда не видел своими глазами боли, не смотрел прямо в зубастый рот смерти и не оплакивал своих товарищей. И пускай Саюри сама всегда считала себя оптимистом, она не всегда понимала, откуда у него берется так много веры в то, что этот мир может вбирать в себя столько тепла и доброты, чтобы улыбаться ему так обезоруживающе и мягко. Это было здорово, и это было достойно похвалы, потому что для того, чтобы не изменять себе под гнетом всей жестокости их жизней, нужен был невероятно сильный стержень. Сильный, не твердый. Твердые вещи иногда ломались, разметаясь на сотки щепок. Сильные же вещи не ломались никогда. И Саюри готова была сделать что угодно, чтобы и Сенджу не ломался.

- Я очень рада, что тебе понравилось, - и правда, она и сама не ожидала такой реакции на подарок, и становилось очень приятно. Ну хоть что-то ей действительно сегодня удалось достаточно успешно. Саюри прикрывала глаза, когда пробовала мягкое манго, и чувствовала себя так легко и расслабленно, что словно бы и сама стала ребенком. Но не тем, которым она была сама, дитем озлобленным, взрощенным на ужасах войны и полным боли. Нет, она была словно бы обычным ребенком, растущим вдалеке от понимания о том, что кто такие шиноби и что такое чакра. Ребенком, который еще не почувствовал на своих плечах груз ответственности и не растерял восторженности о всем, что его окружало. Каким же правильным решением было увидеть Тадашиму перед отъездом, как же хорошо порой было просто расслабиться и смотреть на свет, струившийся меж листвой крон деревьев этого сада. Как хорошо было обсуждать свои жизни, не думая о политике и не пытаясь подобрать правильных слов для давления. Как здорово иногда было просто забыть о чинах и званиях, и побыть просто людьми.

Саюри вообще могла бы и догадаться, что мироздание не позволит этому продлиться долго.

- Сенджу-сама, Саюри-доно, - говорила работающая в этом поместье женщина, что подошла к ним вежливо и собранно, и все же заметно торопливо, и голос ее был тяжел, что омрачал эту солнечную атмосферу, что они с Тадашимой создали, как огромная клякса на чистом свитке. И рядом с ней стоял молодой шиноби, что никогда не было хорошими новостями. - Прошу прощения за то, что отвлекаю Вас от разговора, но у Фукасу-сана есть новости для Вас, Саюри-доно, - "подождите, меня?" - срочные новости. - Получить новости для себя в чужом поместье было как минимум странно а как максимум весьма даже подозрительно. И пускай сама она не привыкла видеть в каждом разговоре подвох, непростая жизнь научила ее как минимум просчитать все варианты, и тем более те, что могли включать в себя попытку выманить ее из поместья сильного клана и куда-то туда, где она будет в одиночестве и без защиты. И все же она кивнула, жестом руки указывая Фукасу продолжать и не прерываться на пустяки.

- В больницу поступил шиноби Кумогакуре, и с тех пор, как он пробудился, он зовет только Вас, Саюри-сан, - "шиноби... Кумогакуре?" Как-то в этом уравнении складывалось слишком много редких составляющих. Кажется, в Стране Молнии она была несколько месяцев назад и вроде не успела сделать себе столько врагов, чтобы кто-то бежал пытался ее убить. Он пытался ей помочь? Он нес для нее послание? Саюри с потяжелевшим взглядом опускала остатки своего манго на тарелочку, поднимаясь с места. Что же, недолго музыка играла, недолго длилось их с Тадашимой расслабленное общение.  Каждый раз, когда Саюри пыталась хоть на мгновение сбежать из этой вот своей жизни, та хватала ее за шкирку и возвращала обратно. - Говорит, что промедление может быть опасно. - Да она уже поняла, что дело срочное. Потому что разве бывает как-то иначе в ее жизни. И, судя по всему, без повреждений и боли тоже не бывает.

- Тадашима, я... - Но тот и сам уже успел подняться с места. И смотрел так, будто шансов на то, что Саюри уйдет отсюда без него, практически не существовало. Что же, конечно, Саюри даже не удивлена. Конечно, он не оставил ее сейчас одну разбираться со всем, что ей сейчас свалилось на голову подобно первому снегу. И куноичи все поняла. - Ведите нас, Фукасу-сан. - И они пошли долгими прогретыми улицами и прямо до больницы, и оттуда не теряя ни минуты времени на ожидание, сразу по коридорам до палаты, дверь в которую им открыли прямо перед подходом. И Саюри, приподнимая голову, внимательно всматривалась в силуэт, перемотанный бинтами, который устало сел на кровати. И она не могла поверить своим глазам. Каковы были шансы на то, что судьба их сведет случайно так скоро? Да почти никаких. А что это значило? Это значило, что их вместе свело совсем не случайно.

- Араши?

+2

8

Это было ожидаемо, как и в любом другом прекрасном фильме, когда-нибудь идиллия заканчивается. Она обрывается незаметно, совершенно неожиданно и главное, резко.
Вот, ты сидишь, наслаждаешься спелыми фруктами, аккуратно орудуя лезвием и плавно вытирая уголки губ полотенцем, и бум! Тадашима редко встречал подобное, возможно потому, что Сенджу были точны.
Этот клан любил точность и аккуратность, пунктуальность и безукоризненность в действиях, планах. Представители древнего рода не были импульсивными людьми, которые срывались срочно выполнять какие-то важные дела. Нет, эти дела либо были уже решены, либо ждали своего часа.
Жаль, очень жаль, что джинчурики так и не удалось сполна насладиться обществом девушки.

Их встреча была прервана, но та, кто потревожил их, была сильна взволнована. Это была женщина, которая давно работала в этом поместье. Вероятно, здесь прошла не только её жизнь, но и жизнь её предков. Подобную работу тяжело найти, во многом из-за того, что люди сменяются поколениями, хватаясь хоть за что-то.
Девушка сообщала новости, не самые приятные, если они касались больницы Конохи, то, наверное, утешающие. Потому, что прибывший туда шиноби оставался в сознании, а его жизни ничего не угрожало.
Шима выдохнул. Он не хотел, чтобы встреча двух старых друзей заканчивалась вот так. Нет, это действительно паршивый исход, когда кто-то внезапно узнает о смерти товарища. Это было незапланированно, и подобные сюрпризы не сулили ничего хорошего.
Шиноби аккуратно положил фрукт в корзину, вытирая руки от сока манго и откладывая в сторону нож. Он уже был уверен в том, что проводит Саюри и поможет ей всем, что в его силах.
Его взгляд вдруг стал серьёзнее, детская и чистая беззаботность улетучились. Прежде всего, Сенджу был джонином, его учили с самого детства тому, что бывает повседневная жизнь, а иногда сталкиваешься с заданиями.
Он бы не выжил в этом холодном, жестком мире, если бы не смог приспособиться. Не чувствуя, абсолютно, никакой агрессии к окружающим, джинчурики знал, как должен поступить и что волен делать.

В такие моменты юноша менялся. Становился серьёзным, пусть и с улыбкой на лице, но сосредоточенным и внимательным к мелочам. В нём просыпались те самые инстинкты, которые просто уходили на второй план в мирной, спокойной жизни. Сейчас он должен был выяснить, что случилось с шиноби Кумо, и почему он оказался так далеко от родины.

- Значит, наш патруль смог защитить неизвестного шиноби и помочь ему, доставив в госпиталь? Но, что он делал так далеко, а главное, зачем кому-то начинать какую-то активность на территории Конохи? Это, это глупо?
Сумбур мыслей заполнил голову, двое друзей уже успели покинуть резиденцию и направлялись к больнице.

- Может, это как-то связано с дипломатической миссией Саюри? Но, почему в этом замешано Кумо и как?
Тадашима шёл рядом с девушкой, сосредоточившись на той крупице информации, что была у него. Он не был уверен в своих доводах, поэтому просто начал разговор по дороге с подругой.

- Ты можешь быть знакома с этим юношей? Как считаешь?
Это были несколько риторические вопросы, поскольку через пару минут двое шиноби переступили порог госпиталя, а девушка произнесла имя этого неизвестного. Видимо, это был её знакомый.

Но, что тогда с ним случилось?

+2

9

Почему так темно? Где я? Очень странное чувство. Вокруг тьма, а ощущение будто паришь в воздухе над бездной. Пытаешься пошевелить рукой, а она не двигается. Хочешь глотнуть воздуха, но не можешь даже сделать вдох. Наверное, это и есть смерть. Думал джонин, но внезапно перед ним появился лучик света, который стал приближаться всё ближе и ближе.
- Где я?
Он раскрыл свои карие глаза, но увидеть что-то до сих пор было трудно. Глаза слезились от яркого света и ему приходилось сильно жмуриться, дабы хоть комнату разглядеть. Палата была небольшая, в ней стояли две кровати, разделённые ширмой, тумбочка, на которой лежали любимые красные очки Араши и на полу лежал большой зелёный ковёр, который видать был в каждой палате, он немного раздражал, но вроде как подходил под общую атмосферу больницы. Блеск, это видать больница. Опять больница. Только теперь, это похоже больница Конохи. Как же мне на них везёт-то. Араши решил приподняться и выглянуть в окно, но внезапно его плечо пробила ужасная острая боль, которая всё сильнее нарастала и ужасно пульсировала, заставляя парня стиснуть зубы, дабы не издать какого-то звука. Встать сейчас было невозможно, но и валяться здесь он не желал, ему нужно было, как можно быстрее найти Саюри и предупредить её, что за ними уже пришли.
Он попытался лечь на другое плечо и аккуратно спустить ноги на пол, и, к счастью, ему это удалось. Он кое-как сел на кровать и выглянул в окно. Прыгать отсюда сейчас - это самоубийство, сил не хватит даже, чтобы взобраться на окно, не говоря уже о приземлении. Придётся выходить через дверь, как и все нормальные люди, но, естественно, тогда он спалится перед врачами, хотя это уже не столь важно.
Чёрт, как же плечо болит. Он попытался встать. Это было трудно, потому что до сих пор его преследовала жуткая слабость, а также любое движение провоцировало боль в плече. Ноги сразу теряли всю силу, обрушивая тело Араши на пол. Он пытался сделать хоть шаг и в итоге снёс ширму, грохот от которой, наверное, услышали все, кто был в больнице. Естественно, на этот шум прибежала медсестра, которая начала поднимать шиноби с пола и пытаться усадить на кровать, а тот только сопротивлялся, стараясь наоборот покинуть больницу.
- Вам нельзя вставать! - кричала она, еле удерживая парня, дабы он вновь не рухнул на пол.
- Мне нельзя оставаться здесь, я должен найти Саюри! - говорил он ей в ответ, пытаясь устоять на ногах.
Девушке всё же удалось посадить парня на кровать, но глянув на свой халат, она увидела кровь, кровь Араши, медленно текущую из раны на плече и просочившуюся сквозь бинты прямо на одежду девушки, пока та пыталась поднять джонина. В его глазах снова начало темнеть и из последних сил он смог выдать только одно:
- Саюри...Из Песка...Найдите Саюри!
Вновь тьма в глазах и тело джонина падает на кровать.

Неизвестно, сколько прошло времени, но Араши удалось проснуться. В палате снова никого не было, плечо было также перемотано уже чистыми бинтами, синяки и следы ожогов покрывали почти весь торс парня, а на лице были тёмно-синие фингалы. Боль уже была не такая сильная и ему достаточно легко удалось подняться с кровати. Он мирно уселся на край и стал смотреть куда-то в пол, рассматривая бесящий, но приятный ногам, ковёр. На тумбе стоял стакан с водой, который парень достаточно быстро опустошил. И только он вернул его обратно на тумбу, как дверь в палату распахнулась и в неё зашли несколько человек. Среди них была Саюри, что сразу вызвало улыбку на лице джонина, ведь он был рад, что с ней всё в порядке, но медлить было нельзя и он спешил рассказать ей про опасность, которая теперь их двоих преследует.
- Саюри! Рад тебя видеть!
Он медленно поднялся с кровати, дрожащими руками стягивая со спинки кровати свою куртку и надевая на глаза красные очки.
- Нам надо поговорить, - произнёс он, оглядывая сквозь линзы присутствующих. - Но не здесь, - Араши стал двигаться к двери, аккуратно совершая шаги, дабы ноги вновь не подкосились и не свалили усталое тело джонина на чёртов ковёр. - Нужно место поспокойнее и без лишних ушей.

0

10

Как теплый день под ярким солнцем сменялся ночью, их история превратилась из искрометного принятия дружбы в холодные и болезненные реалии войны. Всего несколько минут назад они сидели в зеленом саду и ели сладкие манго, сейчас же они смотрели на фигуру мужчины, что извивался от слабости и желания что-то сделать. И Саюри чувствовала себя так, будто она была высоко в небесах, безмятежных и светлых, и кто-то, обхватив ее шею ржавой цепью, швырнул ее обратно об землю. И здесь было так темно, что становилось тяжелее дышать. Выглядел Араши совсем не по-небесному. Ожоги, бинты, синяки по всему телу. Честно, Саюри вспоминала того шиноби, который всего какой-то месяц назад, а то и меньше, крошил своими молниями огромные валуны, падающие на него с потолка, и не могла даже представить себе, кто мог сделать с ним это. Какой силы должны были быть эти шиноби для того, чтобы даже синяк на нем оставить, не то что довести его до такого состояния. "Их было несколько, высокого ранга." Но какое это отношение, казалось бы, имело к ней? И с другой стороны... почему он и вовсе сейчас был в Конохе? Какое-то странное совпадение. А Саюри, как известно, не верила в совпадения.

- Араши, - повторила она его имя еще раз, пытаясь придать своим словам как можно больше тяжести и осуждения, как будто это действительно могло его остановить, - послушай, ты не можешь покинуть больницу в таком состоянии. - Вообще она ненавидела говорить подобные вещи взрослым людям, да и не совсем взрослым тоже. Философия "живи и позволяй другим жить" не позволяла ей считать свои мнения и поступки чем-то лучше поступков окружающих, однако сейчас она даже не знала что именно могла с этим поделать. Смотреть на то, как ее друг, пускай и недавний, тянется к своим очкам и куртке, в каком бы он ни был состоянии, было немного даже болезненно. И желание сейчас наброситься на него и заставить остаться в кровати было слишком уж сильно. Хотя, конечно, это были не ее методы - ее методы было бы выпустить песок и с его помощью заставить Араши остаться на месте, но это, конечно, было бы воспринято признаком агрессии. И что с этим делать?

- Я верю в то, что дело это невероятно важное и срочное, - продолжала она, приблизившись чуть ближе и сама не понимая зачем, не то чтобы ее приближение могло много что изменить. "Эх, мужчины, всегда куда-то стремятся не раздумывая о последствиях". Где-то в самом углу своей мозговой деятельности Саюри понимала, что не успела представить своих друзей друг-другу, и это было как-то даже немного невежливо. Но как ей было успеть тогда, когда один из ее друзей действовал немного безумно? Тем более что Араши уже вот поднялся на ноги, и вот уже еле перебирал одной ногой за другую, пока сама Пустынная лишь продолжительно смотрела на него и пыталась понять, что именно ей сейчас с этим делать. - Но это не повод сейчас ставить свою жизнь под угрозу. - Саюри понимала свой взгляд на Тадашиму, надеясь, что он каким-то образом окажет ей сейчас в этом поддержку. И сейчас, наверное, их точно стоило друг-другу представить. - Араши, это мой друг Тадашима. Тадашима, это мой друг Араши. Правда, если Араши так и продолжит, то может ненадолго остаться в живых, его убьет какой-нибудь ирьенин, который встретит его в коридорах.

+1


Вы здесь » NARUTO: Exile » флешбеки&альтернатива » [FB] follow the damned


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC