Рейтинг форумов Forum-top.ru

NARUTO: Exile

Объявление

Kenji

главный технарь ролевой
Sho

мастер игры
Yasuo

сюжетник ролевой
Rangiku

дизайнер, сюжетник и немного Гм
Tadashima

мастер игры
Ichiro

мастер игры
Kano

мастер игры
- Я выйду первой в патруль, если ты не против.
Она посмотрела прямо в яркие глаза медового янтаря. Вероятно, необычно было наблюдать от нее излишнюю инициативу, но сидеть и ждать в лагере, поедая себя десертной ложкой было сейчас для Аи смертеподобно. В общем, она была вынуждена, кто бы что не подумал.
Под крик ненасытных чаек высокая волна накрыла покатый бок корабля, достав до единственного круглого окошка маленькой комнатки с четырьмя самыми разносторонними людьми, смыв с него налипшую грязь и пыль. Неизвестно было, смогут ли они с достоинством преодолеть это небольшое испытание судьбы и выйти из него живыми. ... Читать дальше...

Новости проекта:

форум
после небольшого перерыва мы готовы продолжить свою работу!

дизайн
в честь начала осени и предстоящего экзамена был сменен дизайн.

экзамен
начало назначено на 9 сентября. Готовим свитки и оружие!

библиотека
наконец дописана! Со всеми нововведениями можете ознакомиться в соответствующем разделе форума.
Технобук
советуем знакомиться со всеми внесенными изменениями.

Манга, аниме "Наруто" (NC-21) • Локационка • апрель - май 609г.

События игры происходят спустя семьдесят три года с момента окончания четвертой мировой войны шиноби. Смерть Седьмого Хокаге повлекла за собой цепочку событий, которая привела к войне между Кири и Конохой, где последняя потерпела поражение.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NARUTO: Exile » страна Земли » Главная улица Ивагакуре


Главная улица Ивагакуре

Сообщений 1 страница 43 из 43

1

Основная улица селения Камня. Прямая и широкая, высеченная из камня, как и вся архитектура, коей пропитана вся деревня; со временем улица обросла маленькими магазинчиками вдоль первых этажей зданий.

0

2

• Начало игры •
Раннее осеннее утро. Солнце только начало подниматься из-за горизонта, но высокие скалы, окружающие деревню, всё ещё не пропускают его лучи. Пустую широкую улицу селения освещают фонари для единственного проходящего человека, чьи светлые длинные волосы раздувает прохладный ветерок. Его лицо казалось достаточно усталым, с мешками под глазами, явно этой ночью ему не удалось выспаться, но, как говориться, кто рано встаёт, тому Будда в помощь.

Все магазинчики и киоски по дороге были ещё закрыты, хорошо хоть юноша успел позавтракать в общежитии.

«Нужно в штаб-квартиру наведаться, вдруг там задание мне какое завалялось, – зевая, подумал он, после чего повернул голову в сторону самой высокой башни селения – резиденции Тсучикаге, – попадаться на глаза госпоже Гинко сейчас не очень хочется, особенно после нашей последней дискуссии».

Последняя их встреча прошла не лучшим образом, ведь Ооки позволил себе дать критику нынешней политике Камня, совершенно не фильтруя свои слова, что не на шутку разозлило его бывшую наставницу. Вряд ли этот инцидент повлияет на их отношения в будущем, ведь Гинко хорошо знакома с натурой Ооки и знает, насколько трудно ему держать личное мнение при себе. Тем не менее юноша на данный момент предпочитает увиливать от встречи с Тсучикаге, считая, что лучшим будет подождать пока ситуация не уляжется, а конфликт – забудется. 

Синеглазый вялым и медленным шагом преодолевал маршрут к интересующему его месту, пытаясь отогнать от себя сонливость, но безуспешно. Тем временем селение начало постепенно просыпаться. На улице появились люди, в основном работники местных заведений, которым нужно в самую рань подготовить свои магазины и киоски к открытию.

Штаб-квартира.

Отредактировано Ooki (2019-12-17 19:40:52)

+1

3

начало игры

Такеши внимательно всматривался в окно, наслаждаясь тем, как встаёт солнце и просыпается деревня. Признаться, это доставляло ему немалое удовольствие, видеть, как оживает мир. Юноша уже давно просыпался раньше положенного времени, наблюдал за рассветом, провожал закаты и долго смотрел в свитки. Он предпочитал чтение, изучение и учёбу любому сну. Неудивительно, ведь продуктивности в ночное время, когда человек спит, практически никакой. Да, безусловно, организм отдыхает и всё такое, но, если он не устал, то зачем отдыхать?
Странная логика.
Но, какая уж есть. Если случались периоды плохого настроения, хандры, мальчишка мог просто погружаться в свой собственный мир, наблюдая за своим Биджу. Изначально мысль о том, что в него был, запечатал демон, пугала Такеши, но со временем, к юноше пришло и смирение, и симпатия к этому, безусловно, легендарному созданию.
Со стороны эта картина выглядела непонятно. Погружаясь в себя, в свой собственный мир, будущий шиноби, принимал позу лотоса и просто наблюдал. Сон Гоку в ответ делал тоже самое, пожалуй, исключив позу лотоса. Подобная медитация могла занимать часы, в конечном итоге, прерываясь так же внезапно, как и началась.

Пожалуй, стоит немного рассказать и про печать, которой в современном мире запечатывали Биджу. Феномен Наруто Узумаки полностью перекроил представления о джинчурики, о силе и взаимодействии человека с демоном. Некоторые селения отказывались запечатывать легендарных существ, другие, усовершенствовав техники фуиндзютцу, позволяли носителю беспрепятственно контактировать со своим новоиспечённым товарищем. Безусловно, по своей воле Биджу по-прежнему не могли покинуть тело шиноби, но уже только от самого человека зависела степень заключения зверя. Иными словами, выстроив уважительные отношения к демону, Такеши мог не держать его в клетке, поверх которой будет пара-тройка сковывающих печатей. Зачастую, эта пара молча наблюдала друг за другом. Мальчишка внимательно изучал Йонби, изредка восхищаясь и отдавая должное их создателю.
Знать о том, что четырёххвостый имел доступ к мыслям юноши, он, конечно же, не знал. Но Сон Гоку подобное отношение симпатизировало, что уж.

Сегодняшнее утро начиналось, как и каждое другое, встретив рассвет и приняв душ, Такеши как обычно встретился со своей матушкой.  Они уже давно не разговаривали, лишь обменивались друг с другом взглядами. Этого хватало для взаимопонимания. Поймав очередной взгляд матери, которым она приказывала отправиться на тренировку, юноша молча кивнул. Её влияние по-прежнему оставалось сильным, хоть и с каждым годом ослабевало. Пожалуй, женщина получила то, что хотела – сильного наследника. Она добилась и того, чтобы джинчурики был не глуп, вежлив и учтив. Большего требовать от сына она просто не могла, а быть может, и не хотела.

Покинув родительский дом, Такеши тут же направился к раменной. Он был частым посетителем в этом чудном месте, ему нравилась еда, обслуживание и цены. Они-то и были вполне демократичными.  Заказав, как обычно, лапшу, мальчишка с радостью опустошил тарелку тут же, как её ему принесли. Чудное, по истине, блюдо. Расплатившись за завтрак, оставив немного рё на чаевые, он с чувством выполненного долга побрёл на тренировочную площадку.
Иногда мальчику доводилось сражаться на этой площадке со своими сверстниками, которые хорошо знали его, и которых, чертовски плохо, знал он. Чаще, тренировки заключались в оттачивании техник, освоению новых и попыткам изобрести что-то своё, особенное. Уже с детства зная о своей уникальной стихии, Такеши не стеснялся использовать её в дружественных сражениях. В конце концов, он всего лишь генин, поэтому, где же ещё?

> Тренировочный полигон [Ивагакуре]

0

4

Резиденция Тсучикаге

Октябрь, 608 год, утро 3-его числа

От Кадафи и его спутника, по первоначальному плану, требовалось посетить несколько офисов под предлогом трудоустройства. Разумеется, пунктов к исполнению в этом спектакле для Муу не значилось, поэтому все, что мог делать джонин - надеяться на то, что уважаемый "Аваяма" не опростоволосится и справится со своей ролью. Использовав простое превращение для визита в офис следом за своим "объектом", Кадафи шагал за ним на расстоянии. Могло даже сложиться впечатление, что у него не Момо цель, а именно этот журналист, его достойное и добросовестное выполнение их общей задачи.
Конечно, в первом же офисе писателю предложили должность автора, дали темы первых статей для испытания навыка его пера и отпустили восвояси.
Мужчина от таких новостей не стал горячиться, мысленно оценив полезность своего присутствия рядом с журналистом как нулевую, а заодно прикинув примерные сроки обнаружения "Персика". Что ж, одно было точно - они его пока никак не могли спугнуть. Нечем.
Другие офисы приняли Аваяму сотрудником так же без лишних вопросов и уточнений о его прошлом, что немало разочаровало Муу и навело его на идею о сокращении количества газет, которые выпускаются для селения или хотя бы уточнения, базируются ли они только в Иве или здесь только филиалы. Джонин никогда не интересовался публицистикой, но теперь, раз Тсучикаге считает, что слово может стать оружием в умелых руках - к таким вещам можно будет отнестись внимательней и внести свои наблюдения и сомнения в отчеты. Пожалуй, эту вольность ему простят.

Октябрь, 608 год, утро 4-го числа

Муу, присматривающий за автором, самому себе мысленно советовал держаться от него подальше, тем более что "Аваяма" и сам мог за себя постоять. Пару раз новичка в офисе донимали расспросами, однако журналист Тсучикаге легко отделывался от навязчивых диалогов, уходил от ненужных тем и гибко управлял словами так, чтобы его несостоявшиеся собеседники не уходили совсем ни с чем. Кадафи некогда было этому учиться - он присматривался, помимо наблюдения за "объектом", к окружению в офисах, надеясь что услышит искомый псевдоним сам или хотя бы увидит что-нибудь, связанное с этим.
Второй день тоже вряд ли можно было счесть удачным, зато по ночам, пока писатель исправно строчил статьи по "работе" - тренировался недалеко от его дома. Автору не нравилось почти круглосуточное присутствие Муу неподалеку, но джонин все-таки на миссии, которая не будет завершена, пока не найдется Момо.

Октябрь, 608 год, утро 5-го числа

Мужчины договорились, что не будут мешать друг другу, однако Кадафи с трудом сдерживался, чтобы не начать советовать "напарнику" не торопиться - уж слишком часто он спрашивал о человеке с псевдонимом Персика у людей вокруг: это могло привлечь внимание. Решив отставить опасения, Муу не лез, наблюдал и ждал, так же как ждал и "Аваяма", подходящего случая и нужного человека. Предпочтительней было не затягивать с поисками Момо, который, обнаружив поиски себя великолепного неким новичком, мог бы что-то заподозрить.
Вечером того же дня "Аваяма" сообщил, что ему предложили работать с Момо в соавторстве. Это значило, что дело сдвинулось с тупика уже в какую-то правильную сторону помимо глухой стены, что держалась уже пару дней, но новость не изменила расписания телохранителя: Кадафи неустанно следил за сохранностью автора и невыразительно удивляясь его кропотливости. Сам Муу постоянно мог строчить только находясь в вынужденном ограничении на больничной койке или ради успокоения настроения, но если бы его работой стали статьи - казалось бы, чего проще - его рука застыла бы над бумагой неподвижно.
А отчеты в Резиденцию это не то.

тч

2+1 (техника превращения) 03.10
2+1 (техника превращения) 04.10
2+1 (техника превращения) 05.10

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-18 14:59:43)

0

5

>>> Тренировочный полигон [Ивагакуре]
608, октябрь

Гаке достаточно торопливым шагом направлялся в сторону того самого дома. Хозяйкой являлась ветхая старушка, которая и килограмма не поднимет. Шли слухи, что ей уже за сто перевалило, лицо ее было похоже на сморщенное яблоко, да и в целом вид в бабули был немного пугающим. Ею вполне можно пугать непослушных детишек и говорить, что она ведьма. Как только троица прибыла, Гаке постучал той в дверь и стал ждать ответа. Уже совсем скоро приоткрылась дверка и за ней стояла одинокая фигура той самой престарелой женщины. По итогу той самой ведьмой оказалась милейшего вида бабуля, низенькая и тощая. Парни сразу почувствовали доносящийся запах свежевыпеченного печенья и прочей вкусной сдобы. Она ждала своих гостей и сначала решила покормить их, а потом уже напрячь работой. Она очень тяжело реагировала на отказ и настояла на том, чтобы мальчишки хотя бы попили с ней чаю. Внутри дома было очень уютно, пусть и изнутри он казался достаточно брутальным, как и все жилые дома в Ивагакуре. Гаке охотно согласился поесть халявной еды, да еще и такой вкусной. Он вообще любил поесть, пусть внешне по нему так и не скажешь. Попив чая с булочками и печеньем, он довольно заурчал, гладя свой набитый живот.
- Как же вкусно, бабуля Чи, - Чизуру – так звали хозяйку этого прелестного дома. Вообще мальчик с большим уважением относился к возрастным людям, он охотно слушал их истории, а бабуля как раз была из болтливых. Она рассказала про всех Тсучикаге, про четвертую мировую войну шиноби, в которой принимала участие. Она была совсем молодой, когда потеряла своего первого мужа, ей было где-то около тридцати лет. –«Как здорово. Столько лет прожить… Она и правда живет целый век!» - глаза парня горели. Он делал работу по дому, параллельно слушая рассказы. Он решил слегка прибраться, чтобы старая женщина не занималась этим сама. Конечно, это не входило в его список обязанностей, но он очень хотел ей помочь.
Далее он вышел с ней на задний дворик, где уже все грядки успели прилично зарасти сорняками. В ее то годы уже не поднять лопаты, а Гаке был молод, силен и полон жизненной энергии! Он первый бросился копать грядки, отбрасывая в сторону землю.

0

6

Октябрь, 608 год, 6 число, утро

Тексты, которые Аваяма подготовил для совместной работы с их целью, Кадафи попросил на ознакомление и был в достаточной мере ими удовлетворен, чтобы решить, что его напарник человек более чем ответственный. Содержание будущих статей вполне подходило роли прикрытия: не слишком явно в тему, которой следовал Момо, не слишком лояльно Тсучикаге. Пока Муу был занят чтением, писатель сходил в кофейню, решив не мешать джонину. Удивленный взгляд шиноби задержался на двух дымящихся емкостях, когда автор вернулся; пластиковые стаканчики, которые легко было держать в руке даже горячими и можно было унести с собой весьма приятно щекотали нос и освежали уставший разум. Сначала Кадафи удивился было - откуда такая любезность к нему, учитывая их не особо приветливые реплики друг другу, но потом Аваяма пояснил, что это для "Персика". Правильный ход, раз уж предстоит втереться к нему в доверие.
Муу как всегда держался поодаль и, когда возникла надобность, снова использовал технику превращения. Шиноби поймал себя на мысли, что уже привык к напарнику и его прозвищу, доверяя тому достаточно, чтобы не следить за Аваямой и не тратить время на слежку за ним. Доверие - один из ключевых пунктов, который изначально Кадафи немного упустил, что и создало барьер в общении с назначенным объектом для охраны.
За целый день не представилось возможности контактировать с автором для уточнения условий его работы и ее прогресса. Неизвестность, созданная условиями работы телохранителя, излишне напрягала воображение, причем не в самую позитивную сторону, однако Муу не мог не подумать, что эта миссия, неторопливая и загадочная, ему нравилась. Не требовалось никого распылять, по крайне мере пока.

Октябрь, 608 год, 6 число, вечер

Кадафи дождался автора в условленном месте и первым делом осведомился действительно ли он встретил Момо, человека, который создал столько тревог Резиденции. Аваяма не сомневался, что сотрудник, с которым он теперь будет работать вместе - на самом деле искомый источник красноречивых строк о неудачах страны Земли и ее скрытого селения ниндзя. Муу сдержался от желания выяснить, когда автор узнает все подробности о месте жительства Момо. Пока еще слишком рано для этого.
"Раз сегодня очередной относительно спокойный вечер, то, наверное, мне ненадолго можно вернуться в Резиденцию с отчетом и спросить, что делать с этим человеком дальше. Ликвидировать его сразу по-тихому или все-таки дождаться его творчества?" - сам Кадафи, предпочитая точность, склонялся ко второму варианту, и более того - к более полному расследованию личности Персика, чтобы в дальнейшем не нашлось таких вот отчаянных героев пера. Либо Момо не знал о политике ничего вообще, либо был уверен, что, создавая недовольство в рядах гражданских, находится в абсолютной безопасности, потому что военным слоям некогда читать газеты. Был ли Момо на самом деле столь неосторожен? Ответы на эти вопросы будут известны, увы, не сегодня, поэтому в Резиденцию Тсучикаге, оставив клона присматривать за Аваямой, Муу спешил, полный уверенности в бесполезности сведений, которые он пронаблюдал за эти несколько дней.

тч

Iwa Bunshin no Jutsu (-4)

Резиденция Тсучикаге

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-25 18:37:45)

0

7

Октябрь, 608 год, 6 число, вечер

Резиденция Тсучикаге

Ничего не подозревающие журналисты строчат свои статейки, берут интервью, ищут способ найти сенсацию - а Кадафи и Аваяма работают над устранением одного из них. Итак, джонин вернулся на исходную позицию и сразу передал клону рацию, чтобы тот был наготове. Когда придет время - копия из камня будет действовать по плану, а пока что Муу просто чередовал тренировку с перерывами, доверив клону наблюдение из укрытия. Аваяма, несмотря на дополнения в миссии, оставался его объектом и охрану никто не отменял. Несмотря на жгучее желание рассказать журналисту об информации от Резиденции как можно скорее, Муу решил терпеливо дождаться утра, чтобы не привлекать к квартире автора ненужное внимание своим ночным визитом.
"Что ж, пусть пишет, если он знает, что именно писать - агент Тсучикаге как никак..." - мнение о сокращении количества издательств верный руководству автор не высказывал, однако ему незачем было волноваться о работе: свою полезность в качестве создателя статей Аваяма уже доказал, вряд ли его судьба после этих заданий будет неопределенной и трудной. 

Октябрь, 608 год, 7 число, утро

Ночь прошла спокойно и на этот раз, доказывая стабильность невысокого ранга задания для джонина, который ждал, когда писатель выйдет из дома по расписанию. Под очередным, приобретенным с помощью техники обликом, Кадафи направился следом за Аваямой и догнал его возле знакомой кофейни. Хорошо, когда у людей есть свои слабости и привычки - так проще. Хорошо бы напарник выяснил наличие таковых у Момо.
Узнав под "знакомой" личиной Муу, Аваяма вежливо поздоровался, "удивившись" встрече с ним согласно своей роли. Шиноби решил, что писатель следует своей задаче чрезвычайно исполнительно и хотел было напомнить ему, что можно обращаться без кодовых фраз, однако вовремя прикусил себе язык: из кофейни вышел Момо.
"Вот это поворот", - теперь Кадафи точно было чему озадачиться, но эта гримаса тоже оказалась на руку: Персик поздоровался со "знакомым" и теперь в офис направились трое. Жаль, не удалось поговорить с Амаямой наедине, чтобы пояснить ему требования Резиденции, однако вряд ли напутствие являлось необходимым. Кадафи выдержал "строй" ровно до момента, когда двое, объект и Момо, дошли до своих рабочих мест. На условиях журналистам незачем было жаловаться: достаточно светло, уютно, каменные стены были облицованы деревянными панелями и пейзажными фотообоями. Оставив писателей решать свои собственные дела, Муу покинул офис. На совсем скорый результат он не смел надеяться, однако уже к обеденному времени его ждали новости.

Октябрь, 608 год, 7 число, день

Аваяма, использовав перерыв ради встречи с шиноби и для передачи ему сведений, вышел быстрым шагом из здания. Муу понял, что есть что-то срочное, что он должен ему сказать, поэтому подождал писателя рядом с лавкой быстрого обслуживания.
- Сегодня вечером мы будем работать над статьями у него на квартире. Кажется, у него есть какой-то материал о работе наших шиноби на границах...
- Нельзя дать ему понять, что это именно то, что мы ищем, - сразу напомнил брюнет, нахмурившись, - я буду недалеко, как обычно.
Только когда Аваяма вернулся в офис, Кадафи смог позволить себе едва заметную, торжествующую улыбку.

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-25 23:01:58)

0

8

Октябрь, 608 год, 7 число, день

Время тянулось бесконечно медленно. Даже если бы у Кадафи была с собой книга - он бы ни за что не смог сосредоточиться на содержании строк: его мысли были только о работе. При этом нельзя сказать, что мужчина нервничал: да, выглядел серьезным с виду человеком, прислонившимся к каменной стене как будто в роли атланта, удерживающего здание от падения, но ничего не выдавало в нем высокогорангового военного Ивы. Все еще находящийся под техникой превращения, брюнет терпеливо ждал, стараясь не слишком долго стоять на одном месте. Точнее, Кадафи приходилось себе напоминать о целесообразности смены местонахождения, чтобы его близкое расположение, даже под другой личиной, не задержало внимания не только случайных прохожих, но даже своих, других джонинов или чунинов. 

Октябрь, 608 год, 7 число, вечер-ночь

Муу был готов отправляться за Аваямой и его спутником на безопасном расстоянии, что и сделал по плану, когда оба появились в дверях офиса издательства. Мужчины о чем-то переговаривались, медленно пересекая улицу в сторону малолюдного кафе. Условия их предстоящей работы успели измениться? Кадафи успел немного огорчиться, однако цели покинули здание через четверть часа с парой свертков. А, решили поужинать.
"Надо было взять пищевую пилюлю", - хмыкнул про себя Кадафи, чей желудок инстинктивно отозвался голодной слюной во рту. Вообще-то, шиноби умеют сдерживать свои физические потребности в угоду миссии, но что мешало послать за покупками клона? Видимо отсутствие такого пункта в планах Муу... - "позже. Клон пока нужен".
Последний, кстати, тоже следовал не торопясь за самим джонином, остановившись только тогда, когда Муу занял удобную позицию недалеко от просторного дома на несколько семей. Скорее всего там сдавались комнаты, более удобные и просторные, чем в обычном общежитии, но это все равно не отдельная квартира.
"Зато меньше будет свидетелей, если вдруг что", - во всем находились свои преимущества; Кадафи даже заметил свое положительное настроение, прекратив надеяться на быстрое исполнение миссии. Рация все еще была у клона, готового перейти ближе к Резиденции, чтобы сигнал был четкий: джонин не расслаблялся.
К сожалению, Муу не знал какой этаж займет Аваяма, поэтому приходилось ждать какого-нибудь сигнала. Через пару часов он поступил: в доме открыли окно нараспашку, и этого было достаточно брюнету, чтобы высмотреть журналиста. Либо виноватым считать время суток, либо освещение, но лицо Аваямы показалось шиноби бледноватым. Предполагать худшее не было смысла, оставалось продолжать наблюдение.
Этой ночью Кадафи не спал; несколько раз Аваяма подходил к окну, будто искал кого-то взглядом (ну ясное дело кого), потом уходил обратно. Свет погас где-то к трем ночи и журналист вышел из здания заметно утомленным. Статьи, наверное, продуктивно набирали, ясное дело.
Проследив весь путь писателя до известной кофейни, Муу получил от напарника нужные и крайне долгожданные сведения: Момо предложил своему новому талантливому коллеге заработать много денег, так как статьи, которые пишет он, хорошо оплачиваются не только издательством, но и читателями, которые хотят видеть их опубликованными.

0

9

Октябрь, 608 год, ночь с 7 на 8 число.

То, что Кадафи обрадовался - было понятно по его ухмылке и одобрительному кивку еще до того, как он высказал свою мысль, что Аваяма проделал хорошую работу. Расслабляться было еще рано, но не похвалить напарника было нельзя: несмотря на их взаимное недоверие и натянутые отношения, журналист сумел как профессионал доказать свой талант на деле, да так, что Момо уже на следующий день пригласил его работать. Жаль, что Аваяма не рассказал Кадафи какие пишет статьи; брюнету теперь незачем было отнекиваться от своего любопытства, интересно же, вдруг там такой хороший слог, что у любого, кто будет читать строки этого автора, от восторга в душе будут прыгать единороги.
Муу напомнил, что Аваяма не должен торопиться с согласием на дополнительный доход, лучше бы он поосторожничал: чтобы Момо не заподозрил лишнего и внезапно не передумал. Конечно, на такой случай и предусмотрено наблюдение Кадафи, но хотелось бы обойтись по максимуму незаметным влиянием на Персика. Терпение во время слежки - одна из главных инструкций в работе любого шиноби, даже на таком скромном ранге миссии не следовало нарушать такое правило и оно было напарнику знакомо, что не могло не радовать джонина. Попрощавшись, Муу скрылся в тенях зданий, чтобы присматривать за Аваямой, как обычно, издалека. Ему хватило минуты, чтобы решить, что еще не время отправлять клона в сторону резиденции для решения судьбы Момо: пока еще не известно наверняка откуда дополнительный доход у их цели. Может, просто какой-то недовольный богач, пытающийся сместить Тсучикаге таким низким способом.
Поручив клону не упускать из виду дом Аваямы и подозрительных событий поблизости, Муу вернулся к зданию, где жил Момо. Свет все еще не горел: небдительный автор явно спал. Вряд ли такое себе мог позволить человек, который ждет облавы, не так ли... Некоторое время посмотрев за улицами и смирившись с тем, что никакого подвоха Момо не ждет, Кадафи вернулся на свой пост к рассвету.

Октябрь, 8 число, утро

Пару часов сна джонину хватило, чтобы немного восстановить свои силы, ему даже будильника не понадобилось: жизнь в этом районе начинается по расписанию. Аваяма, складывалось впечатление, тоже не спал: был немного осунувшимся, а один глаз вообще опух. Кадафи решил, что автор спал не в совсем удобной позе или заснул слишком поздно. Может, понял, что за ним наблюдает только клон и поэтому боялся за свою жизнь? Ничего подобного он брюнету не высказывал, поэтому такое можно было только предполагать, на что Муу не хотел тратить своего времени.
Инструкций в этот раз не понадобилось - все было обговорено еще вчера. Или это было сегодня?
"Надеюсь, статья у них получится что надо, какая-нибудь очень острая - чтобы Тсучикаге еще больше разозлилась. А то я так задержался на этих мелких поручениях, что лучше бы это все стоило моего присутствия в Иве, когда я был бы нужнее в другом месте..." - естественно, Кадафи было о чем поразмышлять в часы ничегонеделания в процессе ожидания и недолгих, но продуктивных (снова) тренировках. Обычно когда человек один - мыслей всегда много, всегда не совсем хороших. Можно было бы зайти в офис, прихватить журнал, раз уж Муу недалеко от здания этого издательства, но вдруг произойдет что-то важное пока он зачитается.

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-27 01:28:31)

0

10

Октябрь, 8 число, вечер

Ни в обеденный перерыв, ни когда-либо ещё Аваяма о себе не дал знать. Пребывающий в бездействии, Муу пытался зря не настраивать себя на худшее развитие событий. Плюсом было то, что кабинет, в котором работал напарник вместе с Момо, хорошо просматривался и, даже оставшись наедине с коллегой, Аваяма не подвергнет себя опасности. То, что Момо не псих, понятно было ещё со вчерашнего вечера. Заработались товарищи, бывает.
В селении, окружённом высокими скалами, сумерки сгустились раньше, чем закатилось солнце за невидимый жителям Ивы горизонт; Аваяма и Момо вышли из офиса издательства в числе последних. В руках оба держали коробки, с виду тяжёлые. На них не было опознавательных знаков, поэтому трудно было понять, что именно мужчины несут. По направлению, в котором уверенно шли журналисты, Муу понял, что Аваяма снова идёт в гости к коллеге. Но почему коробки, зачем? Какая-то макулатура для создания богатых описаний или редакторы, спохватившись, поняли, что содержание статей, которые Персик выдает, слишком опасно, провокационно, и уволили его? Несмотря на то, что такое положение усложнило бы этап этой миссии, Кадафи не мог не почувствовать нотку злорадного удовольствия и гордости за руководство Ивы, подставляться перед которым всё-таки разумно боятся. Это, конечно, если была такая вероятность, что Момо уволили на самом деле, а не только в фантазиях Кадафи.
Спустя совсем недолгое время после возвращения домой, Момо вышел на улицу. Без Аваямы.
Кадафи пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не кинуться проверять немедленно - цел и невредим ли вверенный ему объект. Если он зря думает о смерти автора - то ничего не случилось, Момо просто куда-то идёт. Может, за кофе. Если писатель все же погиб, то ему уже ничем не помочь в любом случае, и тогда тем более цель из виду нельзя упускать. Кадафи обернулся на дом в последний раз, пока Момо отошёл не слишком далеко.
Аваяма жив, курит себе спокойно. Может, высматривает своего телохранителя.
"Ему, надо думать, не терпится поделиться со мной всем, что успел узнать. Но подожди, Аваяма-сан. Потом поговорим."
Джонин, незаметно для Момо, проследил за ним до почты и обратно до дома.
"Местная рассылка только с утра. У меня есть время," - на этот раз Аваяма задерживался не до глубокой ночи, но вышел от Момо все равно поздно. Кадафи не в чем было его упрекнуть, скорее наоборот: автор отдавался заданию не меньше, чем джонин, будто находил в подобной ерунде удовольствия не меньше, чем в своей настоящей профессии. Кто знает, может захочет обучиться, станет ниндзя, если ему понравится работать таким образом?

Октябрь, ночь с 8 на 9 число

Разговор мог затянуться, поэтому Кадафи использовал внешность очередного рабочего из офиса, чтобы беспрепятственно зайти, так сказать, в гости. Сам журналист предложил обговорить их прогресс за чашкой чая в надёжном месте, поэтому Муу не чувствовал в своих действиях нарушения чужого личного пространства.
"Скромно, но мило", - обустройство жилища выглядело соответственно ожиданиям Муу о том, как должны быть обставлены комнаты писателей. Например, обязательным был стол, удобный стул с высокой спинкой и много письменных принадлежностей, бумаги, книги. Да, все было именно так, даже банально. Кадафи быстрее разочаровался, чем обрадовался, но пришел он не за оценкой чужого качества жизни.

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-27 02:41:10)

0

11

Октябрь, ночь с 8 на 9 число

Чая он не собирался просить, но по правилам - предложение напитка было знаком вежливости. Наверное, таковой был Аваяме незнаком или он демонстративно решил, что раз Кадафи на работе, то пусть работает и не отвлекается. Мужчина начал рассказ с начала работы с Момо, видимо позабыв, что у них есть объект и его нежелательно терять. А еще Муу должен был успеть на почту... На всякий случай шиноби сверился с часами, которые вели счет секундам на столе, разбавляя звук голоса журналиста умеренным, немного раздражающим стуком в небольшом помещении. Что ж, еще было достаточно времени до рассвета, можно и не торопить, а то еще обидится, собьется с мысли.
Момо с самого утра казался оживленным, радостным, с нетерпением ждал ответа Аваямы и часто спрашивал его о решении насчет подработки. Писатель смело разоблачил Персика, предположив, что тот получит что-то с того, что Аваяма тоже присоединится к этому "серому" кранику оплаты и осведомился о наличии договоров у знакомого Момо, которые необходимо подписать. Оказалось, он был прав и процент за нового писателя существовал - в этот момент рассказа Муу нахмурился, подумав, что под носом Тсучикаге нагло занимаются незаконным рекрутингом - поэтому обещал принять решение к утру.
- А что было в коробках? - напомнил Муу о немаловажной детали. Он не считал себя любопытным и мог бы отстать, если бы это не касалось задания: вдруг содержимое было все-таки важно?
- Выпуски журналов, где фигурировали его статьи. Мы на них убили весь вечер, искали новый сюжет... - Аваяма скривился. - Чего он уже только не понаписал. В большинстве статей ничего особенного, но были и те, которые Момо сразу отложил к себе в сумку. Да, сумку, подожди немного, дойду до этого момента, и расскажу, - остановил автор Кадафи, уже приоткрывшего рот; шиноби незачем было возмущаться - сам виноват, что автор уже умеет раскусить его намерения легко, как орешек, - в офисе видели коробки и решили, что Персик подумывает увольняться. В общем, ему предложили более высокую ставку. Его предложение о работе может оказаться всего лишь поводом, чтобы я занял его место, так как свое в Иве он уже нагрел. В общем, он отложил статьи в сумку, а я спросил - куда он собирается, и Момо рассказал, что завтра он использует свой выходной для встречи с тем, кто ему платит. Он признался, что предлагает работу не совсем от добросовестного работодателя, который может исчезнуть в любой момент. От шпионов Альянса. А газеты ему нужны как доказательство его результата, потому что там написан и тираж. Чтобы получить заказ, я должен пойти с ним...
Кадафи покачал головой.
- Я пойду, под твоей личиной, - решил джонин. - Во сколько и где вы встречаетесь?
Получив от Аваямы сведения об условленных месте и времени, Кадафи покинул журналиста, взяв с него слово, что он не выйдет из квартиры до следующего дня и, если понадобится, вызовет кого-нибудь из Резиденции для службы курьера или защитника, на замену Муу: его ждали более важные дела. Возмущение Аваямы по поводу постоянного пребывания дома джонин объяснил необходимостью предупреждения рисков, связанным с разоблачением джонина.
Покинув дом писателя, Муу глубоко вздохнул, перечислив необходимые пункты своего плана. Первым делом - почта. Что и куда посылал Момо? Причина может быть самой банальной, однако он оставил свой дом для посылки конверта как раз именно тогда, когда поговорил с Аваямой. Странно?  Подозрительно? Не то слово.

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-28 19:36:06)

0

12

Октябрь, ночь с 8 на 9 число

Момо вряд ли подписывался псевдонимом, так как у отправителя должно быть настоящее имя, соответствующее документам. Для этого брюнет отправил клона поближе к Резиденции, чтобы связаться с секретарем по рации и отчитаться, вдобавок - получить требуемые сведения. Задание он сдал, о безопасности Аваямы позаботятся и без просьбы самого журналиста, и, наконец, спустя долгие минуты ожидания, Кадаф получил и настоящие данные Персика. Адрес-то проживания был известен. Невозможно было не радоваться маленьким успехам в задании и хоть какому-то результату, но Муу был бесстрастен, принимая свои обязанности как должное. Надо - сделает.
К почте Кадафи успел подойти довольно быстро. Улицы были пусты в это время, но вряд ли кому-либо был любопытен визит мужчины в здание сомнительного интереса. Как будто кому-то было дело до чужих писем и посылок... В общем, Муу пришлось приврать ради получения посылки Момо: дескать, задание у него от Резиденции, выборочно просмотреть исходящую почту во избежание утечек важных сведений. Вряд ли такое поручение было чем-то удивительным - в военное время такие проверки были частым делом. Сейчас, правда, они стали меньше, но повода отказать джонину не было. Впрочем, отказали бы, Муу послал бы клона за разрешением, проблемы в этом шиноби бы не увидел.
Запросив письмо, Кадафи осторожно открыл его карандашом, держась на расстоянии и заставив почтальона ночной смены отойти подальше. Вдруг Момо хитер и оставил какую-то печать, реагирующую на вскрытие, чтобы никто посторонний не прочитал. Нет, печати не было - хотя сам Муу, интересующийся работой Резиденции, направленной на связь со своими шпионами, знал как предотвратить подобное своему любопытство.
Значит, без предосторожностей передают такие документы, это даже повеселило, помогло Кадафи чувствовать себя уверенней для встречи с человеком, которого встретит потом, после того как этот Персик проводит его. Кто там будет - шпион, кто-то, готовый к бою или просто человек, чей родиной может быть страна Травы или Водопада? Если у них есть способ распознать провал, то Муу не следует расслабляться. Впрочем, на это он был не способен...
Пунктом доставки письма значился крупный город, не столица, но довольно развитый, обладающий всеми слоями общества и их конфликтами. Кадафи не раз и не два выполнял миссии в Токунаге, поэтому мог там немного ориентироваться. Адрес явно предназначался в район класса ниже среднего, возможно даже в трущобах, потому что конкретного номера здания не указано, только улица. И имя адресата.
На всякий случай Муу переписал содержимое письма. Малопонятный набор слов, скорее всего шифр... Передав копию клону, Кадафи оставалось только дождаться его возвращения с распоряжением от руководства. Проследив, чтобы письмо было надежно запаковано как раньше, джонин вышел из здания и направился сразу к дому Момо, чтобы убедиться, что тот на своем месте. Так и было... Что ж, можно спокойно переждать до утра, а потом отправиться на место встречи в качестве "Аваямы". Вряд ли господа были настолько близки, чтобы обменяться некими личными тайнами. Предусмотрительный Кадафи на всякий случай перечитал заготовки статей, над которыми авторы успели поработать. Если Момо вдруг коснется такой темы - будет что сказать и не вызвать подозрений. 

тч

чакра 73\80
два превращения в предыдущем посте и клон

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-29 01:19:36)

0

13

Октябрь, 9 число, утро

Желание Резиденции касалось уже не только Момо, но его работодателя, да и самого писателя так просто отпускать не желали. Придется сопровождать Персика до самого конца, а заодно можно будет предупредить его перед возвращением в Иву о том, что он должен будет согласиться сотрудничать. Убить шпиона казалось логичным: человек, занимающийся заказом статей вряд ли какой-то важный, одного свидетеля хватит. Хотя какой из Персика свидетель... Кровожадность - не в привычках Муу, но ему на самом деле было все равно, что случится с этим человеком. Гораздо важнее джонину было выполнить поручение, которое рядовому чунину или генину представлялось бы прекрасным путешествием. Оставался только вопрос - каким образом Момо решит добираться до Токунаги, повозкой или поездом? Должен же быть у него предусмотрен план на такой случай? Была вероятность еще и такая: придет Момо и скажет - а вот на месте решим, как доехать. Больше всего Кадафи опасался именно этого.
Пока клон был рядом - шиноби смог немного передохнуть, чего ему хватило до того пока его каменная копия не дала знать о том, что пора выходить на встречу с его целью. Момо, как и ожидалось, вышел не с самого раннего утра, однако явно был пунктуален: к месту вроде бы должен был прийти не с опозданием. Шиноби превратился в Аваяму и стал ждать его уже рядом с условленным писателями мини-рынком. Можно было бы и прикупить что-нибудь на дорогу.
"Что, купить фруктов, посмеяться над звучанием его имени? Он почувствует, что это издевательство над его псевдонимом или не обидится?" - Кадафи решил не рисковать с остроумными затеями, тем более что они у него редко получались к месту. Момо поприветствовал его, рассматривающего непомерно огромную тыкву. "Аваяма" приветственно кивнул, предложил что-нибудь приобрести на дорогу. Писатель прикупил яблок, что показалось джонину весьма удобным. Он тоже рассчитался за фрукты и оба отправились дальше по улицам. Муу трудно было говорить и что-либо спрашивать, поэтому он был очень рад, когда Момо начал говорить сам. При этом его трудно было заткнуть или прервать собственной репликой: автор оказался настолько болтливым, что Кадафи оставалось только изображать благодарного слушателя, каким он и был. Притворяться почти не пришлось, потому что каждое, сказанное этим человеком слово, могло быть деталью, важной для миссии. Пока что Момо тараторил только обо всякой ерунде типа погоды и что дорога должна быть сухая. О вероятности того, что телега застрянет в дороге и так далее. Благодаря этим предположениям Персика, мужчина понял, что вид транспорта будет медленным и время пути может увеличиться минимум до полутора суток или больше.
- То, что не было дождя - не означает, что дорога на самом деле сухая. В тени глина часто остается вязкой, - неопределенно проговорил Муу, полагаясь на то, что голос у него звучит достаточно похожим на настоящего Аваяму. Он был рад, что успел достаточно контактировать со своим "объектом", чтобы разобраться как примерно он должен себя вести. Да и с Момо тот был знаком не слишком давно, чтобы писатели знали друг о друге слишком много.

Главные Ворота [Ивагакуре]

78\80

Превращение -2

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-02-29 01:47:37)

0

14

[20 nov 608]

Тренировочный полигон [Ивагакуре] >

Серебряный явно был не в добро расположении духа, так как зубами скреб из стороны в сторону, демонстрируя свою раздраженность и злость. Мальчишка просто сложно давался контроль своих эмоций, пусть его и пытались этому учить: быть сдержанным, покойным, смиренным и мало эмоциональным, однако Гин смог сохранить свою особенность, выведя из равновесия своих учителей. Да, возможно, Такеши и Гаке знаю о его происхождении, но объективно, рассматривая поведение новоиспеченного генина, сложно было провести аналогию с семьей Камизуру, из которой Гинтсучи и был.
"Если он назвал меня Гинтсучи, значит, он учился со мной после того, как меня отправили на второй год и сделали Гинтсучи", - Серебряный пока размышлял касательно взрывного мальчика все время смотрел на него, а когда их взгляды встретились:
- Че смотришь!? - сразу же принялся кричать, набирая степень раздражения и агрессии тоном. - Какие-то проблемесы?
"И че я лидер?" - Гинтсучи сорвал ближайшее объявление и стал его топтать ногой, рыча как какой-то зверь.
- Агрррр! Ненавижу старика!! - остановился. - Такеши возьми. Это объявления из нашего задания. Меня очень бесит, что я главный. Я не хочу командовать, я хочу драться. Арррр, но вы похоже сами ничерта не сделаете. Поэтому идемте на площадь. Будем убираться...
Ух, как его коробило от слова уборка.
- Че? Проблемы? - возразил Гинтсучи. - Я больше вас мусора уберу! А кто проиграет, будет нянчиться с бабкой из другого задания.
- Такеши, я сказал взять объявления, - Гинтсучи сорвал ближайшее и принялся читать, - Херня. В этом нет животных.
И бросил его на землю, после зашагал дальше, пиная пыль под ногами.
- Гинтсучи, нам сначала надо выполнить миссию "Помощь старшим".
- Че? - замер. - Ррррр. Ты че, лидер? Кто лидер? Я или ты? Я сказал мы идем помогать старухе.
И они пошли.

Отредактировано Gintsuchi (2020-02-29 14:07:22)

+1

15

Проредив грядки, паренек проследил, чтобы ни один сорнячок не выглядывал из земли. Бабуля Чи только с радостью наблюдала за рвением паренька и не могла налюбоваться. Она было уже хотела помочь Гаке, но тот жадно вцепился в свою работу и начал отгонять старушку, уверяя ту, что сам только рад помочь такой милой пожилой женщине, как она. –«Я просто не могу позволить ей работать!» - затолкав старушку обратно в ее дом, он решил пойти по-хитрому и попросил ту приготовить что-нибудь вкусное. –«Отличный план, она займется готовкой и на время отвлечется от сада, а я тем временем все успею сделать» - новоиспеченный генин с огнем в глазах выполнил одну часть задания. Далее он принялся дробить лопатой окаменевшую землю, постепенно превращая ту в песок. –«Ну, это никуда не годится» - покачав головой, он вспомнил, что у забора лежат несколько мешков с землей. Смекнув, что к чему, он разобрался с местом будущего огорода и отправился за мешками. Примерно за час он справился с ними, засыпав землю в квадратные ямы будущих грядок.
- Бабуля, как у вас там дела? – бабуля почти сразу ответила, что выпечка вот-вот будет готова. Это обозначало, что и Гаке должен завершить свое дело в кратчайшие сроки. Когда бабуля выглянула из окошка, подзывая генина, тот уже вовсю поливал грядки и разбрасывал семена. Он и сам был своего рода огородником, он выращивал кактус на окошке. Гаке безумно гордился им, а недавно так тот и вовсе расцвел и дал потомство в виде маленьких кактусят. Вымыв руки водой из колодца, мальчонка отправился на кухню, готовясь скушать еще вкусной сдобы. Бабуля Чи станет в будущем для Гаке тем человеком, к кому паренек будет ходить с удовольствием. Ему сильно не хватало заботы и любви в прошлом, потому он нуждался в ней сейчас. Бабушка же была одинока, своих детей у нее не было, потому совсем скоро она будет называть парнишку своим любимым внучком.

+1

16

Начало игры

Прекрасно провести выходной, отстраняясь ото всех дел и скрываясь у себя от дел шиноби дома. Оойоши был тем еще лентяем, которого было необходимо заинтересовать прежде чем тот решит откинуть плед в сторону и подняться с постели. Правда, стоит признать, если этот маленький непоседа заинтересуется чем-то - то держитесь, поскольку это станет началом конца. Конца вашей выдержки и ваших нервов, что станут самоуничтожаться при проведении времени с этим мальчишкой. Однако сегодня был особый случай и по этой причине юноша уже давно просыпался раньше положенного времени, опережая на пару минут даже заведенный перед наступлением сна будильник. Ввиду чрезвычайно скалистой местности солнце не всегда освещало Ивагакуре и во многих местах вечно царила тень, но не в жилом помещении клана Камизуру. После окончания четвертой мировой войны шиноби, где произошло, казалось бы, немыслимое - пять великих стран объединили свои усилия с единственной целью - победить ужасающую вражескую силу, что намеревалась склонить весь мир перед собой на колени. И кто бы мог подумать, что когда-то принципиальные враги Ивагакуре в лице селений Листа и Песка станут их товарищами, с которыми те будут сражаться бок о бок, плечом к плечу против нависшей угрозы.
Таким начинался сегодняшний рассказ бабули КУротсучи, который мальчуган слушал каждый раз словно в первый: с той же страстью, тем же изумлением и воодушевлением, что несколько лет назад. А ведь его бабуля тоже была не из болтливых, потому зачастую приходилось с ней заключать, своего рода, сделки, чтобы услышать завораживающие рассказы, что повествовали о событиях многолетней давности.
- Оойоши, ты уже опустошил свои тарелки с завтраком? Такими темпами в твои юные годы ты будешь щекастым - точно как старпер Акатсучи. Ха-ха-ха. - Куротсучи даже спустя много лет удалось перенести в старость чувство юмора. И даже сейчас, когда необходимо было похвалить животный аппетит внука, та в свою очередь напомнила о излишнем весе своего лучшего друга, с которым также было связано много всего происходящего в ее жизни. Тот, засыпая в кресле-качалке под нудные и монотонные (по его мнению) сказки старушенции, не воспринимал всерьез ее приколы в свою сторону. Даже сейчас, Акатсучи был непоколебимым и продолжал нагонять драгоценные минуты сна, чья суммарность уже перевалила за полтора десятка часов сна - вот оно в чем заключалось, хобби дядюшки Ака. Снова разочаровавшись, что ее друг и боевой товарищ в прошлом так и не обратил внимания на издевки Йондайме Тсучикаге, седовласая решила продолжить беседу с внуком. - Так-с, значит, на чем мы там с тобой остановились?
- Как, ты уже забыла?! - Удивленно вопросил парень, отодвигая сначала грязную посуду от края стола, а после и деревянный стул, чтобы тот никак не препятствовал смене позиции. Камизуру был очень проворным и быстрым, и способен разогнать себя за короткий промежуток времени. Но у этой особенности также был и главный недостаток - тормоз. Нет, не Оойоши тормоз, а он не был еще способным рассчитывать свою скорость и расстояние до цели, чтобы успеть сбросить стремительность до исходного показателя. Сейчас это можно было созерцать, когда шустрый разбойник с размаху решил прыгнуть на коленки спящему дедушке Акатсучи, а в итоге перевернул кресло вместе со стариком. Совершив несколько переворотов по деревянному полу, начинающий и перспективный шиноби снова прыгнул, но уже на колено своей бабули, оставляя старика на твердой поверхности, к слову говоря - сонное состояние пенсионера даже в данном случае не было прервано. - Куротсучи-баа-сама, а расскажи еще раз тот момент, когда все пять Каге сражались плечом к плечу против Учиха Мадары! Как прапрадедушка Ооноки остановил огромный метеорит! Как они совместно с великим Наруто перевернули ход войны в пользу альянса великих стран шиноби!
- Эй-эй, подожди-ка, мелкий. Вечно ты горячий, за раз хочешь услышать много новых историй. Давай-ка мы поступим следующим образом. - С улыбкой на лице перебила внука Куротсучи, что смотрела в малиновые глаза паренька, что напоминали ей саму себя в юные годы: такая же дерзкая, непоколебимая, игривая. Правда, в отличии от мальчика, та долгое время скрывала последнюю черту характера. - Помнишь дядюшку Коттана?
- Но баа-сама! Вечно ты придумываешь поводы для отказа! - грустный и недовольный возглас, ведь Оойоши был готов к сказу старухи, а та давай теперь с ним строить рыночные отношения в стиле "ты мне - я тебе". Услышав знакомое имя, генин построил вопросительную гримасу, не понимая происходящего в настоящий момент. - Дядюшка Коттан? Это тот, что руководит приютом для животных? У него что-то стряслось?
- Именно, он самый. У него случился резкий и неожиданный отток рабочей силы, и тот совсем не успевает своими силами. Думаю, по старой памяти, наш клан должен ему оказать посильную поддержку, пусть и не долгую. - Йондайме была в дружеских отношениях с владельцем приюта, что когда-то давно тоже состоял в числе шиноби, а после отставки решил заниматься благотворительной деятельностью. Но даже сложная деятельность не стала преградой для дружеских встреч, в ходе которых старик и поведал своему другу - бывшей Тсучикаге о насущей проблеме, требующей своевременного решения. - Поэтому ты туда и отправишься, Оойоши-кун.

Отредактировано Ooyoshi (2020-06-14 22:00:13)

+1

17

Главные Ворота [Ивагакуре] >>>

«Дом, милый дом» - хотел бы сказать Такеши. Но мысль встала костью в горле, мешая даже дышать. Потому как, все ближе подходя к парадной двери, он ощущал все большее беспокойство. Ведь за ней его ожидала мать, как всегда, в непредсказуемом настроение. Он был готов к тому, что сразу за порогом начнется странного рода представление. Возможно, прямо перед его носом промчится кухонный нож, сразу после по самую ручку вошедший в дверной косяк. Вероятно, он услышит крики, от которого по его спине промчится армия мурашек. Равно возможно, что за открытой дверью повеет настоящим морозом, как бывает высоко в горах или глубоко под землей - будто заходишь в огромный холодильник, в котором твою остывшую тушу подвесят на крюки. В общем и целом, пятнистый робел. И о робости своей отдавал себе отчет. Сложно было не заметить того, что рукой за дверную ручку он взялся так, будто она могла оказаться раскаленной. Повернув ее, мальчишка открыл врата в преисподнюю. Зайдя же внутрь, мальчишка чуть было панике не поддался и чудом лишь сдержал себя от разворота на сто восемьдесят градусов и следующего за ним побега. И пусть ничего не взорвалось, лишь скрипнула под ногами половица, но беспокойство уходить никуда не собиралось. Скинув в коридоре рюкзак, сняв уличную обувь и надев тапки, мальчишка, как и заведено в их доме, сперва отправился умываться. Умывшись же, он пошел на кухню. Где его уже ждала мать и понемногу остывающая еда. Пахло приятно, да и в животе урчало.

- Опоздал? - спросила мать.
- Опоздал. - ответил сын.

Ступая будто по иголкам, он подошел ко столу. Отодвинув стул, пятнистый сел на него. Мать же молча за сыном наблюдала, будто по одному его угрюмому лицу собиралась прочесть все те мысли, коими он был полон. Впрочем, Такеши иногда действительно казалось, будто бы его родитель мог без всяких техник копаться в чужих чувствах и воспоминаниях. Вот только, что было секретом для него, сей трюк она была способна провернуть на нем одном - и ни на ком более. Прежде, чем взяться за ложку и приступить к трапезе, половинчатый вытащил из себя еще несколько слов. Удивительная инициатива.

- Прости, ма. - взмолился он.
- Конечно, сын. - ответила она.

Впрочем, атмосфера после этого не разрядилась. Женщина все так же буравила его взглядом. Мальчишка все так же ерзал на стуле и беспокоился. Впрочем, приступить к обеду он все же должен был - для чего же иначе они здесь собрались. Такеши сунул ложку сперва в тарелку, а после - в рот. И так еще... и еще, и еще. Пока суп, поданный на первое, не кончился. Мать к тому моменту уже наложила порцию второго. Забрав опустошенную тарелку, она заменила ее свеже заполненной. Как и подобает в этом доме, каждое из блюд было действительно вкусным. Расправившись и с ним, Такеши выпил стакан яблочного сока. Освежающе.

- Так что? - спросила мать.
- Так... - ответил сын.
- Говори громче, увереннее. Ты ведь мужчина. Где был? Почему опоздал?
- Тренировался на полигоне. Задержали на воротах.
- И все?

Она напирала. Он отпирался. Ровно так, как и заведено в этой семье. Он уже давно ее перерос. Сам-то вон какой вытянутый, а они никогда исполинском ростом не отличалась. Хотя удар, вне всяких сомнений, был крепче у нее, к тому же точнее, увереннее, смертоноснее. Как бы он ни старался, ни на одной из тренировок он так толком и не смог ее задеть. При том, что действительно пытался. Без всякой чепухи, будто бы мать жалел. Нет, он атаковал, будто бы врага. Потому что точно знал, что ни одна из его попыток не увенчается успехом. Казалось бы, он уже многие годы сталкивался время от времени с ней в боях. Должен был уж за это время выучить ее паттерны, приспособиться к ее стилю ведения боя, подстроиться под ее темп. Но каждый раз она умудрялась удивлять. Будто бы сама, вдали от его глаз, тренируется и совершенствуется. Собственно, он мог бы в подобное поверить. Если бы не знал, сколько времени она тратит на домашние заботы.

- Не все. - проскулил мальчишка.
- Итак? - продолжила женщина.
- Тренируясь, я переборщил. Когда начала кружиться голова, я лег. Тогда же потерял со... нет, попросту уснул. Проснулся, когда солнце уже высоко забралось.

Наверное, он должен был придумать некое оправдание для опоздания. Но почему-то ему не верилось, что он смог бы обмануть родную мать. Не потому, что ему не хватило бы решимости. Нет же. Он был уверен, что любую его ложь она раскусит на раз-два. Он для нее не книга даже, а ей же от руки написанный блокнот. В его сознании не было таких закоулков, куда она не смогла бы отыскать дорогу. Скрывать от нее что-либо было не только лишь бесполезно, но даже вредно. В том числе, и для здоровья.

- Это все? - настаивала она.
- Да. - соврал он.
- Уверен?
- Нет.

И вот подоспело доказательство тому, что читать с его лица она умела даже лучше, чем со страниц книг. Разве же мог он утаить от нее хоть что-то. Это было равно тому, чтобы от самого себя тайны держать - без помощи колдовства ничего не выйдет. Паникуя, мальчишка терялся, в какие именно слова обличить все то, что с ним сегодня сотворили. Казалось бы, мать до сих пор не делала ничего противозаконного и морально чрезмерного. Но по его реакции можно было бы догадаться, что это - лишь начало чего-то большего. Ни много ни мало, сейчас решалась его дальнейшая судьба. Возможно, та свобода, которую он обрел со временем, резко из его жизни пропадет.

- Помог старушке отнести вещи домой. - пропищал сын.
- Даже так? - удивилась мать.
- Потому на воротах и остановили - багаж был великоват.

Мать многому научила сына. По сути, все, что он умел и знал - плоды ее стараний. Большую часть того, что преподавали в академии, она закинула в его черепную коробку задолго до. Потому, возможно, она наиболее полно и представляла то, как именно работает его извилины. Ведь весь тот код, по которому они и служат, написан никем иным, как ей. Но вот помогать ближнему она своего ребенка не учила. Да и не видела ни разу, чтобы он в принципе к посторонним тянулся. А тут, оказывается, ради незнакомой старухи он решил пожертвовать собой - без преувеличений. Ведь точно знал, что опоздания в этом доме караются. Она улыбнулась. И пусть, в отличии от мальчишки, женщина никогда с проявлением чувств проблем не знала - точно их контролируя. Подобное он все же видел достаточно редко, чтобы не успеть к тому привыкнуть.

- Надеюсь, сон и святая благотворительность стоили того, что тебя ждет.
- Прости.
- Покой тебе теперь будет только сниться.
- ... - мальчишка замешкался.
- Что? - мать это подметила.

По идее, на том можно было и окончить разговор. Если бы мальчишка ответил привычное «да, ма», его бы ждало наказание, но не более того. Да, мать бы очередной раз изощрилась, найдя, чем обременить сына с пользой для его развития. Но он растерялся, думая, не уточнить ли кое-что из произошедшего. И в том была его ошибка. Мать улавливала любые беспокойства в собственном сыне, различала их по запаху и цвету, вкусу и консистенции. Она понимала, что нынешнее его волнения отличается от того, что он испытывал еще полминуты назад. И не могла упустить возможности поинтересоваться.

- Отвечай. - потребовала она.
- Мне снился сон. - отвечал он.
- Они всем снятся.
- Про чудовище.
- Неужели тебя пугают кошмары?
- Про гигантскую рыжую обезьяну.

Будь это любые другие мать с сыном, на том разговор бы, наверное, и завершился. Ну приснилась страшная обезьяна - ну и ладно. Но конкретно эти же родитель и ребенок после откровения последнего на несколько мгновений замерли, пережевывая новообретенные знания. Пожалуй, впервые Такеши видел, чтобы его мать вдруг поймала ступор, растерялась. Ее взгляд бегал по всему его телу, ища, за что зацепиться. В какой-то момент мальчишка уже начал беспокоиться о родительнице, не случилось ли с ней что - может сердце защемило или нерв лицевой. Но это странное ощущение как рукой сняло, когда она вновь открыла рот.

- Всего лишь сон?
- Я так думаю.
- Но ты не уверен?
- Я не уверен.

Мальчишка в принципе редко бывал в чем-либо уверен, тем более, на глазах у матери. Если в академии он без лишних расшаркиваний мог продемонстрировать все свои способности, то стоило появиться рядом ей - и руки начинали трястись. Он одновременно боялся не оправдать ее надежды и чаяния и жаждал ее похвалы. Множа друг друга эти страх и желание выбивали у него опору из-под ног. Встав изо стола, она приняла посуду из рук мальчишки. Сложив ту в раковину и замочив в воде, она начала ходить по кухне туда-обратно.

- Что у тебя сейчас по расписанию?
- Поход в резиденцию, поиск работы.
- Тогда иди. Поговорим вечером.
- Как скажешь.

Такеши и сам встал изо стола. Задвинул занимаемый им до тех пор стул. Собираясь пройти сразу в коридор, он был остановлен повелительным тоном голоса матери.

- Смени одежду, неряха. Не позорь мать.
- Как скажешь.

Покорнейше, он поднялся в свою комнату. Там его ждал очередной свежепостиранный и поглаженный комбинезон, до сих пор после последней процедуры сохранивший приятное телу тепло. Переодевшись, уже на снятой одежде он обнаружил несколько пятен, которые, очевидно, проглядел, пока отряхивался на тренировочной площадке. Упущение, которое, вероятно, ему еще припомнят. Впрочем, думать об этом сейчас у него не было ни желания, ни времени. Уж хоть после обеда он не оплошает, а к ужину придет ровно вовремя. Еще одно огорчение матери за сегодня могло завершиться ничем иным, как пытками. Уж в них она, несмотря на скромный вид, была сведуща.

Вновь спустившись в коридор, мальчишка проверил свой рюкзак. В нем уже лежал очередной пакет с бутербродами, заботливо приготовленными матерью, а в термосе был заварен свежий чай. Именно так она проявляла свою любовь - где-то там, за его спиной, будто бы смущаясь. И все же, он замечал ее старания. И потому, наверное, прощал многие обиды. В конце концов, они - родня. И более у них никого нет. Такеши был уверен, что однажды наступит-таки пора, когда именно он должен будет заботиться о матери. И с этой своей работой он должен будет справиться лучше, чем с какой бы то ни было еще. Учитывать то, что ему смертельно не хватает навыков ведения хозяйства, он, разумеется, не стал. Впрочем, подготовиться время еще было - мать старела на удивление медленно.

>>> Резиденция Тсучикаге

Отредактировано Takeshi (2020-06-14 20:01:18)

+3

18

Оойоши и подозревать не мог о том, что сегодняшний завтрак преподнесет ему такие сюрпризы. Его предвкушал очередную порцию повествования об истории величайших шиноби, а в итоге слышит твердый отказ от своей ввиду какого-то дела, не терпящего любых отлагательств. Мальчишка уже долгое время терпел и превозмогал собственное любопытство в ожидании продолжения рассказа, но каждый раз у старушке Куротсучи было краткое, но утвердительное оправдание: некогда, не сейчас, давай позже, отвали. И это небольшой перечень слов, что составляли костяк сотни аргументированных отказов, скорее всего эти слова - самые безобидные, учитывая вспыльчивость и открытость старушенции. Она в молодости, согласно рассказам матери, славилась своей открытостью и высокомерием, а с возрастом к данной вредной личности добавился еще и маразм. Во всяком случае, Камизуру не сдавался и выполнял все поручения беспрекословно, чтобы в последствии стать легендарным шиноби, как и все его родственники: бабушка, получившая титул Йондайме Тсучикаге; прадедушка Китсучи, что в свое время возглавил Сенто Кинкьёри Бутай - вторую дивизию альянса шиноби, специализированную на ближнем бою; и, естественно, прапрадедушка Ооноки - Третий Тсучикаге, что несколько десятилетий воспитывал в подрастающих поколениях любовь к селению, волю к победе. Мальчик сожалел, что даже не смог встретиться с ним, но это не влияло на безмерную гордость за историю своего происхождения.
- Но, Куротсучи-баа-сама, опять-двадцать пять. Вечно ты придумываешь отговорки, чтобы я отстал от тебя!  Обещаешь, что на этот раз ты не обманешь меня? - После многочисленных отказов и отговорок брюнет уже не мог верить старушенции, в связи с чем потребовал хоть какие-то, но гарантии. В ответ же пожилая женщина лишь кивнула с довольной улыбкой, взъерошив ладонью руки черные волосы паренька. Положительный ответ более чем устроил Камизуру, словно вдохновляя оного на подвиги. Как раз сейчас настало время для одного из них. - Жди меня, я одной ногой там - второй здесь!
Темноволосый сорвался с места, выбрав для себя следующей остановкой тот самый приют, руководитель которого решил экстренно обратиться за помощью к своей давней знакомой. Да, мужчина пожилого возраста мог обратиться прямиком к нынешней Тсучикаге, но не желал затрачивать ее время и обременять таким пустяковым делом. Другое дело - знакомая детства, которая даже после завершения карьеры шиноби и на закате многолетней жизни обладал большим влиянием в своем клане, а также и во всем селении прислушивались к ее мнению. Но, как оказалось, ей не нужно было заниматься поиском подходящей кандидатуры, потому что у Оойоши была такая особенность - оказаться в нужное время в нужном месте, но стоит заметить - не всегда это играло ему на пользу, а в качестве пример можно преподнести сегодняшний случай. Покинув особняк собственного клана, мальчишка шагал по центральной улице Ивагакуре, что буквально бурлила населением. Каждый занимался делом, кто чем горазд: кто-то осуществлял поиск нужного предмета, спрашивая у каждой торговой точки о наличии оного, а при получении отрицательного ответа - шел дальше, не теряя надежды на иной исход; кто-то просто гулял под открытым небом, улавливая солнечные лучи и радуясь благоприятной погоде; а кто-то Оойоши, пробирающийся сквозь многочисленную толпу зевак к своему месту назначения, где и его уже должен ждать заведующий приютом. Только сейчас, осознавая всю сущность сложившейся ситуации, мальчик начал понимать и принимать очевидный факт - он пошел на сделку с дьяволом, образно говоря. Ведь никто и ничего не помешает бабушке Куротсучи по возвращению нарушить свое слово, в очередной раз выставляя себя перед внуком в качестве динамомашины и ни капли не стыдясь этого, не жалея любопытство и манию, бешеную тягу к истории мира со стороны своего мелкого родственника. Да и что она подразумевала, намекая ему на посильную поддержку приюту, сотрудники которого в экстренном режиме стали оставлять свои рабочие места вакантными? Верно подмечено, что мальчик являлся трудолюбивым, но он не был готов к такому исходу событий, где на нем будут пахать, использовать в качестве работяги до изнеможения. А он чувствовал, что как раз это его и поджидает в недалеком будущем. Копаясь в собственных мыслях в попытке подобраться несколько возможных вариантов прохождения бабушкиного поручения, брюнет утерял ход времени и не заметил, как уже стал приближаться к месту начала его миссии. Возможно, детский плач помог мальчику вернуться в реальное время. Ребенок, возраст которого ориентировочно ровнялся годам пяти сидел неподалеку от дерева, что-то там говоря себе сквозь слезы.
- Хэй, парень! Что у тебя стряслось?! - Вопросил брюнет, а мелкий сквозь грусть нашел в себе силы и указал одной рукой на макушку кроны дерева, всхлипывая и протирая глаза ладонью второй руки. Благо, наш герой совсем недавно овладел навыком восхождения на стены и деревья, что сильно помогло ему в добром деле. Несколько ловких движений и Оойоши сидит не ветви, а в его руках тот самый мяч. - А ну-ка лови! - С улыбкой на лице сказал генин, бросая предмет точно в мальчика. Небольшой диалог, по окончанию которого он отправился дальше, а путь следования уже подходил к концу.
Здание выглядело небольшим, но это скорее всего на фоне участка местности, прилегающего к указанной постройке и распространялась в радиусе на огромное расстояние. - "Ого, да тут колоссальный объем работы. Быть может, к черту все эти сказки бабули?!" - Спросил парнишка сам у себя, но вопрос являлся риторическим - конечно же нет, ведь неспроста говорят "у страха глаза велики", "глаза боятся - руки делают" и тому подобное. Для начала требовалось ознакомиться с местом, а вдруг все не настолько плохо. Наступая на ступени порога здания, Камизуру протянул руку вверх к звонку и стал на носочки, чтобы дотянуться и вызвонить кого-либо наружу, чтобы подкрепление в лице непоседливого мальчишки пустили внутрь. Оставалось только лишь ждать.

Отредактировано Ooyoshi (2020-06-15 02:57:57)

+1

19

Мелодия звонка, что уведомляла присутствующих в здании о прибытии гостей была несколько необычной. Она напоминала ноты какой-то песни, которая то и дело была на слуху Йоши, но вспомнить ее название или хотя бы парочку строк было задачей невыполнимой. Но мучения брюнета были совсем недолгими, поскольку сотрудники приюта сработали достаточно оперативно и отворили дверь для вновь прибывшего генина, которому пришлось сделать пару шагов назад, чтобы не получить дверцей по лицу.
- Добрый день! Мое имя - Камизуру Оойоши, я пришел к вам по поручению бабули Куротсучи, - представился парнишка неизвестному, распахнувший единственный вход в здание. Не ожидая ответа незнакомца, юный генин продолжил. - кажется, за помощью к ней обратился ее давний знакомый - дядюшка Коттан.
- Так это Вас прислали нам на подмогу, наконец-то! - Положительный и довольный возглас имел место быть в связи массовым оттоком персонала сего заведения, но это настораживало потомка Тсучикаге - становилось более, чем очевидно, что работенки ему выдадут от души, рассчитывая на свежие силы пряника (новенького). Недолго продержав пришедшего на подмогу гостя в дверях, мужчина пригласил оного внутрь. Он вел генина за собой через холл, чтобы угостить человека чаем перед тем, как назначить оному фронт его работ. - Кстати, не сочтите за невоспитанность или высокомерие, можете обращаться ко мне по имени - Дотсучи, будем знакомы!
Камизуру, вглядываясь в глаза нового знакомого словно пытаясь увидеть в них что-то сокрытое, кивнул в знак согласия и уважения, после чего его расположили в гостиной, где уже стояла чашка с горячим чаем. Содержимое чашки нагрело стенки сосуда до высоких температур, и брюнет почувствовал это своими фалангами пальцев левой руки как только стоило ему слегка прикоснуться к ней. По этой причине он решил отложить чаепитие, а вот перекусить конфетой было бы глупо со стороны сладкоежки. Именно по этой причине Оойоши закинул в желудок сладость, удобно развалившись в огромном кресле - нечего было говорить ему, что он может себя чувствовать здесь словно дома, он принял данное высказывания через чур всерьез и не заставил себя долго терпеть. Однако через какое-то время в голову генина пришла мысль, что о его поведении из уст здешних людей может узнать его бабуля, которая явно не оценит его чрезмерной наглости и самоуверенности, не взирая на такие же черты характера в равном возрасте. Риск был большим, а также излишним, отчего начинающий шиноби расположился в кресле более прилично, и уже внимал каждое слово Дотсучи. Как оказалось, что происходящие в приюте события связаны были с недостаточной оплатой труда. Да, проблема с постоянной текучкой кадрового состава была всегда, она есть и она будет также в будущем - этого не избежать. Но в настоящее время за короткое время стены пристанища покинуло слишком большое количество помощников. И вся беда состоялась в том, что страдали от этого не руководители, не оставшиеся сотрудники, а питомцы. Животным не хватало людского внимания, да и в целом до них не доходили руки: не хватало времени на выгул; медицинский осмотр также должен был проводиться куда чаще, чем в нынешней ситуации; и наконец, многое зверье уже длительное время находилось в вольерах и клетках, лишенные выгула на свежем воздухе. Само собой, в  сумме эти нюансы также преподносили ухудшение условий содержания, что удручало оставшихся сотрудников. Любой защитник животного, выслушав все это, высказал бы свое мнение - живодеры, как таких мир шиноби носит и все такое, необходимо всех выпустить на волю. Только была еще одна причина, по которой всю эту живность до сих пор не распустили, а приют не закрылся. Это травмы - каждая зверушка имела какое-либо отклонение, которое не позволит ей в природной среде жить полноценно, в следствие чего многих будет ждать смерть. Такова суть рассказа Дотсучи, что кратко выговорился, чтобы Оойоши ввести в курс дела. За это время чай, успел слегка остыть, и брюнет решил перед началом деятельности опустошить чашку.
- Так-с, тогда пора браться за дело. - вымолвил мальчишка, вставая с кресла и отдаляясь от стола. Его желание трудиться, оказать содействие приюту была настоящим, а значит все вместе они управятся в срок и не допустят страданий их меньших товарищей. Начал коллектив с вольеров, где жили собаки. Как только Камизуру отворил калитку жилища, та встретила его тепло и с любовью, вызывая умиление и радость у генина. Необходимо было осуществить выгул собак, пока будет проводиться уборка, чем и занялись несколько волонтеров, включая и Йо. Приняв в руки несколько поводков от работяг, темноволосый отправился за двор поместья, ведь именно там осуществляли выгул здешней живности. Псы то и дело разрывались наутек в разные стороны, желая осмотреть каждый сантиметр территории, а генин пытался угодить им всем. Через какое-то время к нему подошли две девушки и переняли поводки, чтобы расчесать шерсть оным, а самого парня уже ждали на исходной позиции. В последующем мальчишка оказывал и правда посильное содействие в наведении порядка, и делал он это с большим удовольствием, осознавая всю полезность своих действий и не боясь запачкать свои руки или одежду. Еще несколько часов кропотливой работы и совместные труды преподнесли впечатляющий результат: по всей территории царил порядок; вся живность были сытыми и довольными, это можно было видеть по их счастливым глазам. Очевидно, что работа была проведена добросовестно и большим желание, ведь иначе у них ничего бы не получилось. Однако это было еще не все, и оставалось еще немного работы, которую предстоит сделать темноволосому.

0

20

Резиденция Тсучикаге >>>

По сути, Такеши успел уже уловить суть задания и из слов распорядителя заданий. Собственно, ничего сверхъестественного его не ждало. Как и не могло ждать генина, тем более, работающего в одиночку. Надо было лишь отыскать определенный дом, по адресу приведенному в описании миссии. Застать в нем хозяина. И навязаться ему в помощники в одном пусть и нелегком, но весьма рутинном занятии - переезде из одного дома в другой. Задание это было ранга D, то есть нижайшего из всех существующих. И они не то чтобы редко, а скорее в принципе никогда не могли обернуться для шиноби ни то что смертью, так даже ранами. Разве что по собственной неосторожности. Так ведь и сидя в туалете можно навернуться, ударившись головой об унитаз. Не считать же из-за этого уборную - территорией пусть и в потенциале опасной. Так и здесь. По сути, все, для чего нужны такие задания - это чтобы шиноби свыкся с мыслью служения общества. Чтобы он распробовал все прелести общения с заказчиком, а также освоил основные принципы бумажной волокиты. Ведь даже при исполнении столь простых дел, в конце он должен был оформить официальный документ - отчет об исполнении. И, разумеется, получить некое денежное вознаграждение, которое, разумеется, могло поместиться в не самом глубоком кармане. Очевидно, за миссии подобного толка давали минимальную из всех возможных компенсацию. Карманные деньги - не более. И лишь те, кто действительно всего себя посвящал подобного рода работам, мог заслужить себя достаточную в месяц награду, чтобы самостоятельно себя прокормить. Иногда, разумеется, везло. И заказчиком оказывался достаточно состоятельный, а то и вовсе богатый человек. Которому ради лишней сотни рё даже наклониться побрезгует. И вот тогда была возможность заработать хоть сколько-нибудь достаточную сумму. С другой стороны, и общение с подобными индивидами зачастую оборачивалось всевозможными сложностями. Кто-то был чрезмерно надменен и даже при маленьком росте умудрялся смотреть на служащих ему наемных рабочих свысока. Кто-то и вовсе переоценивал данную им награду, а потому требовал большее, нежели то, что было описано в свитке с заданием. Хамоватых снобов было встретить достаточно легко. Впрочем, более скромные в денежном плане заказчики тоже зачастую оказывались теми еще фруктами. Некоторые за лишний огрызок монеты сдирали с вас три шкуры, заставляли делать невозможное в невероятные сроки. Кто-то воображал себя чуть ли не властителем над наемниками, ожидая от них раболепства и лизоблюдства. В общем, среди любой людской категории или класса находились что хорошие, что плохие люди. И встреча с заказчиком - настоящая лотерея. Приятная, увы, немногим. Сам Такеши к знакомству подходил единственно возможным в его случае методом. Приходил на место встречи, представлялся, здоровался и раскланивался, а более ничего лишнего не произносил. А «лишнее» для него - это вообще любые слова помимо упомянутых ранее. Вслух он не интересовался вообще ничем. Будто бы игнорировал заказчиков. Чем многих раздражал. Но некоторые же, напротив, за подобное отношение к работе добавляли к его оплате несколько лишний монет. Просто потому, что назойливые и чрезмерно общительные маленькие генинчики нравились далеко не всем. Кому-то они попросту мешали думать, делать, распоряжаться. Кого-то они попросту утомляли. Не все и не всегда жаждут общения. Некоторым приятнее тишина. И именно с такими-то пятнистый лучше всего находил «общий язык». Язык безмолвного исполнения работы.

Осознавая, что переезд - дело не самое простое и уж точно не моментальное, Такеши решил до упомянутого в свитке с заданием здания добраться бегом. Время уже было прилично послеобеденное, ужин уже был не за горами. А опаздывать на два приема пищи за день в их семействе казалось неслыханной дерзостью. Да и даже одно задержание, уже провернутое мальчишкой ранее, могло обернуться метафорической виселицей. После которого он, возможно, окажется близок к мысли о том, а стоит ли оно того - может к черту все это, пришло время сбежать из дома. В конце концов, он ведь уже взрослый. Впрочем, вскоре он, разумеется, отбросит подобного рода помылся. Потому как без сына его матери будет грустно. А ее печаль - не то, чего он хотел бы добиться.

Пробегая мимо кормовых заведений, нос мальчишки улавливал всевозможные запахи вкуснейшей пищи. Не будь он сыт, наверное, эхо ворчания его живота можно было бы принять за некую аналогию сирены, что напрягла бы всех окружавших его в радиусе полукилометра случайных слушателей. Будто бы монстр из чрева планеты вышел только лишь для того, чтобы своим громогласным рыком разбудить богов. Сильнее всего Такеши отвлекался на запахи выпечки. Он так любит пирожки, что, пожалуй, сам мог бы превратиться в оного. Интересно даже, какая начинка была бы у него? Мясная - слишком предсказуемо и скучно. Рыбная - вряд ли, он никогда рыбу не любил. Впрочем, не сказать, что мальчишка и сам себя-то сильно обожал. Потому, может быть, так бы он и оказался пирожком с сельдью. Или с какой там еще рыбой готовят подобного рода угощенья. Интереснее всего, наверное, было бы оказаться пирожком с капустой. И соответствующе, что важно. Ведь Такеши - тот еще овощ. Что примечательно, мать его крайне редко готовила пироги и пирожки. Это действительно удивительно, так как разнообразие в данном вопросе она поддерживала на «Ура». Но выпечкой она занималась действительно редко. Может даже, никогда. Сложно было вспомнить подобного рода факты, когда голова постоянно отвлекается на случайно встреченные запахи. Возможно, мать попросту не умела готовить их правильно. Впрочем, иногда казалось, что приготовить вкусно она могла и топор в воде. Талант ли это или годы практики - вопрос, разумеется, открытый. Или же пятнистый просто, как и прочие дети, любит готовку своей родительницы потому, что на оной-то он и вырос. Впитал и полюбил, попросту привык. Или потому, возможно, что мать лучше прочих, и даже лучше самого Такеши знала, что он любит, а что - нет. В конце концов, блюд из рыбы она тоже никогда не касалась.

Подбираясь к месту назначения, Такеши постепенно сбрасывал скорость. Делать это резко было бы неуместно и безответственно. Так легко было бы по неосторожности сбить случайного прохожего. Ответственное вождение, пусть и только лишь собственного тела, было выгравировано на рисунке днк в самом естестве мальчишки. К тому же, перед представлением заказчику, стоило привести себя в добротный вид. Стереть испарину с лица, к примеру. Поправить одежду. Причесаться, в конце концов. Ведь не хотел же он ненароком опозорить мать. Пусть и чисто метафорическую мать. Ведь заказчик вряд ли был лично знаком с родительницей джинчурики. А потому свое тайное мнение он мог направить лишь на само представление об оной. Но уж точно не в конкретного человека. Хотя слух конкретно в случае Такеши было бы пустить легко. В конце концов, сарафанное радио - радио, имеющее самых высоких охват по округе, работающее на сверхзвуковых скоростях. Иногда казалось, что бабки из одной деревни могли мысленно передать сплетни в головы бабок, расположившихся в самой дальней из прочих деревень. Сам же пятнистый на то и пятнистый, что примечательный. И отыскать его мать с такими приметами было бы достаточно просто, тем более, для селение, в коем каждый второй - шиноби, обученный поиску и отбраковке информации.

Пожалуй, так ведь оно и было. Чисто внешне мальчишка отличался абсолютно ото всех. Каким бы странным на лицо ни был любой прочий индивид, но внешность Такеши все равно цепляется и за глаз, и за язык куда естественнее, а оттого и крепче. Описать человека со страшнейшим из лиц было бы крайне трудно, потому как непонятно. У всех ведь имеются идеи о подобном, отличные от идей ближайшего соседа. А вот описать половинчатого было легко: глаза разного цвета, вокруг левого из которых образовано пятно, а поверх того - еще и волосы двух отличных окрасов. Добавьте к этому упоминание конкретных цветов, и фоторобот будет готов. Другого такого вы уже не найдете ни в одной из деревень. И как с таким лицом Такеши собирается исполнять роль шиноби - вопрос, разумеется, открытый. Лишь маскировка, пожалуй, спасет его от славы в определенных кругах.

Остановившись у искомой двери, Такеши поправил одежду, волосы, протер лоб платком. Только после сих тривиальных процедур он постучался. Не так, как некоторые - ногой, а спокойно, но уверенно, ровно так, как полагается - костяшками, нежно, но звонко. В стуке ведь тоже заключалась некоторая часть сути человека. Все ведь мы стучим совершенно по-разному. Наверное, где-нибудь на краю вселенной нынче сидит человек, расписывающий диссертацию о том, как стук в дверь отражается на размере полового члена. У тех, кто стучит в дверь ногой, очевидно, самый скромный предмет обсуждения. Впрочем, не суть. Сам пятнистый стукнул трижды в ровном темпе, не став отыгрывать ритм. Тук-тук-тук.

Не прошло и десяти секунд, как дверь распахнулась. К сожалению, открывалась она наружу. К счастью, Такеши встал ровно на том расстоянии, чтобы оная не высекла из его лица гримасу боли. Самый край пролетел прямо перед его носом, немного растрепав челку мальчишки образовавшимся потоком воздуха.

- Ох, вы пришли помочь?
- Здравствуйте. Видимо.

Такеши поклонился, поздоровался. Руку протягивать не стал - не все на подобный жест реагируют адекватно, сам он - в том числе. Будто вампир, он не мог пройти в жили без приглашения. А потому хозяину, тут же торопливо пропавшему за ближайшим углом, пришлось вернуться за мальчишкой.

- Ну что вы, проходите, проходите же.

Только после этого перешагнув порог дома, Такеши оказался в весьма уютном жилище. И пусть последний произведенный ремонт был, видимо, старше самого генина, но в потрескавшейся и облупившейся на стенах краски было определенного рода обаяние. Будто бы пришел домой к бабушке с дедушкой. Впрочем, вероятно, хозяин действительно для кого-то давно уже был дедом, если не прадедом. Пусть пыла в нем, очевидно, было еще с лихвой, а в движениях читался юношеских запал, но абсолютно белые волосы без намека на былые цвета, а так же морщины, в которых мог спрятаться хомяк, намекали на почтенный возраст старика.

Отредактировано Takeshi (2020-06-17 05:24:27)

0

21

Не прошло и пары мгновений, как старик вновь пропал за очередным поворотом. Такеши, как шиноби, могло бы стать стыдно, что он вот так, в ограниченном коридорами пространстве умудрился проворонить цель, на которой вот еще только что лежал его же взгляд. Но дед в этом доме ощущал себя... как дома. Как бы смешно это ни звучало, но так оно и было. Лишь в действительно родном и знакомом месте можно было вот так, легко и естественно передвигаться чуть ли не на сверхзвуковых скоростях. Складывалось впечатление, что он меж этих стен мог передвигаться и вовсе лишенный чувств - зрения, слуха, обоняния, возможно - даже тактильного ощущения. Он точно знал, сколько шагов он должен сделать, чтобы оказаться в определенном месте этого будто бы отдельного пространства, его личного мирка, где он - и слуга, и хозяин. Не удивительным был бы тот факт, если облезлые стены в последний раз красил именно он. Точнее даже, в этом почти не было сомнений. Он посвятил этому месту всю свою жизнь. Он сам - часть этого места, полноправная и неотъемлемая. Высока была вероятность того, что, выйди он отсюда или и вовсе умри - и стены накренятся, крыша обвалится, а пол и вовсе унесет в тартарары - в подземное царство забытых богов. И даже столь деревянный в эмоциональном плане мальчишка умудрился догадаться, пусть и только сейчас, что за улыбкой старика, преисполненного гостеприимством и зовущего новоприбывшего генина внутрь, таилась ужасная грусть. Взгляд деда мог пробудить эмпатию, очевидно, даже в бревне.

Будто бы материализовавшийся перед генином старик уже держал в руках набитую всяким хламом коробку. Не став ждать приглашения, Такеши принял ее. Оказалась она даже тяжелее, чем представлялось мальчишке изначально. Более того, торчащие из нее концы всякой домашней утвари загораживали пятнистому обзор, из-за чего даже старика, пусть и согбенного, но все еще крупного, более высокого, чем пятнистый подросток, разглядеть было не так просто. Что уж говорить о дороге под ногами - о существовании которой загруженный хламом мальчишка мог только подозревать. Старик и сам не собирался простаивать, взявшись рукой за связанный в холке мешок и одним лихим движением перекинув оный через плечо. Удивительно удачно и естественно мешок лег на широкую спину деда, будто там ему и было самое место. После чего старик двумя широкими шагами обогнул мальчишку, идя куда-то дальше - о чем джинчурики догадался по скрипу половицы под его ногами. Если память ему не изменяла, хозяин направился прямиком к двери. Шустро развернувшись, мальчишка ринулся следом. Мешавшая обзору коробка пробуждала в Такеши седьмое чувство. Скорее верой преисполненный, чем уверенностью, он торопливо переставлял ноги, лишь бы не отстать от нанимателя. А тот, если судить по жалобному скрипу двери, добрался уже и до нее. Кое-как выбравшись из дома, пятнистый посмотрел сперва на дорогу слева, после - справа. Старика он не обнаружил.

- Потерял кого? - послышался смешок за спиной. Дед, очевидно, держал дверь, чтобы мальчишка мог спокойно выйти. Как шиноби умудрился проглядеть здоровяка - вопрос, разумеется, открытый. А открытые вопросы, попадавшиеся Такеши так часто то тут, то там, крайне ему не нравились.

- Следуй за мной, - прожужжал старик, захлопывая за собой дверь, но не закрывая на ключ.

Честно сказать, Такеши растерялся. Он не приметил поблизости повозки. И вопрос о том, как старик собирался транспортировать груз до своего нового обиталища, будто молотком врезался в лоб подростка, чему свидетельствовали столь редко напоминающие о своем существовании морщинки около глаз. Дед же просто прошел мимо мальчишки, все так же держа, перекинутый через плечо мешок, и пошел дальше по улице, будто бы ни в чем не бывало. Стартовав с задержкой, он был вынужден в припрыжку догонять старика. Что не прошло мимо цепких глаз оного.

- Ха-ха. Точно-точно. Тебя, наверное, смущает, почему мы несем груз на себе, не сбросив его на более подходящее для подобных целей транспортное средство? - спросил дед.
- ... - молча кивнул Такеши.
- Так это ведь потому, что переезжаю я вон в тот дом. - мотнув головой в нужную сторону, ответил тот.
- ..? - мальчишка не понял, про какой конкретно дом говорит дед, но все равно успокоился, ведь тот, очевидно, было уже видно, следовательно, идти осталось не далеко.
- Прости. Совсем из головы вылетело. Ни в заказе не уточнил, ни тебя заранее не предупредил. Совсем голова работать отказывается в последнее время. Старею, дряхлею, глупею, - усмехнулся тот, - Будет возможность - не старей.
- ... - Такеши забеспокоился, обратив все свое внимание только лишь на последнее изречение.
- Хотя постой. Забудь последние мои слова, забудь! - с некоторым беспокойством протороторил старик, резко опомнившись, - Боже, чему только я, старый дурак, детей учу...

Благо, самому Такеши долго беспокоиться не пришлось. Так как, впопыхах следуя за широко шагающим дедом, он на удивление быстро добрался до искомого дома. Отойти от старого дома им пришлось не так далеко, но некоторые странные боли в спине мальчишке обнаружить все-таки пришлось. Проблема тяжеленных коробок не в том, сколько действительно они весят, а в том, что держать их было крайне неудобно - только лишь перед собой. Из-за чего спине приходится напрягаться лишь в разы сильнее. И если сейчас мальчишка чувствовал лишь легкий дискомфорт, то, наверное, в возрасте заказчика спина будет заставлять его страдать со слезами на глазах. Подойдя к нужной двери, дед пинком ее отворил. Благо, замка на ней не висело, а потому отваливаться было нечему. Что примечательно, в этом доме двери открывались внутрь - опасность ненароком убить ожидающего гостя была минимальной.

- Добро пожаловать домой, старый дурак, - дед вдруг как-то более явно погрустнел, что даже из голоса его пропали былые ноты энергичности. Дом и вправду был несколько скромнее предыдущего, заплутать в нем было уже куда сложнее. Но жилого пространства, тем более, для единственного жителя - предостаточно. Неплохой выбор, если хочешь заработать на разнице цен между большим, но бесполезным, и маленьким, но впору домами. Как-то небрежно бросив мешок в угол, старик принял коробку из рук мальца. Ровно с той же долей пренебрежения, он бросил на пол и эту поклажу.

- Я бы угостил тебя чаем, но времени мало. Может быть, позже?
- ... - Такеши кивнул.
- Вот и замечательно. Брось рюкзак в прихожей. Его никто не украдет, не беспокойся.
- Понял. - Такеши доверился старику, сбросив с себя лишний вес ровно в то место, куда и указал дед.

Вежливо улыбнувшись, старик вновь вынырнул из дома. Следом за ним высунулся и мальчишка. Вместе они в мгновение ока вернулись в первый дом. Который пах дедом даже больше, чем сам дед. Впрочем, уюта сей малый факт у жилища ни грамма не отнимал. Возможно даже, добавлял. О чем Такеши, разумеется, промолчал. Ведь его мнение - это мнение случайного проходимца, с которым старику не придется более видеться, вероятнее всего, вовсе никогда. Проникнув вглубь дома, старик указал на еще одну коробку, а сам опять же схватился за мешок.

- Надеюсь, ты не против, что я хватаю более удобные для переноса вещи?
- ... - Такеши мотнул головой, не имея претензий, ведь это - его работа.
- Вот и замечательно. А то, чую, поднимая коробки я последний свой песок оброню.
- ... - Такеши не понял шутку, а даже поняв, вряд ли улыбнулся бы.

Вновь вывалившись из старого дома, два новоиспеченных грузчика прошли вдоль улицы. Только сейчас Такеши обратил внимание на то, что, очевидно, многие, кто их видел, узнавали старика. Кто-то из них махал рукой, иные кричали его имя, прочие просто здоровались. Лишь кивая, дед проходил мимо всех молча. Казалось, его здесь любили. И удивительно, почему никто из них, а именно нанятый шиноби помогал ему в транспортировке барахла. Вопросов в черепушке мальчишки копилось все больше. Высока была вероятность того, что вскоре череп треснет, а облепляющая его кожа лопнет пузырем. Генин ведь всегда был любопытен. А с некоторых пор его действительно интересовали жизни окружающих. За кем-то он подсматривал, иных подслушивал. Но никогда не спрашивал напрямую. Потому как не умел, а навязываться - боялся.

Впрочем, все помыслы Такеши - лишь бесполезный тлен. Его вопросы волновали лишь его. И знать о них никто иной не должен был. Тем более, работа спорилась. За вторым переходом с вещами последовал третий, а за ним - четвертый. Каждый следующий был одновременно тяжелее в физическом плане, ведь даже выносливость шиноби, тем более столь хлюпкого, далеко не была бесконечной. Собственно, как и выносливость старика. И потому заходов через десять они решились сделать перерыв. Остановившись в новом доме старика, они сели за стол. Джинчурики собирался было достать чай и бутерброды, приготовленные матерью. Но дед его остановил, предупредив, что это было бы невежливо со стороны хозяина не предложить собственные кухонные услуги, как невежливо было бы со стороны гостя отказаться от оных. Не став спорить, да даже слова не обронив, Такеши отступил, согласился. Впрочем, не зря. Чай старик заварил пусть и крепкий, но вкусный. А угощенья, в том числе и сладости, были крайне вкусны. Он не так часто бывал у кого-либо в гостях. Все его подобные походы за жизнь можно было с легкостью сосчитать. Почти все из них были в сопровождении матери. А оставшиеся уместились бы даже в голове ребенка, знавшего числа лишь до десяти. И потому ощущать себя подобным образом, определенно приятным, ему было в новинку. Гостеприимство деда действительно было показательным. Человеком он был хорошим, что можно было понять по отношению к нему обеспокоенных соседей. Да и дом его выглядит как-то по-домашнему, если можно так выразиться. Мать Такеши могла бы у старика кое-чему научиться в этом плане.

- Что ж, - начал старик, - Полагаю, пора вновь взяться за работу. А ты как считаешь?
- ... - Такеши кивнул.
- Постой. А как тебя вообще зовут? - опомнился дед.
- Такеши.
- Приятно познакомиться, Такеши. - улыбнулся старик, - Меня звать - Нихэй.
- Приятно познакомиться, господин Нихэй.
- Обойдемся без господинов, мальчик, прошу.
- ... - Такеши кивнул.
- Ты не из разговорчивых, правда? - спросил дед, вставая.
- ... - Такеши кивнул.
- Но есть в тебе некая толика обаяния, признаю.

Рассмеявшись, дед встал. Встав, он вышел из дома. Следом засеменил и Такеши. Солнце было еще высоко, а работы - непочатый край.

Отредактировано Takeshi (2020-06-16 18:46:32)

+1

22

Действительно, помещение приюта было переполнено условиями, что нарушали многие санитарные нормативы: разбросанные предмету по всему зданию; горы грязной посуды; а в некоторых комнатах плошки с цветами были разбиты вследствие чрезмерной игривости домашних питомцев; оконные рамы также требовали ухода, так можно было догадаться по пыли, оседающей на подоконнике. К слову, стеклянное полотно не менее нуждалось в тщательной очистке, поскольку через него уже было невозможно полноценно созерцать цветные краски цветущей природы за окном - портился общий вид из-за грязных следов. К слову, бабушка часто рассказывает непоседливому генину о том, что дома должен сохраняться порядок всегда, а если человек не способен его поддерживать, и этот признак стал его хроническим, вредной привычкой, то по внешним признакам окружающей обстановки можно описать и владельца помещения. Например, если беспорядок в прихожей, то это станет первым признаком отстранения человека, боязнь общения с посторонними людьми, а также намекает на постоянную усталость и неимоверное желание отбросить сумки, пакеты и любой иной груз в сторону и перейти к наиболее приятной части выходного дня - долгожданный отдых. Те же самые немытые окна и грязные подоконники, возможно, создают нечто, похожее на незримую защиту человека от внешнего мира. Если желание устранить этот недостаток отсутствует, то это есть вероятность наличия депрессии человека и такой человек может жить прошлым, вспоминая какие-либо переломные моменты своей нелегкой судьбы, но такие люди являются очень интересными собеседниками и чувствующими натурами, с которыми можно провести личный диалог тет-а-тет. Наличие старых вещей в подсобных помещениях также является признаком, способным оказать содействие в построении первоначального впечатления о личности. Таким людям свойственно переживать, что рано или поздно каждая вещь найдет себе использование и бездумно отправлять все на помойку - не самая лучшая идея. Проблема избавления от старых вещей является показателем сложности в случае необходимости принять решение, сделать верный выбор. Но, бывает и такое, что старая вещь хранит в себе настолько объемное количество воспоминаний, что человеку сложно даже представить - как такое возможно? На самом же деле, все банально просто. Даже у Оойоши в наличии имеется такой предмет, что таит в себе немыслимое количество как приятных моментов из жизни, так и не очень. Правда, он об этом еще наверное не догадывается и сам. Дневник с оценочными показателями, что им заводил преподаватель при поступлении в академию шиноби, который исполнял роль первостепенного аксессуара начинающего свой путь. По окончанию он забросил этот журнал на самую высокую полку, а мать при наведении порядка обнаружила и прибрала его в коробочку, где хранится еще несколько предметов, играющих ту же роль. И только спустя много лет по нелепой случайности Камизуру-младший обнаружит свой ежедневник и будет листать несколько часов напролет, где каждая страница - несколько дней его беззаботного детства, когда кунай заменяли письменные принадлежности, это сейчас он выполняет трудоемкие поручения, а тогда они бегали по дворам с имитацией клинков, выполненных из древесины.
Но бывают и редкие исключения из правил, об этом и говорила мудрая бабушка. И сегодня он лично в этом удостоверился, занимаясь посильной поддержкой здешних работяг, которым не нужно было занимать силы воли, трудолюбию и любви к животному миру - это все у них было на поверхности и не требовало никаких доказательств и они все делали качественно. Но сейчас, помимо качества, в связи с огромными работами - волонтерам не хватало количества рук. Каждый уже из них устал, но ни слова не говорил об этом. Быть может, было стыдно перед товарищами - все стараются изо всех сил, а он или она опустят руки, жалуясь на нехватку сил; или же наоборот, никто и не думал бросать труд после стольких преград, пройденных бок о бок с товарищами, с которыми они уже близки на протяжении нескольких лет.
Юный генин занял боевую позицию снаружи, где он использовал свои навыки восхождения на вертикально расположенные объекты, чтобы подобраться поближе к грязным оконным рамам. Он был снаряжен радикально: разгрузка на туловище, которая содержала несколько губок, средство для мытья, а также чистая тряпка для завершения операции. К тому же по ту сторону стены находилась миловидная Кику-тян, что расцвела в настоящей дружной атмосфере подобно хризантеме, что украшают сады до самой поздней осени, когда уже большая часть цветущих растений уже окончили свое цветение. Несмотря на дождь, ветер и холод, масса ярких цветков с холодным, горьковатым ароматом держится на кустах хризантем до глубокой осени. Камизуру восхищался ее волей, что верила в лучшее всегда и это его вдохновляло на подвиги. Главное, не нарушить контроль чакры и не свалиться с пятиметровой высоты и не убиться о твердую поверхность, вот единственный страх новоиспеченного шиноби, что недавно познал все основы и не терял лишней возможности похвастаться перед ровесниками или же новыми знакомыми. В общем, этим он в данный момент и занимался.

0

23

«Шиноби должен...» - как много продолжений есть у такого зачина? Пожалуй, непочатый край, уходящий за далекий горизонт. Потому как, послушав старших, Такеши мог вообразить, что шиноби должен все. Просто все. Что бы вы не вообразили, представитель сей профессии наверняка обязан это уметь, любить, практиковать. Просто потому, что ниндзя - это ведь наемник. А если быть точнее, лучший представитель сего разнообразного класса. Единственное, что делать он не только не обязан, но и не должен - это проигрывать, проваливать задание. Каким бы абсурдным то ни было. И провал для него - позор. Несмываемый, если так рассудить. Не справился с чем-то простым - тогда как тебе доверить что-то большее? Не смог что-то большее - так почему ты еще не вздернулся на ветке ближайшего дерева, оставил после себя полное печали хокку. Единственная причина, почему шиноби может быть счастливым в таких условиях - это его непосредственность и легкомыслие. Имеющие место быть лишь до первой же промашки. На деле же, у «шиноби должен...» лишь одно продолжение - «жертвовать собой и близкими».

По крайней мере, примерно так описывала быт шиноби мать Такеши. И потому он, наверное, несколько чрезмерно усердно и пытливо занимается любой, данной ему работой. Скажут шишки в лесу убрать - будьте уверены, вы их не найдете уже через день. Мальчишка может быть и обременит себя вопросом, зачем он это делает, но не озвучит оного. А исполнит приказ. И даже не нахмурится. Ведь его жизнь изначально была пожертвована во благо деревни. И рвать сей контракт он не намерен. Просто потому, что... просто потому что.

Ввалившись в бессчетный раз в старый дом нанимателя, Такеши вновь взялся за коробку. По его спине давно уже раздражающим ручьем тек пот. Он устал. Но помимо скрипа зубов об этом не свидетельствовало ровным счетом ничего. Все такая же показательно верная осанка, все такое же безэмоциональное выражение лица. Джинчурики наверняка мог бы попросить у Нихэя помилования, лишнего перерыва на чай. Но толка он в этом не видел. Сбиваться с ритма в тяжелых условиях - ошибка. Проще и вовсе не думать о лишнем. Брать коробку, тащить коробку, ставить коробку - и так из раза в раз. Занимая голову лишь счетом шагов. Потому как тот, кто слишком много думает, может вдруг забыть, какую ногу следующей выставлять вперед и запнуться.

- Ты как, жив еще?
- ... - Такеши кивнул.
- Ну вот и ладно.

И вдруг, Такеши обнаружил, что в старом доме не осталось ни мешков, ни коробок. Только он успел подумать, что работа подходит к концу, как голос нанимателя послушался в одной из комнат, где до сих пор мальчишка не бывал. Откликнувшись на зов и войдя в выше упомянутое помещение, джинчурики вдруг вообразил, что совершил грубейшую ошибку. Потому как увидел старика улыбающимся, подстраивающимся к дивану. И оказалось вдруг, что все предыдущие нагрузки были лишь разминочными. А вот сейчас - и только лишь сейчас - пришла очередь настоящих испытаний. Ведь в доме, очевидно, осталось только мебель. Которую, видимо, опять же старику и самому Такеши придется тащить через всю улицу. Пятнистый пытался утешить себя тем, что хоть по лестнице не придется с подобным грузом таскаться. Но все это было тщетно. К концу дня он, безусловно, будет выжат, как лимон.

Подойдя к дивану, Такеши взялся за него с одной стороны, в то время как Нихэй - с другой. На счет три они оторвали это чудовище от земли, и оба, старик и юнец, пыхтели так, будто подбирались к собственному смертному одру. Один был слишком стар для подобного рода нагрузок, а второй - слишком юн. Но спросите любого из них, и они в голос скажут, что все в порядке. Старик был выше. Следовательно, сильнее напрягаться было именно мальчишке. Но первый, что заметно, старался то плечи опустить, то ноги подогнуть - только для, чтобы второму было проще. Заметив это, второй впервые сам пошел на контакт за этот день:

- Не стоит. - сказал пацан.
- Стоит. - оспорил дед.

И даже без уточнений, оба они поняли, о чем шла речь. Скрипнув зубами, Такеши не стал упорствовать. Кто он такой, чтобы настаивать, верно? Будучи ведущим, пятнистый пятился назад. Не самая удобная позиция, если так посмотреть. Но держать диван за спиной было бы в той же мере неудобно. Подойдя к первому дверному проему, оба импровизированных грузчика с облегчением вздохнули. Правда, лишь мысленно - потому как повтори они это более натурально, то наверняка уронили бы груз. Но вот со вторым дверным проемом пришлось попотеть. Немного развернув диван в руках, мужчина и мальчишка лишь с большим трудом умудрились вытащить мебель на улицу. А уж там было совсем просто, главное - не запнуться. Переставляя ногу за ногу и все так же пятясь, Такеши не сразу приноровился. Но с каждым метром его шаги были все увереннее и шустрее. При входе в новый дом, Такеши пришлось втройне попотеть. Здесь дверной проем был и того уже, а потому лишь с толча и царапая стены, получилось занести диван внутрь. Некоторая мебель должно умирать вместе с тем домом, коему и посвятила годы, и этот просиженный экземпляр - в том числе. Через пару минут сей груз оказался в ближайшей комнате, в самом ее углу.

А Такеши, только сейчас расслабившийся, в полной мере осознать, насколько приятно стоять в полный рост, расправив плечи. Лишь после нагрузки понимаешь, насколько приятно расслабляться. И пусть мятый и вспотевший, но мальчишка выглядел все же лучше, чем дед. Потому как тот сразу рухнул на диван, пытаясь отдышаться. В былые годы, пожалуй, он бы и один наверняка умудрился дотащить подобного рода ногу. А сейчас и подобные переходы могли выбить с потом еще и душу. Запрокинув голову назад, он старался успокоить сердцебиение и возобновить нормальный ритм дыхания, но получалось у него это не так, чтобы хорошо. Вошедший в положение, джинчурики вновь решился на первое слово. Труд, оказывается, сближает.

- Налить вам чаю? - спросил юнец.
- Будь так добр... - ответил старик.

Прекрасно зная, где находится кухня, Такеши вошел в нее, как родной. Оставленный пару часов чайник давно уже остыл, и мальчишка решился исправить сие недоразумение. Поставив воду греться, он попытался вспомнить, откуда в прошлый раз Нихэй вынул чай, но получилось у него это далеко не с первой попытки. Умудрившись отыскать сию чарующую отраву, он заодно прихватил и сахар. К тому моменту и вода вскипела. Заварив чай в тех же, что и в прошлый раз, кружках, пятнистый окликнул старика. Тот, что-то прокряхтев в ответ, неторопливо ввалился на кухню, сразу приземлившись в заранее отодвинутый мальчишкой стул. Сейчас он казался даже старше, чем при первой встрече. Хотя, казалось бы, куда. Такеши и сам сел за стол. Закинув в кружку сахара по собственному вкусу, начал его же размешивать. Пить же принялся только после того, как и сам хозяин дома немного отхлебнул. В этот раз чаепитие обошлось без угощений.

- А ты крепче, чем кажешься. - улыбаясь, сказал дед.
- ... - шевельнув плечами, промолчал мальчишка.

Пожалуй, со стороны такого здоровяка эти слова даже не были снисходительностью. Потому как рука его, наверное, в разрезе была шире, чем нога Такеши. Учитывая многочисленные шрамы, о бывшем заработке Нихэя можно было только предполагать. Он имел что-то общее с шиноби, но вряд ли им когда-либо был. Вероятнее всего, занимался какой-либо физически тяжелой работой. И любил, очевидно, помахать кулаками. Пожалуй, будь он на пару десятков лет моложе, то даже без сверхъестественных техник мог бы забороть кого-то уровня генина, быть может - даже чунина. По крайней мере, сам Такеши бы к такому противники не подошел без должной подготовки.

- Неспокойные нынче времена настали.
- ...
- Ты так не считаешь?
- Так считают все.

Нихэй улыбнулся. А Такеши представлял себе, как этот здоровяк, всего одним ударом, со всей силой опущенным сверху-вниз кулаком, будто гвоздь молотком, мог бы вбить его в землю. И как его прическа, будто шляпка от гвоздя, выглядывала бы наружу - и только лишь она. Посидев так, в молчании, несколько минут, оба они выпили свой чай, а после налили еще. Пожалуй, никто из них не торопился вновь в старый дом. И потому, наверное, оба они были готовы строить разговор и дальше.

- Вы любили тот дом.
- Люблю и сейчас.
- ..? - задал немой вопрос Такеши.
- ... - немо ответил на него Нихэй.

После сего вопроса, атмосфера несколько изменилась. Не накалилась, но что-то с этим общего у нее все-таки было. Потому как настроение старика, и до того давно уже не слишком радостного, лишь ухудшалось. А уж по его морщинам, и по его же живым глазам, даже Такеши мог прочесть хотя бы оттенки эмоций.

- Я ведь вырос там. Жил всю жизнь. Своих детей ростил.
- ...
- А теперь вынужден переезжать. По глупости.
- ..?
- А у меня его забрали.

Еще чуть-чуть и Такеши бы наверняка и решился бы озвучить свои дальнейшие вопросы, но Нихэй вдруг подскочил со стула, разом опрокинул в себя оставшийся в чашке чай, после чего вышел из кухни, из дома. Мальчишке только и оставалось, что в срочном порядке допивать и свой чай, а после чего бегом догонять старика. Как оказалось, шел он в сторону своего старого дома. С виду решительный, виду он не подавал, на что конкретно решился - остаться в том доме или сжечь его ко всем чертям. Как чуть позднее оказалось, он просто собрался закончить с переездом как можно быстрее. Такеши только и успевал хватать с противоположной стороны ту мебель, за которую брался дед, и помогать ему транспортировать ее в новый дом. Наниматель буквально горел, пыхтел, но работал. Очевидно, уставший, он старался не подавать виду, хоть и подавал. Впрочем, на самой работе это не сказывалось никак. Он мрачнел, он сопел, он скрипел, но поднимал, тащил. Такеши еле как успевал за ним. Благо, кончилось все уже через пару часов. Полностью выжатые, они рухнули - кто на что. Старик - на принесенный с первым заходом диван, пацан - на принесенное с последним заходом кресло. Оба они были насквозь мокрыми от пота, он обоих тряслись руки. Но они справились. Всего за один вечер смогли перетащить барахло, копленное целую жизнь. Единственное что, они более не разговаривали. Разве что на прощание бросили друг другу по фразе, после чего разошлись. Нихэй заперся у себя дома, а Такеши пошел сдавать отчет. Это был не самый простой день в его жизни, но пятнистый справился. И даже почти без огрехов.

>>> Резиденция Тсучикаге

Отредактировано Takeshi (2020-06-17 06:28:58)

0

24

Резиденция Тсучикаге >>>

Воля Камня - штука странная. Она вроде бы и есть, а вроде бы и нет. Ведь, по идее, она должна вести своих адептов ввысь, к вершинам гор. А она тянет их на дно, в самые глубины океанов. Ведь, чрезмерно дерзкие, шиноби Ивагакурэ умудрились оплошать. Точнее, плошать - их новая традиция. Потому как маленькими провалами они добились гигантских катастроф. Слабее, чем когда-либо, это селение все еще умудрялось вести себя дерзко, высокомерно. Но, распыляясь, лишь мельчало, слабело, увядало. И это чувствовалось. Жители, пусть даже голодные по отчетам, точной информации о потерях и оставшихся состояниях, нутром чувствовали, что шаг за шагом они подступают к пропасти. Пропасти, упасть в которую - легко, а выбраться - сложно, если в принципе возможно. Чуть более чувствительные к переменам, способные переживать за общее благо, давно уже начали вести пересуды о том, куда же ведут их вечные сражения и войны. И лишь Такеши, в младенчестве опущенный в чан с камнями, умудрялся игнорировать любые всполохи беспокойства. Он не знал, куда лидер ведет его и всех его сограждан. И не интересовался. Насущные проблемы - то единственное, что заботило его здесь и сейчас. И уж таковыми его карманы и набиты. Столь плотно, что даже идти становится сложнее. Проблемы, словно щебень, вываливаются из его карманов. И все равно не кончаются, будто где-то там был их генератор.

Все так же, то есть неспеша, мальчишка двигался по стройным улицам родного селения по знакомому направлению к дому. Неспеша - потому как мог себе позволить. Впервые за... жизнь? Скорее всего, преувеличение. Но вот так, сходу, Такеши не мог припомнить последнего раза, когда он мог бы вот так, неторопливо, делать пусть хоть что-то. График - штука интересная. График - штука полезная. Но графи - штука сложная. Потому как соблюдать его абсолютно всегда - несколько нереалистично. А нереалистичные задачи ведут к разочарованиям, стрессам. Которые, что смешно, ведут именно к срывам планов. И именно тогда круг замыкается. Чаще всего, на глотке пытавшегося. Стирая ноги в кровь, душа извилиной другую, пятнистый на протяжении всей своей жизни учился не опаздывать. И у него почти всегда это получалось. За исключением, разумеется, сегодняшнего дня. Ведь по утру встал невыспавшимся - потому как зачитался прошлым вечером. Из-за чего на в меру изнуряющей тренировке догадался прилечь, что предсказуемо окончилось сном. Который, в свою очередь, завершился страшнейшей, по меркам его матери, ошибкой - пренебрежением упомянутого графика. Бежа, мальчишка встретил старушку. И черти его, наверное, запутали, но он согласился ей помочь, и, помогая, позабыл о своих обязательствах. Что обернулось для него, точнее обернется вскоре, очередной пачкой болезненных воспоминаний. И вот сейчас он вновь умудрился сбить свой временной настрой. Потому как освободился раньше, чем следовало. Но недостаточно, чтобы посвятить образовавшийся промежуток меж делами чем-то действительно полезным, по типу тренировки. И потому мальчишка был вынужден идти - хотя любил бегать. Нарочно замедлял свой шаг, дабы подойти ровно вовремя. И оттого переживал не меньше, чем при опоздании. Ведь сбивка - есть сбивка. В какую сторону - не суть.

Проходя мимо знакомых заведений, расположенных по обе стороны улицы, мальчишка вертел головой так, будто хотел ее оторвать. Пусть люди, стоявшие за прилавками и обслуживавшие посетителей, не были с ним знакомы непосредственно, но были ему знакомы заочно. Подслушивая случайные разговоры, он узнавал о хозяевах и владельцах лавочек все новое. Ни их имена, ни семейные положения, ни что-либо иное общедоступное, не укрылось от его взгляда и ушей. Некоторых, работавших здесь достаточно долго, Такеши знал не только по именам, но и по предпочтениям. Успел вызвать их хобби, увлечения, вкусы. Составил о них свое собственное мнение, которое корректировал с каждым случайным проходом мимо. По типу того, что сейчас. Раскрыв локаторы, он принимал в себя все мимо пролетавшие слова, пытаясь разобраться. Смысла тому не было, как и причины. Пятнистый попросту любил слушать, не любя разговаривать. И потому подобные шпионские игры оставались для него наиболее подходящим вариантом.

У одного лавочника родилась дочь, у другого - женился сын. Одна из официанток переехала в снятую на заработанные деньги комнату; другая, напротив, вернулась в отчий дом. Кто-то собирался закрывать свое заведение, сдавая освобожденное место в аренду. Иной же выискивал у местных место для работы на наиболее приятных условиях. Жизнь здесь, на главной улице, кипела и бурлила. И за то Такеши ее и любил.

Пройдя чуть дальше, Такеши свернул в переулок. Там нырнул куда-то еще, даже глубже. Повернул влево, вправо, перепрыгнул забор. И по итогу выскочил на очередной, менее главной, улице. Где, собственно, и располагался его родной дом. Где, разумеется, его уже ожидала мать. Бросив взгляд на наручные часы, джинчурики сбивчато вздохнул. С одной стороны, с поставленной задачей он справился - и миссию выполнил без огрехов, и домой подоспел вовремя. С другой стороны, прошлые прегрешения это не смоет. И то, что придумала ему мать в наказание, представить он не мог. Надеялся лишь, что достаточно будет посвятить чуть больше времени и сил дополнительным тренировкам. Отложить недочитанные книги чуть на больший срок, чем обычно, и посвятить всего себя физическим и не только упражнениям. Вероятно даже, под личным присмотром матери.

Подойдя к двери, отпер ее. Войдя в дом, закрыл дверь. И почуял тишину. Ведь была она вязкой, как смола. Сняв обувку, Такеши поставил ее в угол - на свое привычное место. Шевельнув плечами, он вновь начал вспоминать о чем-то, что забыл. О чем же - так и не понял. Скрипнув зубами, нырнул поглубже в дом. Пройдя мимо кухни, не обнаружил матери внутри. Хотя по запаху было ясно, что ужин она приготовила. Пройдя по дому, джинчурики осознал, что родительницы дома не было вовсе. Вернувшись на кухню, зайдя в нее, он обнаружил на столе записку. В которой было сказано о том, что ужинать пятнистому придется в одиночестве. Пояснения пропажи не было. Лишь единственная просьба в конце - «помой за собой посуду». Учитывая, что домашние дела мать доверяла сыну лишь в исключительных ситуациях, у него были все основания для волнения. Которому он воспользовался, после чего по его спине прошла волна мурашек, и чуть-чуть, еле заметно, приоткрылись глаза и рот. Подойдя ко столу, он снял с тарелки крышку. Под которой его ожидал искомый ужин. Сев за стол, мальчишка начал есть. Ел он медленно, тщательно прожевывая каждый кусок. Сам же смотрел в стену - не на что-то определенное, а в какую-то случайную точку. Уловив зачатки прострации, попытался вернуть себя к норме. Хрустнув шеей и ущипнув себя за палец, он добился пусть и временного, но эффекта. Мысли зашебуршали в его голове, зазвенели и зажужжали. Куда могла деться мать он даже не представлял. Еда в его тарелки уже порядком остыла, пусть и сохраняла немного тепла для удобоваримого состояния. И даже так, кушанье не потеряла во вкусе - разве что чуть-чуть, незначительно. Осматриваясь, Такеши пытался найти зацепки для предстоящего расследования. И не нашел ни одной. А еда в тарелке тем временем кончалась. «Помой за собой посуду» - вспоминал последние слова в записке матери половинчатый. Что за вздор! Не то, чтобы он был против прибраться за собой. Это было даже любопытно с некоей точки зрения. Но и не нормально! Потому как мать доверила ему биджу внутри, но ничего сверх того - тем более уж по дому. Помыв посуды, стирка, уборка, готовка - все это было от пятнистого даже дальше, чем луна. О нем всю жизнь заботились, пусть и с долей дегтя в этой бочке с медом. От него и требовали многого, но лишь в определенных пределах - пределах успехов в учебе и на заданиях. Как домохозяйка Такеши был абсолютно и полностью бесполезен. И, вероятно, даже вреден. Доев, он встал изо стола, задвинул за собой стул. Опрокинул в себя стакан сока, после чего забрал оный и тарелку, сложил их в раковину. Включив воду, он взял мочалку. И начал мыть посуду. Впервые в своей жизни, наверное. По крайней мере, в своем сознательном возрасте. Закончив сей акт, он выключил воду. Взял полотенце, он протер вымытую посуду. После чего сложил оную в настенный шкаф. После чего взял тряпку и протер стол после себя. Вновь взялся за записку. Перепрочел ее. Попытался переварить, но вновь ни черта не усвоил. Отложил записку, оставив ее на том же месте, где она была изначально. Не найдя в ней дальнейших инструкций, тяжело вздохнул. Предположил, что сам себя обязан занять, решился продолжить день по стандартному графику. Поднялся в свою комнату, включил в ней свет. Подошел к окну, раздвинул шторы. Посмотрев на улицу, скрипнул зубами. После чего сел за рабочий стол и открыл оставленный на нем со вчерашнего дня учебник. Начал читать с того места, где остановился в прошлый раз. Прочитав несколько страниц, понял лишь то, что ничего не понял. Перечитал их. И снова ничего не понял. Не потому, что слова в ней не были ему понятны. А потому, что постоянно отвлекался на случайные мысли. Учиться, в конце концов, возможно только в состоянии спокойствия. По крайней мере, так было у Такеши. А, обеспокоенный пропажей матери, он не мог уловить суть даже самого простого предложения. Отложив книгу и отодвинувшись на стуле от стола, пятнистый разлегся на его спинке, запрокинув назад голову. Он пытался привести мысли к порядку. Но получалось у него это весьма натянуто. Он хотел знать, где мать, и даже нуждался в этом. Пусть она придет, строжайше накажет его, но он хоть будет знать, что в порядке. Вот так пропадать, оставляя записки - вовсе не в ее стиле. Переживал он пусть и не до паники с дрожью. Но достаточно.

Так он и просидел несколько часов за книгой. Усвоив лишь минимум, он собирался и завтра продолжить с того же места. А пока... Вдруг внизу скрипнула дверь, послышались шаги. Удивительно, но так легко узнать звук шагов родного человека - пусть даже ты не сможешь сформулировать, на что опираясь ты их узнал, но ты точно узнаешь и будешь в том уверен. Все прочие ты мог бы не услышать, но эти - родные - обязательно. Немного взбодрившись, он вновь открыл книгу, дабы в случае, если мать зайдет в его комнату, она видела, что он не тратил освободившегося времени зря.

0

25

Очистка окон внутри помещения существенно отличается от мытья окон снаружи на высотном этаже. Внутри человеку предоставляется полная свобода действий, удобные движения для очистки, возможность контролировать процесс на разных расстояниях от стекол при дневном освещении. Мытье окна с наружной стороны таит в себе множество неудобств и даже опасности. Когда речь идет о створчатых окнах – данная проблема практически всегда отпадает. Их легко отрыть в нужное удобное положение и быстро очистить от загрязнений. Глухие окна, остекление балкона или лоджии на высоте очищать практически невозможно. В таких случаях лучше всего обратиться за помощью к профессионалам. Любая очистка стеклопакета с каждой стороны должна начинаться с тщательного подготовительного процесса. Все необходимые предметы должны находиться под рукой в подготовленном состоянии. Средства бытовой химии должны быть заранее проверены на срок годности и освобождены от защитных элементов. Важно запастись достаточным количеством губок и тряпок, которые будут очищать грязь и пыль. Не стоит забывать о посуде с подготовленной водой нужной температуры – это может быть ведро или таз.
Оойоши продолжал с непоколебимом желанием заниматься мытьем оконных рам. При этом ему было необходимо не забывать о контроле своей внутренней энергии (чакры), сконцентрированной в стопах с целью поднятия самого себя на большую высоту и оказания поддержки, Кику-тян. Рыжеволосая добродушная девочка, прекрасно выполняющая свои обязанности здесь ровно так же, как и ежедневно, только и поспевала отводить свой любопытный взгляд в сторону всяческий раз, когда их взгляды с непоседливым шиноби пересекались. Она смущенно отводила глаза, а он обретал что-то вроде крыльев и широко улыбался застенчивой девушке, но та скрывалась от его внимания. Для этого она использовала пену, создавая из нее очищающий слой на стеклянном полотне, и это чертовски стало бесить Камизуру. От недовольства он стал скрипеть зубами и пытался разглядеть представительницу изящества и красоту - так он стал считать с сегодняшнего дня новую знакомую, что была на несколько лет старше, выше и, конечно же, умнее. Помимо этого, она еще и предусмотрительна, поскольку намеренно пустила световую маскировку в виде белоснежной пены на окно, чтобы использовать последующий момент для скорой капитуляции прочь с целью убежать от навязчивого генина, что стал уже несколько забывать о своем предназначении по ее мнению. Темноволосый шиноби же всего лишь желал обзавестись парочкой новых друзей в столь сплоченном коллективе, желая поскорее стать его частью или, на крайний случай, оставить после себя положительные отзывы. Хотя, высокая оценка и Оойоши были в мире шиноби слишком далеки по отношению друг к другу и казалось, что похвалы юный мальчишка никогда не добьется, если только чудесным образом, как если две параллельные прямые вдруг пересекутся. Во всяком случае, брюнет был разочарован в момент, когда сквозь уже кристально чистое окно не увидел своей музы, вдохновляющей его на своеобразные подвиги. Однако спустя пару мгновений он собрался с мыслями, а отвергнутые чувства его только сподвинули на новые свершения ради завоевания признания рыжеволосой цевницы, отчего он стал метаться от одного иллюминатора к другому в поисках своей избранницы, но лучше бы он этого не делал. Ведь ему удалось созерцать ее красоту этажом ниже в холле, где она мило улыбалась, тепло общаясь с работягой приюта, частенько посмеиваясь над чем-то. Быть может, они обсуждали навязчивость Оойоши - даже если и так, он ничего не мог с этим поделать. Он буквально завис в окне, утонул в собственных переживаниях и мыслях, но резко пришел в себя ровно в тот момент, когда голова Кико-тян стала поворачиваться в сторону брюнета. Тот опомнился и решил действовать, причем радикально и уверенно - попытка резко сменить позицию нарушила контроль чакры и он соскользнул с кирпичной стены, пикируя точно вниз. Перед его глазами за эти доли секунды пронеслась вся его жизнь, он многое вспомнил: что сделал плохого, а что хорошего (ничего); его планы на будущее и все тому подобное, а прям перед самым падением сильно зажмурил глаза, не желая смотреть гибели в лицо. Возможно, что в его жестком приземлении ничего страшного и не было, но он чертовски был напуган и был готов ко встречи со смертью, но что-то этому воспрепятствовало. Все щурясь, парень чувствовал словно завис в воздухе, после чего медленно и с испугом стал открывать свой взгляд после того, как ощущал как его нос цеплялся за земной грунт. Оказалось, что его неудачу заметил "коллега по цеху", что также занимался мытьем окон, но в несколько иной экипировке - со всей необходимой страховкой, он и спохватился вовремя и зацепил брюнета веревкой за лодыжкой.
- Хэй, ты там в порядке? - вопросил он, наблюдая за реакцией испугавшегося генина, который не спешил с ответом.
- Да, он в порядке. - за Камизуру ответил дедушка Коттан, что совсем немного времени тому назад вернулся со своих дел, а сейчас ринулся развязывать узел, удерживающий конечность помощника. - Все молодцы, вместе мы смогли добиться успеха!
Ответственный за содержание приюта для животных стал аплодировать каждому, кто принял непосредственное участие в наведении идеальной чистоты, а окружающие люди подхватили его ритм и тоже стали хлопать в ладоши, выкрикивая довольные возгласы, которые были прерваны неожиданно вышедшей рыжеволосой девочкой.
- Коттан-сан, Никко бесследно исчез! - с этой новостью вся компания резко затихла, обсуждая неприятное событие.

0

26

Такеши понимал, что беспокойство - чувство не только бесполезное, но даже вредное, деструктивное. Оно мешает концентрироваться на насущных проблемах, отвлекает, заставляет тратить ресурсы на бестолковое занятие. Вот только одного понимания недостаточно, чтобы справиться с беспокойством. Человек, кем бы он себя ни воображал, является всего лишь зверем. А оным присуще идти на поводу у чувств, инстинктов. И инстинкт самосохранения нынче вопил. Ведь мальчишка слышал топот ног. Столь привычный и знакомый - мамин. И не сложно было догадаться, что идет она уже к нему. Но за ней шел кто-то еще. Кто-то, звук чьей походки мальчишка распознать не мог. Оно и не удивительно, учитывая, что в этом доме редко появляется кто иной, кроме матери и сына. И уж с тех пор, как умер отец - так уж и подавно. Друзей, насколько мог судить Такеши, у его надзирательницы не было. Потому как ни о ком в подобном роде она никогда не высказывалась. И уж, тем более, не приводила их домой. Будь у генина время подумать, возможно, он и сообразил бы, кого конкретно привела мать. Точнее, с какой целью. По крайней мере, он мог бы сузить круг подозреваемых. Но времени хватало лишь на то, чтобы дождаться и посмотреть. Вдруг дверь открылась, скрипнув. Вслед за тем в комнату вошла мать. А за ней - неизвестный мужчина. Первая и второй контрастировали на фоне друг друга. Одна была невысока, внешне хрупка, но все равно опасно. Возможно, при оценке матери мальчишка путался из-за своего личного к ней отношения. Но мужчина, чуть ли не вдвое больший, чем женщина, казался куда более миролюбивым. На входе он улыбнулся, в знак приветствия поклонился. Такеши проделал тот же трюк, только улыбка его выглядело натянутой и фальшивой. Гость не стал дожидаться приглашения и сел на свободный табурет. Согнув спину и упершись локтями в колени, он вперил свой пристальный взгляд в мальчишку. Мать же тем временем приземлилась на кровать. В комнате повисла тишина. Неловкая, напряженная, сулящая что-либо нехорошее.

- Хозяйка, ты могла бы представить нас друг другу. - вдруг проронил мужчина, перекинув взгляд на женщину.
- Вне всяких сомнений, могла бы. - холодно ответила женщина, поймав его взгляд и скорчив недовольную мину.
- Позвала помочь. А сама не проявляешь и грамма такта.
- Звала я не тебя. И потому ты навязался сам.
- Я бы обозвал это иначе, но... пусть.

Как реагировать на короткий диалог матери и незнакомца Такеши не представлял. Впрочем, теперь его голова хотя бы была занята не беспокойством, а нескончаемо плодящими вопросами. Очевидно, мужчина пришел сюда помочь. Помочь, видимо, с мальчишкой. У мальчишки сегодня было лишь две проблемы, о которых знала мать: опоздание и сон. Исправить первое было уже невозможно. А уж с воспитанием, то есть с последующим наказанием, мать могла справиться и сама. Но и с лечением снов здоровяк вряд ли мог бы помочь. Вряд ли в принципе кто-либо мог с этим помочь.

- Обанай, - представился мужчина, - Так меня звать.
- Такеши, - ответил Такеши, - Приятно познакомиться.
- Ох, уж в этом я посмею усомниться. Впрочем...
- Начинай уже, - вклинилась мать, - Или выметайся ко всем чертям.
- Еще немного... и я вспылю, - пригрозил незнакомец.

Атмосфера накалялась. Такеши не сомневался в том, что его мать могла справиться и сама с кем бы то ни было. Но, улавливая напряженный ноты, он невольно начал раздумывать над тем, как мог бы ей помочь справиться с гостем. Тот был высок, креп. Очевидно, он бывал уже в множестве битв. И не был, при том, похож на того, кто разбрасывается угрозами в холостую. Будь у него выбор, генин предпочел бы уладить все миром. На удивление, мать так ничего и не ответила. Выждав несколько мгновений и убедившись, что более никто огрызаться на него не намерен, мужчина продолжил.

- Вот и прекрасно. Правда, Такеши? - вновь обратился к мальчишке мужчина.
- ... - мальчишка предпочел промолчать.
- Как видишь, мы с твоей матерью состоим не в лучших отношениях. Но это вовсе не значит, что ты должен меня бояться. Хотя не суть. Главное - чтобы ты мне не врал. Честность - залог здоровых отношений. Так давай же обходиться без лжи.
- ... - генин бросил взгляд на мать.
- Делай, что он просит, - велела та.
- ... - пятнистый кивнул, после чего вновь взглянул на мужчину.

Ситуация складывать наистраннейшая. Уж точно никто никого не собирался наказывать прямо здесь и прямо сейчас. Следовательно, речь пойдет о сне. По крайней мере, других вариантов мальчишка не видел. И от осознания того, мальчишка начал нервничать лишь больше. Потому как, видимо, дело принимало серьезный оборот. Иначе бы всего ныне происходящего не было бы вовсе. Очевидно, даже мать начала переживать. Иначе неприятного ей человека не пустила бы даже на порог собственного дома. А уж когда начинает волноваться родитель, ребенок за ним повторяет.

- Мать сказала, ты спал и тебе приснился сон, - начал мужчина, - Собственно, это все, что она мне рассказала.
- ... - Такеши кивнул.
- Но подробности мне все же нужны. А потому дерзай. Не скупись на слова.

Для Такеши проще было бы оформить слова в текст, чем в звуки. Он и пары лишних междометий не мог протолкать через свое горло, если для того не было действительно веской причины. Пожалуй, будь мальчишка с мужчиной наедине, то первый проигнорировал бы его просьбу, пусть и с долей стыда. Не повиноваться же указам того, кому повиноваться приказала мать - смерти подобно. А уж мальчишка не торопился погибать. И потому, собрав всю волю в кулак, попытался выдавить из себя хоть мало-мальски полноценный рассказ.

- Я, - мальчишка тут же запнулся, глотая воздух.
- Не спеши, подумай, - успокоил мужчина.
- Я тренировался. Этим утром. На полигоне. Новой технике.
- Ага-ага, продолжай.
- Тренируясь, я устал. Устав, я присел. Присев, взялся за медитацию.
- Дабы восстановить силы и снова продолжить? Экий молодец.

Говорил Такеши обрывисто, будто плюясь. При том неторопливо, выжимая из себя каждое следующее слово. Но и мать, и гость внимательно его слушали. Благодаря чему он постепенно приходил в норму, начиная чувствовать себя все лучше и лучше. Слова по этой причине течь ручьем не стали, но и со скрипом выползать перестали. Речь стала понятнее, удобоваримее.

- Медитируя, я будто бы утратил слух, нюх, зрение. И оказался в новой, ранее мной невиданном измерении. Бесконечном и пустом. Где, помимо меня, был лишь один-единственный светоч - где-то там, вдалеке, будто бы на краю горизонта. Почему-то, я жаждал им обладать. И потому пошел за ним. Убедившись, что так легко мне до него не добраться, я побежал.

Всем присутствующим выдаваемая мальчишкой история была в равной степени интересна и непонятна. По лицам что матери, что незнакомца даже сам Такеши умудрялся прочесть беспокойство и растерянность. Он начинал верить, что ему действительно была нужна помощь. Пусть толком мальчишка и не понял, с чем конкретно. Но осознать он умудрился и то, что гость вряд ли сможет ему с этим помочь.

- Не добежав, я очнулся, - вдруг окончил историю генин, чего ни мать, ни гость, очевидно, не ожидали, - Увидев перед глазами небо и осмотревшись, я понял, что свалился с камня. Видимо, я просто уснул.
- И это все? - с облегчением вздохнул мужчина.
- Нет. - возвращая внимание того, утвердила женщина.

Такеши понимал, что своим рассказом лишь путал и мать, и гостя. И ему становилось за себя стыдно. А потому он не придумал ничего лучшего, чем оставшийся рассказ максимально сократить, более не тратя чужое время и внимание зазря. В конце концов, генин и сам не любил, когда его дурят.

- Проснувшись, я продолжил тренировки. Снова устал, потерял сознание. Вновь оказался в том мире. Догнав светоч, попал в другой мир. Где встретил гигантскую обезьяну. После чего проснулся. А после побежал домой, - в экстренном порядке окончил мальчишка.

Такеши тараторил так, будто бы, выстреливая словами, пытался перебить толпу воображаемых чудовищ. Поймав на себе взгляды обоих взрослых, он понял, что совершил ошибку, но какую именно - не разобрал. Начав ерзать на стуле, он удивительно отчетливо выдавал собственные чувства, эмоции, переживания.

- Ох-хох, - прервав неловкую тишину, вздохнул Обанай, - А я ведь просил не спешить.
- Прошу прощения, - потупив взгляд, проблеял Такеши.

На удивление, мать в разговор так и не вмешалась. Она не стала ни отчитывать мальчишку, ни отпугивать мужчину. Лишь слушала. И, вероятно, натужно думала. Будь этот мир еще более нереалистичным, из ее ушей повалился бы пар.

- Второй мир. Опиши-ка его чуть подробнее, - попросил мужчина.
- Бесконечный океан и тянущееся над ним голубое небо. А посередь всего - маленький остров с обезьяной и я, - вновь завел шарманку Такеши.
- Замечательно. А теперь опиши обезьяну.
- Гигантская, страшная; рыжая, лохматая; рогатая, клыкастая, - начал было мальчишка, - Скованная по рукам и ногам... лапам?
- Сколько у нее было хвостов? - тихо спросила мать, будто только сейчас проснувшаяся.
- Четыре. - с уверенностью проблеял сын, ни секунды над ответом не раздумывавший.

Одновременно скрипнули зубы мальчишки, кровать под матерью и половица под мужчиной. В комнате вновь воцарилась тишина. Взгляды мужчины и женщина встретились, высекая искры. Такеши же даже не представлял, куда девать свои глаза. Если так рассудить, то он и целиком предпочел бы сейчас скрыться в вечерней темноте. Он не был столь восприимчив к атмосферам, образующимся при общении, но даже он сейчас был способен распробовать на вкус воцарившуюся в комнате напряженность.

- Дело раскрыто, - вдруг проговорил мужчина, натянув на лицо фальшивую улыбку, - Волноваться не о чем.
- Что ты сказал? - влезла мать.
- Я сказал, что волноваться не о чем, - более холодно повторил Обанай.
- Да ты, тво... - начала было мать, подорвавшись с кровати.
- Такеши, садись за уроки, - продолжил мужчина, прервав женщину, - А ты - за мной.
- Пусть так, - с трудом проглотив остатки своей прошлой фразы, ответила мать.

После чего она они вышли из комнаты, спустились на кухню, и уже там продолжили что-то горячо обсуждать. Ошеломленный, Такеши так и остался сидеть на стуле, пытаясь переварить все то, что сейчас увидел. Кто-то действительно смел затыкать его мать, а она - поддавалась. Это не единственное, что он вынес из беседы, но наиболее, наверное, важное лично для него.

0

27

- Что значит - исчез?! Как такое могло произойти?! - разъяренно кричал Коттан, управляющий приютом.
- Чего? Чего вы расшумелись. Не надо переживать - я в полном порядке. - сквозь болевые ощущения и притупленные чувства парень слышал какие-то панические возгласы. И почему-то ему казалось, что это связано именно с его недавним опасным падением. Поднявшись с твердой поверхности земли, брюнет стал отряхивать свое одеяние от пыли и грязи, которая насела на ткань в обильных количествах. Камизуру обстучал ладони друг об друга, позже стал выбивать ими частицы пыли с одежды, а после пришел к мысли, что делает что-то не так. - "Вот она, стихия Ивагакуре - сплошные камни и грунт, если бы не этот парень - я бы точно расшибся об вот этот валун. Нужно быть внимательнее." - Оойоши провел краткую, но содержательную работу над собственными ошибками. Несколько отвлекаясь от окружающих личностей, что то и дело как кричали друг другу, а их слова в этом гуле было задачей далеко не из легких, парень смотрел то на свои ступни, то на стену приюта, на которой тот не смог удержаться. - "Я даже и не думал, что этому дзюцу обучиться - это только половина сделанного. Намного сложнее - это научить себя правильно контролировать энергию своей чакры и направлять её в ступни." - Брюнет теперь осознал, что далек от совершенства во владении данным дзютсу, что поддалось обучению совсем недавно и требовало для себя скорейшей практики в использовании. В противном случае, в более серьезной ситуации была вероятность потери концентрации, что в последующем приведет к серьезным последствиям. Наконец, сквозь этот пчелиный гул парень смог распознать пару предложений. Рассматривая окружающих, парень понимал, что если он сейчас обратиться к ним - его даже никто не услышит, не воспримут всерьез, из-за чего он стал пытаться понять суть данного спора по устам присутствующих. - "Черт побери? Никко? Открыть? Клетка? Че-е-е-рт, достали." - парню не удалось разузнать новым для себя способом ничего, и это его удручало. Запрыгнув на высокий булыжник камня, что располагался неподалеку, парень решил обратиться к каждому, кого здесь и сейчас мог лицезреть:
- Эй, все вы. Послушайте меня! - закричал парень, надрывая свои голосовые связки. - Успокойтесь и объясните мне, наконец, что случилось?!
Работяги замолкли, переглядываясь между собой, но через несколько секунд вновь продолжили свои дискуссии. Сквозь десяток людей пробивалась в сторону воображаемой сцены, на которой стоял Оойоши, та самая девушка, имя которой Кико-тян. Да, именно из-за у парня, возможно, впервые проявилось чувство ревности, послевкусие которого ему нисколько не понравилось и он хотел поскорее забыть об этом. Рыжеволосая, подойдя поближе позвала парня к себе взмахом руки, желая что-то ему рассказать. Камизуру какое-то время недовольно щурился, смотрел куда-то в сторону, но только не миловидную девчушку, но все же решается и идет на сближение. Как только тот спрыгнул с валуна, девочка стала вводить товарища в курс дела.
- Послушай, этот Никко - белоснежный сурок, что был с нами буквально со времен открытия нашего приюта. Я же, кстати, и вовсе росла вместе с ним, играясь с этим грызуном. Для всех нас этот питомец стал частью нашей семьи, дружной семьи. - Ты же видишь? Как только он пропал, наш символ любви и дружбы, среди нас поселились ссоры, паника и раздор. Пожалуйста, помоги нам! Оойоши-кун, разыщи Никко и верни его мне, верни его в семью!
Последние слова буквально были сказаны из душа, Кико схватила за руку паренька, упрашивая того оказать им еще одну дружескую помощь и не оставлять их в сложную минуту. У Оойоши здесь и сейчас было два варианта. Первый заключался в том, чтобы оставить здесь все так как оно и есть, уйти домой и зарапортовать бабуле успешное выполнение ее поручения и ждать в качестве награды очередную повесть о приключениях герое прошлого поколения. Второй, в свою очередь, был куда сложнее - согласиться на мольбы и просьбы девушки и пуститься на поиски белоснежной пропажи. Конечно же, пойти по первому была куда проще, но сердце генина, а также наследие Тсучикаге, подсказывало ему о необходимости поддержки и оказания посильной помощи всякому, кто в ней так нуждался. Потому долгожданный отдых у камина про интересные рассказы старушки Куротсучи откладывались на несколько часов вперед, а Камизуру поставил перед собой цель разыскать пропавший символ приюта, что так много значил для каждого здесь присутствующего. Широко улыбнувшись своей музе, парень вытянул в ее сторону свободную руку, показывая большой палец. - Кико-чан, я постараюсь тебе и остальным помочь! Давай, пойдем и ты мне все покажешь. Где его домик, будем заниматься исследованием улик. - Было непривычно слышать эти слова из уст непоседы, даже для него самого, отчего тот засмеялся и стал чесать затылок, в шоке от самого себя. Девушка же лишь послушно кивнула и рванула в сторону одного из помещений, не отпуская при этом длань Оойоши, что буквально болтался подобно платку на ветру, ведомый рыжеволосой девушкой. Через какое-то время они зашли в одну из надворных построек.

+1

28

Такеши так и сидел, замерев на стуле, будто бы боясь лишним движением еще сильнее испортить сложившуюся ситуацию. Хотя, казалось бы, куда уж. Ведь двое взрослых, наслушавшись его историй и отошедших на кухню, сейчас кричали друг на друга так, будто бы звуковыми волнами пытались взорвать друг другу головы. И основная проблема заключалась в том, что в словах их не было и доли конструктива. Все важное они обсудили на меньшей громкости. А сейчас же они попросту оскорбляли друг друга, высказывая слова, о которых обычные люди после ссор начинают жалеть. Будут ли жалеть эти двое - вопрос открытый. В той же мере открыт и вопрос о том, когда свои склони они решат прекратить. И прекратят ли они их, обретя вновь разум и помирившись, или, напротив, в конец его утратив и подравшись. Пятнистый вдруг почувствовал себя ребенком из неблагополучного семейства. И это чувство ему вовсе не понравилось.

Только потому, что держаться в напряжении подолгу человеческое тело физически не способно, мальчишка немного расслабился. Заняв чуть более удобную позу, он облокотился на спинку стула. Посмотрев на кровать, где еще недавно сидела его мать, он начал воображать их дальнейший разговор. На то, чтобы она забыла о наказании, он даже не надеялся. Возможно даже, оно лишь ужесточится. Внимательно слушая крик с кухни, пятнистый даже не пытался уже разобрать слова. Он лишь рассчитывать вовремя среагировать, если вдруг послушался звуки драки. Уверенный в том, что не сможет матери помочь, он все равно собирался за нее заступиться. Впрочем, возможно, в таком случае пришлось бы заступаться уже за мужчину. Потому как мать в гневе бывает действительно страшной. А тот, пусть и здоровый, но судить шиноби сугубо по габаритам было бы глупо. Сам Такеши, допустим, выделялся среди сверстников весьма примечательным ростом. Что в бою, впрочем, принести ему могло лишь плохое - по столь длинному телу были лишь проще попасть. А пользоваться преимуществом длинных конечностей он до сих пор не был обучен. В принципе в ближнем бою не то что мастером, но даже новичком считаться мальчишка не мог.

Крики вдруг начали стихать. Подойдя к двери и тихонько ее приоткрыв, мальчишка попытался уловить доносящиеся до сих пор звуки. Впрочем, ничего страшного он там не расслышал. Взрослые, очевидно, попросту устали кричать друг на друга, но к драке так и не приступили. По всему видимому, беспокоиться не было смысла. Такеши не раз встречал подобные пары товарищей, которые постоянно ссорились, но все равно общались и почти не дрались. А уж по их общению было ясно, что мать и гость знакомы уже давно. Видно, терпят друг друга. Раз так, терпеть продолжат и дальше. Лишь обоюдная выгода может свести людей на долгие годы.

Шум переместился из кухни в прихожую, а после и вовсе разделился. Скрипнула входная дверь, тут же захлопнулась. После чего послышались легкие шаги матери, которая, видно, двигалась в сторону комнаты Такеши. Мальчишка тихо прикрыл собственную дверь, парой тихий и ловких прыжков вернулся ко столу, сел за стул. В панике открыл случайную страницу в в случайно взятой книге, так как забыл, где остановился, но притвориться читающим он был обязан - иначе беды не миновать. Вскоре дверь снова открылась, а за ней и мать в комнату проникла. Вновь усевшись на кровать в том же месте, она вперила свой взгляд в затылок сына. Потому как оборачиваться в этот раз он не стал, все так же притворяясь читающим.

- Что за книга? - спросила она.
- Ам. - проблеял сын.
- Не припоминаю у нас книги с таким названием.

Такеши не знал, что ответить. Ведь в его руках, очевидно, находился не учебник. А обыкновенное отвлеченное чтиво, за которое он брался лишь в свободное от учебы время. Которым нынешний час назвать было нельзя. Соврать он опять же не имел права. Скрипнув зубами, он закрыл книгу.

- Прости. Сейчас я не читал.
- Кажется, я спрашивала не о том.
- ...
- Мне повторить вопрос?
- «Цикл» за авторством Ушиджимы.
- Хорошая книга, интересная.
- ...
- Нравится?
- Да.

В комнате повисла неловкая пауза. Которая за день - не счесть. Такеши будто бы забыл, как говорить. И потому лишь глотал, зато очень громко. Единственное, на что ему сейчас хватило духа - это развернуться на стуле, посмотреть на мать. Даже не в глаза, при том, а лишь на ее руки. Которые, если приглядеться, были меньше, чем у него. Как, наверное, странно, что такой дылда до сих пор так боится своей матери. Впрочем, нормально ли в принципе так бояться своей матери?

- Ладно, читай. Позднее, может быть, обсудим.
- ..?
- Но хоть сегодня ляг раньше, чем обычно.

Сейчас же Такеши забыл даже, как дышать. Потому как до сих пор он свято верил, что его ночные чтения - то единственное, о чем даже не подозревает его мать. И вот оказалось, что ей обо всем известно. И она, кажется, даже не злилась. Возможно, ей просто не хватало на это чувство сил, физических или моральных. Более не роняя слов, она встала и вышла, закрыв за собой дверь. Спустилась в свою комнату, закрылась там и занялась своими делами. Мальчишка же, слишком поздно вспомнивший о дыхании, чуть было сознание не потерял. Тяжело вздыхая, он пытался привести своей сердце к покою - иначе жива была вероятность о том, что оное лопнет. Встав со стула, он лег на кровать. Та скрипнула, а вместе с ней - и челюсть мальчишки. Кажется, он даже вспотел. По крайней мере, ему пришлось сдвигать в сторону прилипшие ко лбу волосы, чтобы те в глаза не лезли. Полежав так добрых полчаса, он пришел в себя. Придя в себя, он опомнился. А опомнившись, встал, вышел из комнаты, добрался до умывальника, умылся, вернулся в комнату, переоделся в пижаму, снятую одежду уложил на стул, забрался под одеяло, повернулся лицом к стене и попытался уснуть. Попытка засчиталась уже через минуту, ведь день для мальчишки оказался действительно тяжелым.

Проснувшись всего за несколько минут до звонка будильника, Такеши встал. Потому как смысла он не видел в том, чтобы разлеживаться эти несколько мгновений. Ведь даже не будь он выспавшимся, оставшегося времени не хватило бы для того, чтобы исправить сложившуюся ситуацию. Размявшись, он разогнал кровь по телу и привел мысли к порядку. Только сейчас он сообразил, что ему ничто не снилось. И оттого на его душе стало лишь легче. Сны в последнее время приносили ему слишком много проблем. Звон будильника был прекращен почти в то же мгновение, как он успел начаться. Сразу после чего пятнистый вышел из комнаты, сходил в туалет, а после еще и умылся - ровно так, как и вчера, и год назад - традиционно. После чего вновь поднялся в свою комнату, переоделся из пижамы в чистый комплект одежды. Мать, просыпавшаяся раньше мальчишки, всегда успевала заменить комплект грязной одежды, оставленный со вчера им на стуле, на комплект свежей. После чего шла готовить завтрак. Запах которого уже разносился за пределы кухни.

Послышался зов матери. На который сын откликнулся тут же. Выйдя из комнаты, мальчишка спустился на кухню. Там его уже ждал завтрак. Как и всегда, вкусный и питательный. Окончив есть, Такеши сложил посуду в мойку. Не получив дополнительных распоряжений за приемом пищи, он предположил, что график его остается в прежнем виде. И что сейчас пришла пора идти ему за следующим заданием.

- Благодарю за завтрак, - сказал он, - Было вкусно. Я пойду?
- Да, конечно, - ответила уже занятая помывкой посуды мать.
- В таком случае, вернусь к обеду, - выходя из кухни, добавил он.

Пройдя в прихожую, он натянул на ноги обувку. И вот уже потянулся за рюкзаком, как вдруг обнаружил, что его нет на нужном месте. Обернувшись вокруг оси несколько раз, он начал всюду шебуршать, ища потерю. Но куда бы он не залезал, нигде искомого предмета не находилось. И тут вдруг послышался голос матери, все так же намывающей посуду на кухне.

- Что-то потерял? - спросила она.
- Мнм, - скорее промычал он, боясь ответить честно.
- Наверное, рюкзак?
- Да.
- Хочешь знать, где он?
- Да.
- Хочу знать и я.
- ...
- Ни в комнате, ни в прихожей его по утру не было.

И вот беспокойство вновь настигло мальчишку. С такими частыми нападками, не грешно было и до панических атак доиграться со своими нервами. Если мать не знала, где рюкзак - получается, дома его не было вовсе. Потому как по ее вчерашней прощальной фразе стало понятно, что все происходящее в этом доме находится под ее контролем. И где теперь искать рюкзак - он даже не представлял. Пытаясь вспомнить, где видел его в последний раз, пятнистый перебирал у себя в памяти весь вчерашний день. Как минимум, на обед он пришел в нем. Более того, и ушел с него в нем. А после - если память его не подводила - он оставил его в новом доме вчерашнего старика. А забирал ли - вспомнить не мог. Зато вспомнил вчерашнее свое беспокойство на тему того, что что-то забыл. Очевидно, это плечи скучали по привычным прикосновениям лямок рюкзака. И беспокоиться это чувство начало только после ухода от старика. Видно, там он свою пропажу и оставил.

- Я... Я вспомнил, - вдруг вынырнул из омута мыслей мальчишка, - Я его найду!

После чего он вылетел из родного дома так, будто бы пятки его горели. Слишком много ошибок он в последнее время совершал и те, будто нарастающий с ходом времени ком, собирались задавить его всеобщим своим весом, утопив в земле. К тому же, о всех его ошибках знала мать. И запоминала их. И учитывала, что несомненно. И, вероятно, думала над наказанием. С каждым днем становившимся все страшнее. А мальчишка-то и сам молодец, так и накидывал сухих дров в костер. Будто бы специально пытаясь расстроить и рассердить своего единственного родителя. Будто бы жаждал внимания, стремился к ответной реакции. Или и вовсе бросал вызов. Но ведь нет. Чего он больше всего жаждал и для себя, и для матери - мирного дома, с теплой атмосферой миролюбия внутри. Стыд! Стыд! Стыд!

Он бежал по улицам, и бежал, и бежал. Он прекрасно знал дорогу до нужного дома, но даже с учетом этого, он несся уж слишком реактивно. Высока была вероятность того, что он кого-либо собьет, тем самым ушибив себя и другого. Причиняя тем самым еще больше неприятностей окружающим. Но времени остановиться и подумать он себе не оставил. Какой уж тут гений? Обыкновенный сельский дурачок.

+1

29

Честно сказать, Такеши даже не представлял, с чего и начать-то разговор со стариком. Зачины - не его. И подумать по пути об этом он не успел. Не потому, что времени было мало - вовсе нет, ведь дорога была длинна. А потому, что голова его была забита бессмысленными переживаниями. О том, как глубоко он себя в землю закопал и прямо на глазах у матери. Но теперь же, добежав до нужного дома и остановившись у него на крыльце, мальчишка не знал, что делать дальше. По всей логике, он должен был постучаться. Так он и сделал. Тук-тук-тук - как и всегда, без особой мелодий, монотонно и сухо. А что после - черт его знает. Вскоре пятнистый смог расслабиться, ведь понял, что никто ему открывать не собирается. Он постучался снова - тук-тук-тук. И прислонил ухо к двери, вслушиваясь в каждый шорох. Бывает такое, что хозяева домов просто игнорируют стук, притворяясь ушедшими, дабы их лишних раз не беспокоили. Но хоть какие-то звуки они все равно издают. И половинчатый не уловил ни одного колебания. Отстранившись от двери, он вновь постучался в нее - тук-тук-тук. И все равно - никакой реакции. Он отошел от дома и заглянул в верхние окна. Ничего за шторами разглядеть не получилось.Старика, очевидно, не было дома. Будто бы потеряв силы от разочарования, мальчишка сел на корточки, сложил руки в замок и стал смотреть в землю, думая о том, как поступить дальше. Ждать хозяина - не вариант. Вернуться он может хоть через полчаса, хоть через полмесяца - и проверить получится только на практике, заранее не предугадав. Остается лишь захаживать к нему время от времени в надежде, что он окажется дома. Но и самому возвращаться домой без потерянного рюкзака не хотелось бы. Врываться и забирать свое силой - тоже не вариант. Пусть взломать замок генин вряд ли бы смог, но выбить дверь - на раз-два. Ко всему прочему, правда, за это бы еще и оправдываться позднее пришлось - наверняка бы кто-нибудь пятнистого заметил и по пятну бы позднее опознал. Уж на лицо-то мальчишку точно примечателен. Вот позор бы был. Мать и сама повесилась бы, и сына рядом вздернула. Впрочем, еще больше в думы погрузиться мальчишке не дал голос со стороны. Обернувшись на звук, он увидел незнакомого ему мужичка. Который спросил, не Нихэя ли Такеши ищет. Тот кивнул. После чего получил наводку. Пойдя по ней, половинчатый добрался до старого дома старика. И не прогадал. Тот там и был. И громко ссорился с тремя мужчинами, лишь один из которых спорил в ответ, а двое других, очевидно, стояли рядом сугубо для устрашения. Не став вмешиваться, джинчурики встал чуть поодаль от шумной компании. Навострив уши, он прислушался. Не сразу вникнув в контекст, он по кускам начал собирать картину происходящего. Из разговора выходило, что главный среди троицы - нынешний хозяин старого дома Нихэя, выставил его на продажу. И почему-то старик этому противится, хотя собственность уже не его. Позднее оказалось, что не собственной воле он съехал из дому. По его словам, он был обманут. По словам оппонента, сделка была честной. Вокруг того спор и строился. Один утверждал одно, другой - обратно. Из бесчисленных повторов одного и того же выйти ничего толкового не могло. И не вышло. Чуть было не завязалась драка. Но старик вовремя отступил. Плюнув в ноги обидчикам, он развернулся на сто восемьдесят градусов и широкими шагами потопал к своему новому жилищу. Сев тому на хвост, Такеши следовал за ним. Слыша матерный бубнеж под нос, он не знал, стоит ли сейчас беспокоить Нихэй. И потому старик успел дойти до своего дома, зайти внутрь и с грохотом захлопнуть за собой дверь. Остановившись перед оной, пятнистый замер. То поднимая руку для стука, то вновь ее опуская, он метался меж двух крайностей - побеспокоить старика или уйти в туман. В итоге, рука его дрогнула и послышался привычный, только лишь чуть сбитый стук - тук-тук-тук.

- Да кого там черти принесли? - прогрохотал старик за дверью.

Уже этой фразы хватило бы, чтобы Такеши развернулся и убежал. Если бы не нужда и нормы приличия. При первой их встрече старик успел понравиться мальчишки, и тот уже не мог, будто хулиган, постучать в дверь, побеспокоив уже давно не молодого хозяина, и сбежать. Впрочем, пару шагов от двери о все же сделал.

- Ох, это ты, Такеши, - увидев генина, старик растерялся, утратив очков грозности, - Здравствуй.
- Здравствуйте, Нихэй, - ответил генин, - Прошу прощения за беспокойство. Я у вас рюкзак забыл.
- Что? Рюкзак? Какой рюк... - вдруг оборвал вопрос мужчина, - А. Точно. Твой. Логично, что твой.

Рассмеявшись, старик развернулся на пятках. Повертев головой, порыскав по прихожей взглядом, он отыскал искомый рюкзак. Подняв его, вновь развернулся, но в этот раз лицом к мальчишке. Отдал потерянную вещь растерянному хозяину.

- Полагаю, твой? - ни секунды не сомневаясь, скорее из вежливости поинтересовался Нихэй.
- Так и есть, - на удивление многословно ответил мальчишка, а еще вчера бы всего лишь кивнул.
- Вот и прекрасно.
- В таком случае, до свидания.

Такеши закинул за спину рюкзак и тут же развернулся, собираясь уходить. Но помимо лямки на его плечо вдруг легла огромная рука старика. Невольно вздрогнув, мальчишка опустил на оную свой взгляд. И ведь на ней, как он вчера и предполагал, было не мало шрамов - и черт разберет, после драк они или тяжелой работы. Разворачиваясь вновь, генин даже предположить не мог, что конкретно могло от него понадобиться именно сейчас.

- Ну не могу же я отпустить тебя так просто? - спросил здоровяк.
- ... - промолчал малец.
- Пойдем, чаю выпьем.

Старик развернулся и пошел на кухню. Мальчишка хотел было оправдаться, что у него не было на подобное времени, но тот уже растворился за поворотом. Уходить же просто так, не попрощавшись, он не мог. А прошлое прощание уже утратило свой вес. Зайдя внутрь, как и вчера, Такеши не стал разуваться - потому как новому дому все равно нужен был ремонт. Вновь скинув рюкзак на то же место, он прошел на кухню в надежде, что в следующий раз свои вещи уже не забудет. Пройдя вглубь дома, он вновь отыскал старика. Тот ставил чайник греться, да доставал чистые кружки из настенного шкафа.

- Проходи, садись. Чувствуй себя здесь, как дома. Хотя бы ты, - усмехаясь, пытался пошутить старик.
- Хорошо, - лишь из вежливости натянув улыбку на лицо, ответил мальчишка и сел за стол.
- В принципе, не такой уж и плохой дом, да?
- Наверное.

Вода в чайнике закипела. Дед снял его с плиты. Раскидав чай и сахар по кружкам, залил их кипятком. Одну из них подал мальчишке, вторую оставил у себя. Сел за стол. Начал хлебать. И лишь чуть позднее вновь завел разговор.

- Для шиноби ты плохо прячешься, малец, - сказал Нихэй.
- ... - промолчал Такеши.
- Сперва я подумал, что ты просто мимо проходил. Потому и удивился, что за дверью окажешься ты. Впрочем, это не значит, что я тебе не рад.

Очередная неловкая пауза. Возможно, это была особенная супер-сила Такеши - создавать их, вызывать или находить. О которой не просил, которую не ждал, которой не хотел. И одним лишь своим существованием он обременяет окружающих. Ведь неловкие паузы даже из него высасывали соки, что уж говорить о более чувствительных людях. Среди которых оказался и сей старик. Которыми сидеть бы сейчас в приятной компании и смеяться. А не выдавливать из стеснительного подростка лишнюю пару слов.

- Те мошенники вас обманули? - вдруг ожил Такеши, отвлекшись от чая.
- Чт, кх, кха, - старик аж раскашлялся от неожиданного вопроса.
- Это то, что я понял из вашей с ними... ссоры.
- Пожалуй, да. По крайней мере, я так считаю. Впрочем, только я так и считаю. Потому как, кажется, все это они провернули в рамках закона. Следовательно, и звать их мошенниками - значит клеветать, - разошелся Нихэй так, что остановить бы его вряд ли смог бы даже более социально подкованный собеседник, - Да и пусть. Эти ублюдки меня обманули, нагрели, выгнали из родного дома, лишили большей части сбережений. Будь моя воля - расколол бы им черепа. Да нынче я разве что кожуру от семечек раздавить способен, что уж говорить о тех амбалах.

Такеши слушал внимательно, вникал. Не только потому, что любил слушать. Но и потому, что за старика он даже начал переживать в некоторой мере. Сложно не симпатизировать человеку, который с радостью принимает тебя дома и поит вкусным чаем. Если разобраться, с местными законами мальчишка был знаком постольку-поскольку. Шиноби в принципе живут будто бы в ином мире. Им и грабеж, и насилие, и убийства простительны - надо лишь за тем следить, кого именно грабишь, кого бьешь и кого убиваешь.

- Быть может, обратитесь в суд? - спросил мальчишка.
- Обращался. Не я, к тому же, первый, - ответил старик, - Были и до меня подобные случаи.
- ...
- Впрочем, не переживай. Это дела взрослых.

К подобного рода фразам мальчишка давно уже привык. Взрослые все еще смотрели на него, как на ребенка, несмотря ни на что - ни на его навыки, ни на то, на что он намерен их в будущем направить. Ситуацию исправило бы, разве что, если бы все вокруг знали, что сидит внутри него - монстр. Но уж этой информацией он ни права, ни желания не имел делиться с кем бы то ни было.

- В таком случае, можно обратиться к Цучикагэ. Не все задания, что шиноби исполняют, законны. И раз уж мошенники обманули вас - обманите их. - на удивление долгой речью разразился мальчишка, видно, подхвативший негодование старика.
- Ты предлагаешь мне потратить последние деньги на очередное задание?
- Да.

Услышав короткий и уверенный ответ, старик рассмеялся. Столь непринужденной агитации он не ожидал. Более убедительно никто ему еще не продавал свои навыки. Покоренный прямолинейностью, он согласился. После чего оба они допили чай из своих кружек, закинули их в мойку. Оделись, собрались. В этот раз Такеши не забыл о собственном рюкзаке, вовремя его подхватив и закинув за спину. Выйдя из дома, они достаточно торопливо пошли по направлению к резиденции Цучикагэ.

Пожалуй, это действительно был первый раз в жизни, когда Такеши был столь настойчив по отношению к кому-либо в принципе, уж тем более - к незнакомцу. Возможно, он был чуть более чувствительным к чужим проблемам, чем сам мог подозревать. Видимо, даже строгость матери не смогла выжать из него последние капли человечности. Хорошо это или плохо лично для него - вопрос открытый.

>>> Резиденция Тсучикаге

Отредактировано Takeshi (2020-06-20 18:02:44)

+1

30

Резиденция Тсучикаге >>>

Раннее утро. Лучшее ли это время для свершения злодеяния, пусть и во благо? Вряд ли. Умнее было бы вернуться под покровом ночи. И свершить свое грязное дело в тени. Но ночью у Такеши был по расписанию сон. Да и матушка бы не обрадовалась его столь позднему отсутствию. Потому хоть часть работы, наиболее продолжительную, мальчишка собирался реализовать прямо сейчас. Он пришел к офису злоумышленников без промедлений, затаившись поблизости. Пятнистый намеревался разработать план по проникновению, который исполнит чуть позднее. Ведь именно под солнечными лучами было проще разглядеть цель налета. По сути, это было самое обыкновенное для здешних мест здание. Снаружи - натуральная скала, булыжник без каких-либо видимых удобств и изысков. И даже окон было мало, да и те были крошечными. Помешанные на обороне жители сего селения привыкли даже подобного рода постройки ваять наиболее крепкими, к защите от нападения врагов готовыми. Но сейчас в качестве врага выступал сам Такеши. И теперь сия распланировка шла ему лишь во вред. Ни внутрь заглянуть нельзя было, ни пробраться сквозь подходящего размера щели. Хоть двери вышибай или замки взламывай, но иначе, чем через дверь, в здание попасть было попросту невозможно. Если бы половинчатый в жизни нецензурно бранился, то сейчас бы от негодования из его рта подобного рода выражения лились бы нескончаемым потоком. Благо, рядом с ним находился другой человек, которому воспитание вполне позволяло материться, выговариваясь за них обоих. Старик и сам примерно представлял, с какими трудностями придется столкнуться мальчишке.

- Есть идеи? - спросил старик.
- Ни одной, - признался мальчик.

Тогда старик встал со скамейки, на которой они сидели. Отряхнувшись и поправив на себя одежду, он пошел к конторе. Такеши попытался было его остановить, но тот намерен был действовать в одиночку. Потребовав от мальчишки повиновения, Нихэй пошел к конторе. Постучавшись, вошел внутрь. Пошумев там с пять минут, был выгнан охраной. Почти без ущерба, но потрепанный и запыленный, он еще покричал что-то на пороге, после чего отряхнулся и поправил одежду вновь. Снова вернулся к генину и сел рядом с ним на скамейку.

- ... - Такеши по чуть-чуть вскипал, пытаясь вообразить себе, о чем думал старик перед тем, как провернуть столь отчаянную попытку вызнать хоть что-то, но тот, все с тем же блаженным видом, напыщенно улыбнулся.
- Ох, не горячись, пацан. Я лишь сократит время нашего с тобой пребывания в этом чертовом месте, - начал оправдываться дед, - А по твоему ерзанию на одном месте я догадался, что ни одной толковой идеи в твоей голове за проведенные здесь минуты не родилось.

Мальчишке от слов старика сделалось обидно. Потому как он всю жизнь гордился тем, как продуманно и ладно он справлялся со всеми своими невзгодами. Среди ровесников, он был одним из лучших по успеваемости. А там преподавали тактики и стратегии даже на подобного рода ситуации. Ни одна из которых в данном случае сработать, правда, не могла. Сугубо по той причине, что на задание ранга С не было никакого смысла и даже повредило бы пользование силовых методов решения проблемы. В пределах собственной деревни было даже опаснее сражаться, чем вне. Так как стражи порядка, а то и толпа случайных проходимцев, с радостью бы вмешались в потасовку, разбросав и переломав всех причастных - и виновных, и безвинных. Пойди генин на это задание со всей свой командой, ему было бы в разы проще. А так в его распоряжении лишь он сам и неуправляемый старик в придачу.

- Их там сейчас семеро. Вряд ли больше. Потому как я поднял достаточно шума, чтобы все эти крысы повылезали из своих нор, - вдруг начал свой доклад старик, - Четверо из них, очевидно, охранники, прочие же, полагаю, дельцы. Двух бугаев и главного мошенника ты уже видел этим утром. Прибавь к ним еще по паре - все мужчины. Помещений что-то около семи. Нужные нам бумаги либо в кабинете их старшого, либо я не знаю.
- А вы многое разглядели, - с удивлением отметил мальчишка.
- Так я здесь был раньше.
- ..?
- Просто хотел освежить свои о том знания.

Такеши чуть было не вспылил. Почему-то почти каждое новое слово старика выбивало из него искру негодования. И пусть лицо его все так же вяло передавало эмоции, но характерный скрип зубов и постоянно сжимающиеся в кулаки ладошки говорили о многом. Как же все-таки сложно ему было выходить на контакт с какими бы то ни было людьми. Если к загонам матери мальчишка привык и мог их хоть в малой мере предугадать, то мало знакомый ему человек умудрялся каждым своим действием и словом изматывать и без того не самого выносливого в этом моральном плане мальчишку. Если и команда его, а то и наставник, окажутся настолько же бездумными - возможно, одному ему остаться и вправду было бы проще. Оставалось лишь надеяться, что это старик - отдельный такой индивид, жаждущий идти против течения. Возможно, он попросту считает себя обязанным брать на себя почти всю ответственность, ведь он - взрослый как-никак. Забывая о том, что, помимо прочего, еще он - обыкновенный гражданский, а мальчишка перед ним, на которого он так надменно смотрит сверху-вниз - шиноби, наученный убивать. Рассуждая об этом, Такеши вдруг вообразил, как метает мимо старика снаряды из лавы. Только для того, чтобы доказать тому - у него в руках есть некая, недоступная простому человеку, сила. С которой стоило бы считаться. И которой не следовало бы забывать. Что он, черт возьми, не простой мальчишка со двора, а, черт дери, самый настоящий, пусть и стоящий в самом низу карьерной лестницы, шиноби!

- Так что? Получилось скорректировать план с новооткрытой информацией? - спросил старик.
- Хмх, - пробубнил мальчишка, стараясь привести мысли к порядку, но все-таки безуспешно.

Пытаясь охладить голову, он вновь посмотрел на офис злоумышленников, в надежде, что план в его голове вот-вот родится. Но ничего стоящего на ум не приходило. Ночью, возможно, пришлось бы лишь тяжелее. Потому как парадная дверь - единственный вход, могла быть наглухо заперта изнутри. В таком случае не осталось бы иных вариантов, кроме как входить в здание с шумом - пробивая себе дорогу силой. Что вовсе не походило на действительно продуманный план. Как вариант, мальчишка мог бы проникнуть в здание прямо сейчас, затаиться где-нибудь внутри, а уже ночью начать обыск. Более или менее тихо он умел передвигаться, да и терпения ему не занимать. Если ничего действительно страшного не произойдет, то, возможно, он даже сможет выбраться из здания незамеченным. Пожалуй, так с заданием разобраться было бы действительно проще. Оставались лишь две проблемы - мать и Нихэй. Перед первой придется оправдываться, почему он вдруг ни на ужин, ни ночью домой не вернется. Второго нужно было как-то проконтролировать, чтобы он лишних бед не наплодил. В очередной раз скрипнув зубами, он уверился в эффективности своего плана. После чего завел разговор со здоровяком.

- Нихэй, прошу прощения, ваша помощь более не понадобится, - сказал Такеши.
- Допустим, это правда, Такеши, - на удивление смиренно согласился Нихэй.
- Так что идите в свой новый дом, отдыхайте и ждите новостей, - кротко промямлил мальчишка.
- Отказываюсь, - уверенно отрезал старик, не оставляя и намека на другие варианты.
- Так надо.
- Не надо.

Такеши начал подозревать, что этим стариком сложно было спорить не только лишь ему, но и кому бы то ни было еще. Вряд ли даже более дипломатичные люди с действительно длинным бескостным языком смогли бы уболтать этого старого барана отступить, согласиться, смириться.

- Пожалуйста, - вдруг проблеял пацан.
- Даже не пытайся, - проскрипел старик.

Такеши вдруг оценивающе взглянул на Нихэя. Но оценивал он не шпионские навыки оного, а крепость и реакцию. Высока ли была вероятность того, что мальчишка сможет вырубить старика одним точным попадаем в голову, не причиняя тому значительного вреда и уж тем более не убив ненароком. И как тяжело было бы спрятать бездыханное тело в каком-либо укромном месте после. И каким должно быть это укромное месте. Просто так ведь нельзя было бы бросать его в случайной подворотне. Простынет еще, заболеет, умрет. Ограбят еще его. Что хуже всего, он может вскоре очнуться и вернуться к офису, пытаясь вновь в него завалиться. Тем самым испортил любой, даже лучший из возможных, план.

- Сдаюсь, - вдруг поник мальчишка, утративший надежду выполнить задание без огрехов.
- Домой, допустим, я не уйду. Но и под ногами мешаться не буду, обещаю. Так в чем план?
- Я проникну в офис днем. Спрячусь внутри. Дождусь наступления ночи. Проникну в кабинет их начальника. Отыщу нужные документы. И уже под покровом ночи выберусь наружу, - вывалив весь свой план, мальчишка взглянул на входную дверь, - Ее я либо открою, либо вышибу. После чего и скроюсь.
- Отлично. Я знаю, чем тебе помочь, - воодушевился старик, - Ты подашь мне сигнал изнутри. А я в ответ побуяню снаружи. Быть может, смогу выманить охранников из их логова. Они откроют двери. А ты за их спинами вынырнешь. Ну как?

На удивление, предложенный стариком план понравился мальчишке. Так действительно можно было выбраться незамеченным, что было бы наиболее полезно. С другой стороны, Нихэй первым же окажется под подозрением, когда на следующий день обнаружится пропажа. Где он живет мошенники знали лучше, чем кто бы то ни было. Впрочем, возможно, он успеет воспользоваться полученными документами раньше, чем мошенники до него доберутся. И тогда он уже будет под защитой закона, а, следовательно, и всех причастных силовых структур.

- Договорились, - подумав, ответил мальчишка.
- Договорились, - протянул ему руку старик.

Честно говоря, все эти рукопожатия казались мальчишке дикостью. Он предпочитал решать любые вопросы на должном расстоянии. Но в этот раз он протянул руку в ответ, свершив ритуал. После чего встал со скамьи, отряхнулся, поправил одежду.

- Мне нужно сходить домой, предупредить мать и взять с собой пару вещей, - сказал Такеши, разворачиваясь, - Скоро вернусь.
- Буду ждать здесь, вести за зданием слежку, - ответил старик и вперил взгляд в парадную дверь.

Такеши не стал раскланиваться и расшаркиваться. Со старта ускорившись, к дому он бежал. Достаточно шустро, но не так, чтобы очень. Сбить по пути случайного проходимца все же не хотелось.

Отредактировано Takeshi (2020-06-21 12:11:00)

0

31

Со всей этой беготней Такеши и не заметил, как подошло время обеда. Придя домой лишь немногим заранее, он скинул обувь, после чего поднялся в собственную комнату. Там он отыскал фонарик, шапку и перчатки, засунул все это в рюкзак. Постояв минутку, подумав, он так и не сообразил, что еще могло бы ему понадобиться. После послышался зов матери, на которой мальчишка незамедлительно отозвался. Спустившись вниз, он закинул рюкзак в коридор, сам же проследовал на кухню. Там его уже ждал сытный обед. Поздоровавшись с родительницей, мальчишка сел за стол. Принявшись за еду, он пытался сформулировать мысль, которую ему чуть позднее придется озвучить. Даже понимая, что ночной его поход - это часть задания, он не был уверен, с какой стороны конкретно подойти к вопросу. Доев, он попив сока. Попив, он взял волю в кулак и начал свою неловкую речь.

- Ма, - начал было мальчишка, но по привычке запнулся.
- Да? - привлеченная, откликнулась мать.
- До обеда я получил задание.
- И выполнил его?
- Нет еще.

Такеши не любил отвечать матери «нет» даже в тех случаях, где несогласие логично, обосновано, безобидно. Его каждый раз будто бы дрожь пробирала в предчувствии бури. Хотя мать никогда не отличалась пылким нравом, лишь в исключительных случаях начиная открыто злиться. Критерии качества ее методов - холод и острота, точность - как у клинка.

- Из всего выходит, что мне придется вечером задержаться.
- Что же это за задание такое?
- Я должен выкрасть у злоумышленников одну вещь.
- Вот как?
- Я справлюсь, правда.

Такеши отвечал так, будто бы у него был иной выбор, кроме как справиться. Удовлетворенная ответом мать не стана вдаваться в подробности, вызнавать детали. Она встала изо стола, собрала посуду, поставила ее в мойку, включила воду из-под крана, начала посуду намывать. Такеши встал, задвинул за собой стул. Попрощался. Прошел в коридор. Взял рюкзак, закинул его на плечи. Надел обувь. Вышел из дома, закрыв за собой дверь. С неким облегчением выдохнул. Собравшись с мыслями, отправился к офису мошенников. Надеясь, разумеется, что старик не успел наворотить дел, не подумав заранее. По пути пятнистый пытался продумать уже выбранный план чуть подробнее, дабы предусмотреть все возможные неприятности. Но знал - предугадать все невозможно. И потому начинал в своей скрытой манере волноваться, чему свидетельствовала суета роящихся в его черепной коробке мыслей. Подойдя к тому месту, где оставил старика, и не обнаружив оного, Такеши начал озираться. Неужели чертов дед опять полез в драку с охраной? Бросив взгляд на парадные двери конуры злодеев, пятнистый мог лишь предполагать. И предполагал он, разумеется, наихудший из всех возможных вариант развития событий. Но что при этом делать - он не знал. Врываться с красными от гнева глазами и крушить всех, кто под руку попадется, он не привык. Но и стоять снаружи в ожидании хоть чего-то - тоже плохой вариант. Не страдающий от импульсивности все остальное время, сейчас половинчатый был на волоске от того, чтобы начать действовать, заранее должным образом не подумав. Потому как и за десять лишних секунд охрана могла бы разобрать бедного деда на составляющие. За шумом главной улицы этого было не услышать, но вдруг неподалеку от Такеши скрипнула дверь и из соседнего здания вывалился Нихэй. Выковыривавший из зубов остатки еды старик, очевидно, еще только что обедал. О подобного рода причине его пропажи мальчишка подумать заранее не умудрился, за что ему было втройне стыдно перед собой же. Очевидно ведь, что тот и сам проголодаться успел. Седой сел на скамейку, следом приземлился и полуседой.

- Все взял, что собирался? - спросил Нихэй.
- Да, - неуверенно ответил Такеши.
- Когда будем начинать?

Такеши посмотрел на наручные часы, задумался. С одной стороны, он даже не представлял, во сколько контора закрывается. Что было до ужаса непрофессиональным упущением. Из-за чего он мог оказаться внутри как слишком рано, так и слишком поздно - что в любом случае будет крайне неправильно. С другой стороны, он предпочел бы не откладывать дело до завтра. Потому как еще сильнее корежить свой график ему вовсе не хотелось. Что, опять же, показывало его уж слишком безответственным. Ко всему прочему, он не знал точно, кто будет охранять контору ночью и в каком количестве. Рассчитывал лишь, что людей будет максимум двое. Так как единственный охранник был бы бесполезен - он мог и уснуть, и в туалете засесть. Большее же количество было бы скорее затратным, нежели полезным. Контора не казалась такой уж богатой. Очевидно, многие деньги они спускали на судебные тяжбы. По той же причине мальчишке казалось, что и шиноби они вряд ли смогли бы заказать. Оплачивать тому каждую ночь на смене - та еще денежная бездна. Впрочем, все это - лишь предположения неопытного мальчишки. Который первый раз в жизни вынужден идти на конфликт.

- Сейчас, - ответил-таки Такеши.
- Как скажешь, - пожал плечами Нихэй.

Такеши встал, снял со спины рюкзак, поставил его на скамейку. Убрал в него все лишнее, достал все полезное. По итогу оставив при себе лишь два куная, шапку, перчатки и фонарик. В надежде, что больше ему ничего не пригодится. Поправил на себя одежду, отдал рюкзак деду на сохранение. После чего развернулся, вновь посмотрел на логово злодеев. Прикусив губу и скрипнув зубами, он тронулся - не умом, а с места. Ну а далее, одна сплошная импровизация. Натянув перчатки и шапку, он подошел к зданию. Подняв с дороги камушек, кинул его в одно из окон, тем самым разбив оное. Прислушавшись, ухом поймал несколько нецензурных слов. Воспользовавшись моментом, он проник в здание через парадный вход. Ведь даже тот единственный охранник, что до сих пор сидел у входа, отвлекся на образовавшийся в одном из помещений шум, пойдя на него. Такеши приоткрыл следующую, ближайшую из дверей. Там царила темнота. Не став медлить, он нажал на выключатель - дабы включить свет. Пам-пам - и он зажегся. Поняв, что это - подсобка, пятнистый ее быстрым взглядом осмотрел. Найдя, как ему казалось, наиболее укромное место, в него он и нырнул, выключив заранее свет и воспользовавшись фонариком, укрыл себя всяким-разным инвентарем, стараясь не издавать и звука. Все протекало столь гладко и без огрехов, что стоило начать волноваться. К чему Такеши и приступил. Забравшись настолько глубоко под всякий хлам, он все равно переживал - не найдут ли его, не заметят ли косым взглядом. Хотя и сам сейчас ни черта не видел. Выключив фонарик, пятнистый замер.

Шло время, а в коморку никто не заглядывал. Хотя за дверью постоянно кто-то и ходил - туда и обратно, туда и обратно. Только сейчас Такеши в полной мере осознал, насколько тяжело ему сидеть в засаде. Он настолько привык постоянно чем-либо заниматься, хотя бы чтением, что проводить время наедине с самим собой и собственными мыслями ему было в некоторой мере тяжело. Беспокойство внутри него то росло, то вновь съеживалось - и так из раза в раз. То половица скрипнет, то еще что зашумит - и вот джинчурики вновь стоит на ушах, а сердце его учащенно бьется.

Интересно, как отряд шпионов, постоянно, как казалось мальчишке, следивший за ним, реагирует на подобные его выходки? Каким конкретно образом они в данный момент обеспечивают его безопасность? Не проще ли было бы запереть его в каком-нибудь подвале, кормить с руки и не давать видеть свет божий? Снимая с него кандалы лишь ради жесточайших тренировок, высасывающих из него жизнь. Втачивая из него по-настоящему холодное оружие. Выбивая из него все человеческое даже успешнее, чем мать. Так ведь наверняка было бы проще и безопаснее. А если в этом самом доме его вдруг помает охранник, в драке случайно ударит его по виску - то ведь полдеревни будет снесено освободившимся чудовищем, до тех пор сидевшем в мальчике.

- Ладно, я пошел. До завтра. - послышался голос, сразу после - скрип парадной двери.

Если старик не обсчитался, по всему выходило, что в здании, не считая самого Такеши, осталось всего шестеро человек. Из которых, скорее всего, четверо - охранники, еще двое - работники. Учитывая, что голос не показался мальчишке знакомым, он предположил, что ушел вовсе не старший из мошенников, которого он видел этим утром спорящим со стариком. Какое-никакое движение в некоторой мере оживило пятнистого, порядком к тому моменту уставшего ожидать неизвестно чего. Почесав спину, он немного изменил позу, не привлекая чужого внимания - пошуршав лишь минимально.

- Пожалуй, пойду и я, - послышался уже следующий незнакомый голос.

Видно, рабочий день подходил к концу. Скорее всего, это был второй клерк, но не охранник. Следовательно, остался пока лишь начальник и четверо охранников, двое из которых, видно, были его личными защитниками. О собственной безопасности, очевидно, он позаботился лучше всего.

Прошло еще какое-то время. И вот парадная дверь скрипнула в очередной раз. Послышались два грубых голоса, хозяева которых приветствовали друг друга, один - энергично, другой - устало. Из их слов становилось понятно, что прибыл охранник на смену. Более того, подтвердилась и теория Такеши о том, что ночью здание защищают двое - ведь лишь еще один непришедший был упомянут в разговоре. Собственно, ждать его долго не пришлось. И вот в здание ворвался еще один человек. Получалось, что в офисе опять же находилось семеро человек: один - начальник, двое - его личная охрана, еще пара - отслужившая свое охрана, последняя пара - свежая смена. Долго ждать не пришлось, как двое из них ушли, распрощавшись.

Чьего ухода ждать пришлось дольше всего - так это начальника. Лишь еще через пару часов он взял своих охранников и вместе с ними ушел, очевидно, домой. Оказался он на удивление порядочным в плане рабочей ответственности человеком. Видно, обманывать людей, отбирая их годами наживаемое имущество - не такое уж и простое дело. Впрочем, любить его за это все равно было сложно.

Если верить часам, давно уже прошло время ужина. Такеши, разумеется, успел проголодаться. Но еды он с собой не брал намеренно - шуметь, чавкая и запивая, он здесь не собирался. И искренне надеялся, что живот его в неположенное и опасное время вдруг не заурчит. Подождав еще немного и вслушиваясь, он пытался разобраться, чем конкретно занимались оставшиеся охранники. Те же, очевидно, просто расселись в одном из помещений и принялись обсуждать проведенный в разлуке день, делясь забавными историями друг с другом.

0

32

Просидев в засаде достаточно времени, чтобы более или менее представить себе сложившуюся ситуацию и местоположение обоих охранников, постепенно уставших от разговоров и разошедшихся по своим углам, Такеши начал движение. Очень нежно и аккуратно раздвигая те баррикады, что самостоятельное еще несколько часов назад с такой скурпулезностью воздвиг, он выползал наружу. Скрип и шорох, производимые им, были недостаточными, чтобы привлечь чье-либо внимание. Но беспокойство все равно нарастало. Приученный быть прижатым к земле каблуком собственной матери, он не привык переживать о давлении со стороны совершенно незнакомых ему людей. И потому волновался. А волнение всегда оборачивается ошибками. Он уронил одну из коробок. Пусть и пустая, упала она достаточно шумно, чтобы привлечь внимание охранников.

- Ты что-то слышал?
- Слышал.
- Посмотрим?
- Посмотри.

Очевидно, шум услышали оба охранника. Но второй, видно, более ленивый и менее суетной, решил остаться на месте. Первый же, пробурчав что-то себе под нос, и сам с места не сдвинулся - видно, гордость проснулась, и вместо нее уснула ответственность. Не первый раз Такеши наблюдал такую ситуацию, где менее обеспокоенный человек тянет на дно своего напарника. Потому сам пятнистый предпочитал работать в одиночку. Хотя бывали и исключения - как конкретно это задание, с которым было бы проще справиться целой командой в любом случае. Не совершая более столь очевидных ошибок и не роняя ничего не пол, с фонариком в зубах он вылез из собственноручно собранного мусорного замка. После чего попытался привести к порядку оставленный после себя хаос. Немного пошуршав, он окончил свое чистое дело. После чего подошел к двери и прислонил к ней же ухо. Послышав еще несколько реплик, убедился, что все по старому - сидят охранники все в том же помещении. Выключил фонарик, взял его в руку. Осторожно прикоснулся к дверной ручке, крайне медленно ее повернул - издавая минимальный скрип, так и не привлекший ни чьего внимания. Приоткрыв дверь буквально на пару сантиметров, взглянул в образовавшуюся щель. Свет доносился ровно из того помещения, в коем, как ему казалось, и сидели его оппоненты. Приоткрыв дверь еще немного, просочился в коридор. Не став дверь закрывать полностью, лишь прикрыл ее. Прислонившись к противоположной стене, приоткрыл ближайшую дверь. Сунул в промежуток фонарик, включил его. Сквозь щель осмотрелся. Ничего любопытного не разглядел. Никаких бумаг там, очевидно, храниться не должно было. Осторожно закрыл дверь, не производя лишнего шума. Выключил фонарик, прошел еще чуть дальше. Прильнул уже к следующей двери. Попытался приоткрыть и ее. Не получилось. Посмотрел на четвертую дверь, не считая парадной, на ней разглядел значок, свидетельствующий о том, что за ней - туалет. Не став проверять, продолжил свое шествие.

Рисуя в голове картину, можно представить себе следующее: за входной дверью прячется коридор, по правую сторону которого расположены три двери, а по левую - четыре. Первая левая дверь - подсобное помещение, в котором мальчишка прятался до сих пор. Вторая левая дверь - туалет. Первая правая дверь - второе подсобное помещение, в котором, по первому взгляду, никаких бумаг не было - зато присутствовали горы разнообразного хлама. Вторая правая дверь - заперта. По итогу остались: одна правая дверь, где, предположительно, и сидел до сих пор начальник со своей охраной; одна левая дверь, к которой Такеши еще не подходил; и вторая левая дверь, в которой, судя по издаваемым звукам, сидели оба охранника.

Далее все становилось лишь опаснее. Попасть за закрытую дверь Такеши пока не мог, а сверх того остались еще три помещения, в которых он не бывал и к которым даже не подходил, в одном из которых находились охранники. Отлипнув от стены, он вновь перешел на левую сторону. Пройдя мимо туалета, он прильнул к следующей двери. Попытался открыть ее - и смог. Заглядывая внутрь, включил фонарик. Осмотревшись, понял, что это - что-то вроде кухни. Здесь стояли шкафы, чайник, плита и прочие для готовки или хотя бы разогрева пригодные приборы. Выключив фонарик, мальчишка закрыл за собой дверь. Вдруг охранники оживились. Один из них встал и куда-то пошел. Пятнистый с большим трудом успел более или менее бесшумно вновь проникнуть к подсобку, где прятался изначально, и вновь затаился в ней. Мужчина же прошел в туалет, справил нужду, вышел из него и вернулся к своему напарнику. Сердце мальчишки стучало так, будто бы играло на стороне противника, стараясь выдать своего хозяина злодеям. Отдышавшись и успокоившись, мальчишка вновь вынырнул из подсобки. Аккуратно и тихо он вновь прошел к кухне и дальше - к помещению, где сидела охрана. Не став заглядывать внутрь, он прислушался. Вялые разговоры ничего интересного ему не принесли.

- Спать хочу.
- У тебя было время для сна.
- Да ну тебя.

Вслушиваясь, Такеши попытался представить, чем охранники занимались. Судя по шуму, один из них листал страницы, видно, книги, другой же раскачивался на стуле. Оба, очевидно, не слишком серьезно относились к исполняемой ими работе. Видимо, не так часто по ночам в их конуру вламывались дети, намеревающиеся выкрадывать на их прямого начальника компромат. Джинчурики, не ставший более терять времени, парой шагов переместился к противоположной стене, прильнул к последней нетронутой двери. Которая, как вскоре оказалось, тоже была заперта. Из всего выходило, что нужные мальчишке бумаги могли оказаться разве что в закрытых помещениях, одно из которых и принадлежало начальнику конторы. И в какое из них нырнуть пятнистый решил быстро. Но как в него пробраться - вопрос иного толка. Выбивать дверь было бы опрометчиво. Вскрыть замок у него вряд ли бы получилось. Оставалось лишь два варианта: выкрасть ключи у охранников, либо же заставить их самостоятельно открыть двери. Как реализовать первый план половинчатый представлял себе весьма туманно. Зато на счет второго у него возникла одна затея. Покопавшись в карманах, он отыскал одну монетку. Подойдя в нужной двери, он закусил губу. Волнуясь, мальчишка просунул монетку сверх двери. После чего с силой закинул ее внутрь помещения. Несколько мгновений спустя, когда металлический кругляш ударился о пол внутри кабинета начальника, мальчишка уже открывал дверь в подсобку, за которой и спрятался.

- Ты это слышал?
- Конечно же я это слышал.

Не ставшие в этот раз препираться, оба охранника встали и пошли на шум. Подойдя к двери кабинета, оба они были уверены, что шум шел именно оттуда. Один из них достал из кармана связку ключей. Отыскав из множества нужный, он отпер замок. Войдя внутрь, они включили свет. Осмотревшись, они не нашли ничего подозрительного.

- Какого черта?
- Сам не понимаю.
- Звук точно шел отсюда.
- Но я ничего не вижу.

Порывшись еще немного, они ничего нового не отыскали. Смирившиеся с тем, что никого лишнего в том помещении не было, они свели все к шутке - призраки, мол, шалят. Выйдя из кабинета и выключив свет, они закрыли дверь на ключ. После чего один вернулся в комнату охраны, другой же вышел из здания вовсе - покурить. Такеши вновь вынырнул из подсобки, подойдя к кабинету начальника. Проделав свой трюк второй раз, он опять уронил за дверью монетку. Следом за чем спрятался в подсобке.

- Да какого хрена...

Оставшийся охранник вновь подскочил со своего стула, прошел к двери кабинета. Отпер замок, вошел внутрь. Включил свет, огляделся. Такеши надеялся провернуть такой трюк еще хотя бы раз. Ровно до тех пор, пока кто-нибудь из них не устанет отпирать замок и не оставит дверь открытой - в лучшем случае. Или пока они просто не перестанут откликаться на странный шум, в то время как генин взломает замок. Но все прошло даже удачнее, чем мальчишка мог себе представить. Куривший на улице мужчина вдруг окликнул своего товарища, тот же незамедлительно отозвался. Первый позвал второго с чем-то помочь, второй же согласился. Не став запирать за собой дверь, он вышел из здания.

Не став терять времени зря, Такеши влетел в открытый кабинет. Поняв, что он оказался лишь в предбаннике - в помещении секретаря, из которого уже следующая дверь вела, очевидно, в настоящий кабинет начальника, генин на несколько мгновений растерялся. С улицы послышался какой-то шум. И, непривычно ведомый сиюсекундным импульсом, мальчишка одним точным ударом в область замка вынес запертую дверь. Вышло у него это на удивление аккуратно: если дверь закрыть и внимательно к ней не присматриваться, можно и не заметить, что замок был выбит. Зайдя внутрь, половинчатый закрыл за собой дверь. Не став зажигать свет, он включил свой фонарик. Сунув его себе в зубы, начал судорожно искать необходимые документы. Не имевший до сих пор особенного опыта в подобных делах, он слишком медленно разбирался с бумагами. Достаточно медленно, чтобы охранники успели вернуться в здание. Один из них сразу вернулся к своему обычному месту. Второй же вновь вернулся в кабинет секретаря, еще раз торопливо огляделся, после чего выключил свет, вышел, запер за собой дверь и отправился к своему товарищу. Чудом не привлекший к себе внимания Такеши осмелился включить свет в кабинете начальника, с которым ему стало во много раз проще искать нужную документацию. Впрочем, просто все равно не стало. Он пробежал глазами, наверное, по тысячи разных бумажек, из которых лишь десяток привлек его внимание. Складывая любопытные бумаги в одну стопку, он собирался вынести все разом. Порывшись еще немного, мальчишка обнаружил сейф. Маленький, но достаточно увесистый. Глядя на него, пятнистый скрипнул зубами. Почему-то он был уверен, что в этом металлическом ящике - именно то, что ему было нужно. Приподняв в руках, половинчатый оценил его вес. Положив сейф на место, он выпрямился. Задумался.

В его голову пришла самая безбашенная мысль из всех, что когда-либо его посещали до сих пор. Он вообразил себе самый грубый, но, кажется, и самый эффективный из всех возможных план. И потому оставалось у него ровно два варианта: либо осуществить план и пожелать; либо не осуществить план и пожалеть. В первом случае он утратит зацепку. Во втором - поставит саму операцию под угрозу. И как поступить в данном конкретном случае он даже не представлял.

- В тихом омуте черти водятся... - проблеял мальчишка, решившись.

0

33

Собираться с духом Такеши пришлось долго. Не потому, что он трус. А потому, что пессимист. Различий меж первым и вторым не так много, если верить злым языкам, но их хватило, чтобы разделить эти два понятия - примерно так пятнистый себя утешал. Свернув собранные до тех пор бумаги в тугой рулон, мальчишка прибрал сие оригами себе за пазуху. Удостоверившись, что документы не выпадут ни при каких обстоятельствах, он чуть ближе к глазам опустил край шапки. Пятно вокруг глаза все еще было видно, но хоть волосы так скрыть получилось. Авось со спины он не будет столь легко узнаваем. Была идея проделать прорези в шапке под глаза, но половинчатый не хотел портить подаренную матерью вещь. А потому придется идти на дополнительный риск. Взяв в руки сейф, который, к счастью, был не таким уж и большим, следовательно, и не слишком тяжелым - пусть и не легким, мальчишка начал переминаться с ноги на ногу. Подойдя к первой двери с уже выбитым замком, он ее нежно приоткрыл плечом. Та еле слышно скрипнула, но поддалась. Остановившись посередине кабинета секретаря, мальчишка вперил взгляд во вторую дверь - целую и запертую. Скрипнув зубами и вдохнув полной грудью, он сорвался с места, вовсе не беспокоясь о создаваемом шуме, и с разбега врезался плечом в дверь - громко, но умеючи выбив ее с первой же попытки. Оказавшись в коридоре, он без промедлений ринулся по коридору в сторону парадной двери. Которую он, опять же, выши плечом, пусть оная на замок и не была заперта. За спиной, разумеется, уже шумела охрана. Явно не ожидавшие подобного развития событий, они резко подорвались со своих мест, но вовремя среагировать на столь дерзкое ограбление не умудрились. И потому в первую очередь они ринулись в кабинет начальника, а уже после побежали по следам неумелого грабителя. Старик, наблюдавший до тех пор за выходом, быстро сообразил, что конкретно от него требовалось - скрыться с глаз долой, не привлекая к себе лишнего внимания и захватив с собой рюкзак мальчишки. Мальчишка же гнал по главной улице, что есть мочи. Он мог бы скрыться, прыгая по крышам и бегая по стенам, но не хотел оставлять ни одной зацепки о собственной личности - в том числе и о своей причастности к ремеслу шиноби. Потому и удирал он сугубо по проулкам, растворяясь за каждым первым встречным поворотом. К сожалению, охранники оказались достаточно расторопными, что преследовать его ближайшие минут, наверное, пять - что для обыкновенного человека является прекрасным результатом. Хотя не стоит забывать и о том, что Такеши приходилось тащить в руках достаточно увесистый сейф, с которым заборы и прочие преграды преодолевать было достаточно сложно. И все же, он скрылся. А скрывшись, припрятал в, как ему казалось, укромном месте весь украденный хлам. Стянув с себя шапку, он пошел обратно к офису, пусть и по дуге. Попасться прямо сейчас на глаза охранникам было бы крайне неприятно, а потому передвигался он с максимальной осторожностью. А возвращался он, собственно, за стариком. С которым ни разу не обсуждал место встречи в случае разделения. Вернувшись к офису, мальчишка залез на противоположное от него здание. Оттуда он пытался высмотреть своего нанимателя. С чем он справился крайне шустро. Тот как раз выходил с какой-то кипой бумаг из логова злодеев, но на выходе остановился, вновь спрятавшись внутри. Как оказалось, он разглядел уже возвращающихся охранников. Те его, к счастью, заметить не успели. С другой стороны, вскоре это должно было измениться. Столь здоровый дед не мог спрятаться в столь маленьком домике. Такеши не придумал ничего другого, кроме как снова натянуть шапку по самые глаза, спуститься на дорогу, взять камень и кинуть его прямиком в лицо одного из охранников. Попав по неопытности тому в ухо, он добился худшего результата, чем ожидал. Теперь оба мужчина бежали за ним с утроенной мотивацией. Но и сам он был уже свободен от лишнего груза, благодаря чему и скрыться смог быстрее - примерно за три минуты. Оторвавшись от погони, в этот раз он побежал прямиком к схрону. Добравшись до него, он снова убрал за пазуху собранные бумаги, поднял сейф. В этот раз он решил бесполезным вариант с возвращением к офису, а потому понес все это добро прямиком к новому дому старика. Бежал он не слишком быстро, надеясь, что дед доберется туда же чуть быстрее. Впрочем, надежды не оправдались. Придя к жилищу нанимателя, джинчурики обнаружил отсутствие Нихэя. Припрятав сейф рядом с входом, мальчишка снял с себя шапку и перчатки, уселся прямо у парадной двери. Минут через семь подоспел и старик, несший в своих руках целую кипу всяких документов.  При ближнем рассмотрении оказалось, что на его лице красовались синяки и ссадины, да и в целом он выглядел несколько потрепанным. Такеши не всегда соображал быстро, но в этот раз у него получилось-таки.

- Получается, это вы тогда отвлекли на себя двоих охранником? За полчаса до того, как я выбежал из здания, - предположил Такеши, заранее понимая, что так оно и было.
- Надеюсь, тем самым я принес хоть немного пользы, - усмехнулся старик.
- Только благодаря вам я пробрался в кабинет начальника. - признался мальчишка.

Такеши встал, пропуская старика. Нихэй подошел к двери, кое-как открыв ее. Проходя внутрь, старик позвал мальца следом. Тот же подобрал сейф и занес его внутрь, протащил на кухню, поставил под стол, достал из-за пазухи сверток бумаг, выложил их, сел рядом на стул. Дед опять поставить кипятиться чайник, а сам сел напротив мальчишки.

- Но ты меня, конечно, удивил, - вдруг рассмеялся старик, - Никак не ожидал от тебя столь грубого подхода. Думал я, нет у нас с тобой совершенно ничего общего. Но в стрессовой ситуации ты повел себя, как настоящий мужик - бездумно, нагло, с огоньком!
- ... - промолчал генин, понурив голову и плечи.

Такеши не знал, чем на подобное ответить - потому как стыдился своего поступка и предпочел бы в скорейшем времени обо всем забыть. Как конкретно описывать сложившуюся ситуацию в предстоящем отчете он даже не представлял. Врать было бы скорее всего вредно, да и неправильно. А говорить по факту и честно - глупо. За такое исполнение его скорее уж должны наказать и разжаловать обратно в ученики академии, нежели наградить. И пусть заказчик был доволен сверх меры, но подобного рода методы - не для шиноби. Он должен был разрешить проблему изящно, тихо. Но уж никак не с «огоньком».

- Зачем вы вошли в офис? - вдруг опомнился мальчишка, отбрасывая негативные мысли.
- На всякий случай, - спокойно ответил старик, вставая изо стола.
- Я ведь выкрал все, что могло бы пригодиться.
- А я решил удостовериться. Другой бы шанс нам уже не представился. Нельзя было упускать момент.

Проглатывая дальнейшие свои слова, Такеши запивал их свежеприготовленным чаем. Приятный вкус во рту успокаивал нервы, охлаждал голову.Не было ведь уже никакого смысла спорить, ссориться. Дело сделано - почти без жертв. Джинчурики посмотрел на лицо своего нанимателя, полное неестественных красок, и лишь по новому кругу начал винить себя. И лишь случайность отвлекла его этого чувства. Взгляд его упал на ту кипу, что старик принес на собственном горбу. И в голове вновь завертелись винтики аналитического центра. Раз дед вынес всю эту кучу - получается, она зачем-то была нужна. Очевидно, для дела. Такеши посмотрел на свою стопку. И вновь засомневался. А то ли он вообще с собой взял.

- Дай-ка сюда, - старик принялся читать бумаги, принесенные мальчишкой. Перебирая их, он что-то бормотал, мычал, в общем - о чем-то думал, что-то оценивал. По лицу его сложно было прочесть иные эмоции, помимо наигранного удивления. Стараясь прочесть мысли по глазам, Такеши лишь нагружал собственный мозг, к тому не приспособленный, бесполезной вычислительной работой. Впрочем, долго ему ломать голову не пришлось. Седой достаточно быстро расправился с достаточно толстой стопкой бумаг.

- Ответственно заявляю, что ты не зря старался, - удовлетворенно уверил мужчина, снова укладывая бумаги на стол, - Местами очень даже интересное чтиво, а что важнее - пригодная для судебного дела.
- Но..? - Такеши оформил в слово напрашивающийся вопрос.
- Но основные документы лежали в чуть более укромном месте, прости.

Такеши провалился абсолютно во всем, за что только посмел взяться. Уберечь старика не смог - ни вовремя остановить, ни от ударов укрыть. Провернуть дело без шума тоже не смог - выбил три двери, раскидал бумаги, наследил, дважды по селению убегал от погони. Основную задачу не исполнил - лишь пару бумажек из множества нужных умудрился схватить самостоятельно, остальное же отыскал непосредственно наниматель. Разве что себя не разоблачил. Зато подставил под подозрения старика. В былые времена после подобных провалов себе живот шиноби вскрывали, а не домой спатеньки шли.

- Я.., - начал было мальчишка, но, как и всегда, споткнулся, - Прошу прощения у вас.
- Ох, не беспокойся. Главное, что мы с тобой справились. А если судить по этому, - старик пнул ногой по лежавшему под столом сейфу, выдавив из того характерный лязгающий звук, - Так еще и немного разбогатели. Не представляю даже, что тот упырь мог прятать в этом маленьком красавце. Осталось лишь придумать, как его вскрыть.

Если единственное, чем пригодился Такеши - это кражей к делу не причастных денег, то цена ему - ложка грязи из-под ногтей. И чем дольше он об этом думал, тем ниже опускалась и без того не высокая планка его самомнения. И без того каменное лицо становилось все бледнее и бледнее, пока вдруг рука старика вновь не опустилась на его плечо. По обыкновению генин бы в этот момент отстранился или хотя бы напрягся, но сейчас чужое прикосновение оказало на него положительный эффект - вернуло к жизни.

- Ты справился, Такеши, - начал старик, - Если бы не ты - я бы так и бился в железные ворота, пока мне не переломали бы рога и не проломили бы череп. Теперь же у меня появилась надежда на лучший исход. И даже если суд не примет добытые подобным образом доказательства, помни: ты сделал все, что он тебя требовалось, и даже больше. Воспрянь!

Сглатывая слюну, Такеши выдвинул нижнюю челюсть вперед - не в знак гордости или обиды, как это бывает у многих прочих людей, а сдерживая иные, чуть более теплые проявления эмоций. Ему стало чуточку легче. Хотя во рту до сих пор стоял вкус дегтя.

+1

34

Отстранившись от большого количества людей, хаотично выражавших свои эмоции и мнения касательно внезапного исчезновения талисмана приюта, брюнет с рыжеволосой девочкой зашли в одну из построек, что расположилась за основным зданием приюта, на приусадебном участке. Немного времени тому назад парень согласился оказать посильную помощь в сложившейся ситуации и приложить свои усилия, чтобы обнаружить сурка белоснежного окраса, который являлся неотъемлемой частью всей этой семьи. Именно поэтому Камизуру попросил Кико-тян сопроводить его и показать место, где животное находилось, и откуда оно пропало. Небольшое помещение, внутри которого было расположено несколько разновидностей клеток и вольеров, что различались между собой размерами и материалом, выбранным перед началом их строительства. Множество питомцев содержались в клетках, но их боли от нахождения в замкнутом пространстве Оойоши не ощущал, не чувствовал. Любое из животных, что Камизуру созерцал, с особой теплотой и трепетом встречали его, а в их глазах не была ни капли боли, вызванной желание вернуться в привычную себе среду обитания - природную, где их возможности не стали бы ограничиваться рамками вольеров. Генин, не обладая обширными знания в области строительства, только и оставалось, как унять свое любопытство и спросить об этом у своей попутчицей.
- Все эти животные, кажется, довольны. Как вам удалось унять их желание обрести безграничную свободу и вернуться в живую природу? - спросил генин, изображая рожицы собачке, что с неистовым желанием облизать гостя с ног до головы, прыгала на стенку вольера.
- Мы тщательно ухаживаем за каждым из них. Ежедневно мы занимаемся уходом за ними, выгуливаем их. Пытаемся сделать так, чтобы они здесь чувствовали себя хорошо, словно в привычной для себя природе. - с улыбкой на лице отвечала Кико, с интересом наблюдая за новым знакомым и Мими. Так называли пятнистую собачку, с которой в настоящее время играл Оойоши, выдавливая из своего лица самые разные выражения лица, играясь таким образом с псом. - Но, кажется, этого недостаточно. Почему Никко пропал?
Кико-тян была расстроена, это можно было лицезреть даже невооруженным глазом, но как ее можно было бы успокоить, поддержать? Оойоши видел лишь один вариант - необходимо раскрыть настоящую причину таинственного исчезновения талисмана этого приюта. Перво-наперво вызывало смуту тот факт, что решил сбежать именно один из самых старейших обитателей, заслуживший такой высокий статус среди сотрудников. Именно поэтому Камизуру стал сомневаться в самостоятельном побеге, склоняясь более к варианту с посторонней помощью. И когда он подошел к клетке, где он содержался последний месяц, парень увидел внутри нее небольшой кусочек ткани темно-синего окраса. - Кико-тян, а это что? - Вопросил парень у своей проводницы, протягивая руку вглубь конструкции, чтобы достать наружу свою находку. Была надежда, что это хоть как-то поможет продвинуться в поисках, но она была сказочно маленькой. Но Оойоши верил в свой успех и заставлял рыжеволосую поверить в него. - Какой-то кусок ткани. Никко занимался рукоделием? Или любил носить одежду? - с сарказмом говорил брюнет, то вглядываясь в кусок ткани, словно желая увидеть через эту тряпку прошлое, но ему это было совсем не по силам; то принюхиваясь, чтобы напасть на след. По крайней мере, этого было достаточно, чтобы принять новую улику. Тем временем Кико также была удивлена находке своего нового знакомого, а ее глаза уже давали отрицательный на ответ на все вопросы парня. - Я даже не могу понять, откуда оно там очутилось. Сегодня утром я наводила порядок в этой клетке. И, уверяю тебя, тогда этого куска ткани здесь не было!
Да, опасения, подозрения юного генина оправдались ровно в тот момент, когда рыжеволосая утвердительно говорила, что несколько часов назад этой вещи здесь и следа не было. Становилось безумно интересно, но теперь это задание будет выполняться несколько иначе. Ведь ранее Камизуру уже несколько раз сталкивался с тем, что ему приходилось заниматься поиском и поимкой домашних питомцев, но не сегодня. Сейчас он уже понимал, что здесь дело заключалось в преднамеренном похищении животного, но с какой целью? Неизвестно, было множество возможных вариантов: перепродать столь редкую живность, выручив неплохую прибыль; что-то из разряда мести, от обиды к здешним людям; в это же время пятнистый пес продолжал разрываться, прыгая на стенку вольера, залаяв при виде частицы от одежды. Несколько минут понаблюдав, парень наконец-то получил свое озарение, он понимал, как было лучше действовать дальше. Приоткрыв дверь вольера, высвободив пса, что сразу принялся вынюхивать ткань, а после несколько раз гавкнул, словно приглашая их за собой, а после стал двигаться куда-то в неизвестном направлении, прочь от приюта. Что их там могло ожидать - оставалось только догадываться, но Оойоши даже не задумывался и не переживал по этому поводу, перед ним стояла лишь одна задача - выполнить обещание, данное Кико-тян. Сейчас, оставив знакомую на территории поместья, Камизуру в одиночку следовал за псом, раздумывая над несколькими возможными вариантами событий.

Отредактировано Ooyoshi (2020-06-24 10:57:12)

0

35

Такеши посмотрел на часы. И осознал, что пора бы уже и домой возвращаться. Ведь до звона будильника осталось мало времени. И вряд ли бы ему позволили проснуться сегодня позднее, чем обычно. Ведь в его родном доме все - то есть он и мать - уважали отлаженный с годами график. Такеши последний раз посмотрел на бумаги, в которых старик так до сих пор и рылся, глянул заодно и на сейф, от которого, вероятно, будут одни лишь беды, после чего встал изо стола, потянулся. И пусть бегать ему сегодня пришлось не так, чтобы много, зато в засаде он просидел множество часов - и тело оттого болело, и разум плыл. Ему просто хотелось уже упасть в койку и уснуть. Мальчишка взял в руки рюкзак, закинул его за спину. Прошел к коридор, провожаемый дедом, открыл дверь и вышел. Распрощавшись и раскланявшись с хозяином дома, пятнистый развернулся в стороны улицы. По которой он, собственно, и пошел. Можно было бы, разумеется, и пробежаться. Но половинчатый боялся, что, разогнав кровь по жилам, он взбодрится достаточно, чтобы уснуть с первой попытки у него не вышло. Впрочем, учитывая, как сложно ему становилось открывать с каждым новым разом глаза, он должен был без особых проблем вырубиться даже на постели из гвоздей. Мальчишка размял шею, хрустнув ей. На ходу подвигал корпусом тела, размяв и его.

Сейчас все те сказки про шиноби, сражавшихся день и ночь, а после еще день и ночь, и еще... казались мальчишке действительно всего лишь сказками. Он понимал и принимал, что он - далеко не на пике формы представителя своей профессии. Но даже так, пятнистый не мог себе представить ту форму себя самого, в которой его хватило бы хотя бы на сутки без сна. А что уж говорить о больших промежутках и более при том напряженных. Будь ты генином или чунином, джонином или и вовсе кагэ, все равно, ты - всего лишь человек. Слепленный из плоти и крови, намазанных поверх скелета. У любого есть свои лимиты, свои конечные запасы. Опустошать которые в ноль - идея не самая удачная, вредная и даже для жизни опасная. Возможно, половинчатый просто не видел по-настоящему сильных шиноби. Тех, кого можно было бы сравнить с чудовищами, на подобии того, что прячется сейчас где-то под печатью на теле сего джинчурики. Может быть, увидев подобного легендарного человека, генин и уверится в бесконечности пределов человеческих тел, в сбыточности даже самых чудесатых амбиций.

Протерев глаза, мальчишка осмотрелся. Поняв, что здесь он пробегал с сейфом в руках еще совсем недавно, Такеши напрягся. Чуть ускорив шаг, он поторопился уйти отсюда. Потому как возможность попасться врагам на глаза все еще существовала. Уйдя, как ему казалось, на достаточное расстояние, генин все-таки решился пробежаться до дома. Потому как некое волнение в любом случае не позволит ему уснуть тут же, так хоть время сэкономит. Добежав до дома, наверное, минут за десять, мальчишка остановился прямо перед дверью. Ему не доводилось до сих пор приходить домой столь поздно, потому джинчурики и не представлял, что конкретно и как именно он должен делать в сложившейся ситуации. Достав ключи почти беззвучно, он точно так же аккуратно отпер замок, открыл дверь. Привычный скрип прошелся по безжизненному дому, кажется, никого не побеспокоив. Зайдя внутрь, половинчатый нежно и медленно стянул с себя обувь, поставив ее на привычное место. После чего снял и рюкзак, который тут же повесил на крючок. Крадучись, мальчишка добрался до собственной комнаты. Повернув ручку, он открыл дверь. Зайдя внутрь, закрыл дверь. Включив свет, осмотрелся. Не увидел ничего особенного - все лежало на своих местах, будто бы не тронутое за прошедший день. Пройдя вглубь комнаты, Такеши стянул с себя одежду, сложил ее на стул. Натянув пижаму, он подошел к выключателю. Выключив свет, он вернулся к кровати. Нырнув под одеяло, повернулся на бок, лицом к стене. Закрыл глаза. Пролежав, наверное, пять минут, вновь открыл глаза. Стянул одеяло, встал из постели. Подошел к двери, открыл ее. Спустился в туалет, справил нужду. Вернулся в комнату, вошел внутрь. Закрыл за собой дверь. Подошел к кровати, лег к нее. Закутался в одеяло, повернулся лицом к стене. Закрыл глаза и... уснул.

Прозвеневший вовремя будильник разбудил мальчишку. Такеши, открывший покрасневшие глаза, выключил звенящее чудовище. Не вставая с кровати, он потянулся. И только после этого посмотрел на часы. Убедившись в том, что время самое, что ни есть обыкновенное, генин поднялся с постели. Отработанной с годами техникой он заправил свое ложе, только после чего отошел от него. Неторопливо разминаясь, он постепенно приходил в чувства. Вспоминая прошедший день, он будто оживал. Закончив с утренней разминкой, джинчурики вышел из комнаты, спустился в туалет, а сразу после - отправился к умывальнику. Почистив зубы и умыв лицо, причесавшись, он вновь поднялся в комнату. Там уже переоделся из пижамы в свежепостиранный и свежевыглаженный, принесенный матерью комбинезон. Еще раз размявшись, мальчишка спустился на кухню. Там его ждала мать и завтрак. Рад он был и той, и тому. Пожелав доброго утра и приятного аппетита, половинчатый сел за стол, пододвинул к себе блюдо, начал есть. Несмотря ни на что, в этом доме царил порядок. И пусть Такеши его немного поломал прошлой ночью, мать вернула все на круги своя. Приготовленный ею завтрак мог вдохнуть жизнь и в уже умертвленного. Закончив с едой, Такеши принялся за сок. Закончив с ним, он сгреб грязную посуду в кучу и, встав изо стола, поднял ее и сложил в раковину.

- Что сегодня по расписанию? - спросила мать.
- До обеда - тренировка, - ответил сын.
- В этот раз без перемен?
- Мне нужно забежать в резиденцию, сдать отчет о проделанной вечером работе.
- Ты справился?
- Мм.., - замялся он, - Да.
- Ты уверен? - уточнила она.
- Да.
- Тогда ступай. Не опоздай на обед.
- Хорошо.

Такеши прошел в коридор, снял с крючка рюкзак. Опомнившись, заглянул в него. Ожидая увидеть там позавчерашние бутерброды и остывший чай, он обнаружил свежеприготовленные бутерброды и горячий чай. Впрочем, иначе и быть не могло. Пусть сам мальчишка и стал рассеян в последнее время, но сбить с привычного курса его мать было попросту невозможно. Даже начнись крупномасштабная война, вряд ли она сильно скорректировала бы свой график. Все-таки должна быть в этом мире постоянность, хоть в одном доме из тысячи.

Генин вышел из дома, запер за собой дверь. Вдохнув свежий утренний воздух, он огляделся. Пусть он и просыпался достаточно рано, скорейшим образом завтракая и собираясь, но на улице всегда находились еще более скорые представители человеческого рода. Кто-то открывал свои лавки, иные же уже их открыли, некоторые и вовсе на ночь не закрывали. Одни спешили на работу, другие - спешили с работы. Кто-то давно уже проснулся, прочие же не ложились вовсе. В любом случае, факт оставался фактом - людей на улицах было достаточно даже в самые ранние часы. И пройти мимо них, ни с кем не столкнувшись, было достаточно сложно. Именно потому, наверное, Такеши и развил в себе достаточные скорость и ловкость, примечательные для шиноби его возраста.

Тот факт, что правительство от подопечных скрывает личность джинчурики - одновременно и смешон, и страшен. Потому как биджу - то оружие, на которое многие из них надеются в случае войны. Та самая палка-выручалка, которой можно пугать почти любых врагов. Но биджу - это палка с собственной волей. И ударить она может не только по вражеским, но и по союзническим головам. И пусть, если бы палка эта пряталась на дне ущелья - в надежной месте подальше ото всех. Но вот она - наполовину рыжая, наполовину седая, скачет меж торговых лавок, мимо прохожих. И в любую минуту эта палка может озвереть. И врагам не придется более беспокоиться о существовании Ивагакурэ. Так как Ивагакурэ более не будет существовать.

И именно мысль о том, насколько страшное оружие прячется в нем, помогает Такеши сдерживать в тайне ото всех свою печальную роль. Не только лишь повиновение матери заставляет его держать рот на замке. Но и ужас, сопутствующий мыслям о том, что с ним сделают, если все вокруг узнают о монстре внутри него. Эти косые взгляды, эти злые шепоты - штуки наименее вредные из возможных, но все еще неприятные, способные пробить даже ту скорлупу, коей до сих пор отгораживался от мира мальчишка. И именно их он боялся более всего. Быть серым - приятно, быть чужим - терпимо, быть ненавидимым - ужасно.

Такеши вдруг задумался, куда он денется, если вдруг пропадет мать - единственный, пусть и по-своему, любящий его человек. За душой ведь у него не было ровным счетом ничего, без исключений. Все, что он ел, все, что он носил - это ее, а не его. Отдававший почти все свои деньги родительнице, на оставшуюся мелочь он покупал разве что легкие перекусы, несколько книжек, иногда - оружие. Ничто из этого не защитит его от ветров зимой, от лучей - летом. Мальчишка снова вспомнил то общежитие, в котором жили молодые люди. То убогое место, что скрипит и гнется даже от дыхания жильцов. Которое давно уже стоило не ремонтировать, а сносить. И строить на его месте что-то более подобающее представителям достаточно уважаемой профессии. Такеши не хотел бы там жить. Но и дома без матери он вряд ли бы остался.

Пытаясь отбросить негативные мысли, мальчишка встряхнул голову. Зря. Чуть было не утратив равновесие полностью, он с великим трудом умудрился не врезаться в прохожего. Бежать и трясти головой одновременно - плохая затея. Которая приводит к неприятным последствиям. Которых и без того хватало в жизни мальчишки в последние дни. Пусть и говорят, что на ошибках молодые люди учатся. Но некоторых из них действительно можно было избежать и без попыток, лишь немного подумав головой чуть заранее. Что пусть и сложно, но возможно. И даже необходимо.

Пробегая мимо очередной лавки, Такеши поймал своим носом запах неких пирожков. И вдруг задумался о том, как живется человеку, пекшему их. Наверняка повар жил простой, размеренной жизнью. У него, без сомнений, были свои причины для головных болей. Но хоть жизнью он не рисковал. Не испытывал свои тело и разум ежедневными тренировками. Не боялся однажды взорваться, выпустив наружу гигантское чудовище. Не страшился очередного утра. Лишь жил с улыбкой на лице. И пусть генин не умел готовить, но вдруг захотел научиться.

>>> Резиденция Тсучикаге

Отредактировано Takeshi (2020-06-24 11:01:37)

+1

36

Резиденция Тсучикаге >>>

Страх - штука сильная. Он делает аккуратных - опрометчивыми, умных - глупыми, сдержанных - раскрепощенными. Так и Такеши, осторожный в любое другое время, прямо сейчас несся по улицам селения без оглядки. Кажется, он кого-то толкнул, кого-то просто испугал. Но вопли и маты в его спину несколько раз летели. Впрочем - он того и не заметил. Лишь бежал... и бежал, и бежал. Потому как знал, что случившееся - его вина. Последствия его ошибок могут обернуться трагедией. И ладно, жди беды его голова. Сам бы с ней справился, перенеся любые невзгоды. Но облажаться, подвергнув опасности нанимателя - вот это настоящий позор для наемника. Пятно, которое не смыть даже собственной кровью. Узнай генин о похищении старика, он побежал бы его спасать, даже не назначь за это дело награды. И думал он сейчас не о том, что получил лишний мешочек денег. А лишь о том, как вытащить из выкопанной им ямы старик, не упав при этом на ее дно самому. И, что очевидно, долетел мальчишка до искомого дома в кратчайшие сроки. И за ним буквально след из огня остался, настолько стремительно он сюда добирался. Остановившись перед дверью, Такеши постучал в нее. От стука та открылась. Приглядевшись, он понял, что замок был выбит. Чуть менее аккуратным ударом, чем тот, что был продемонстрирован генином последней ночью, но все равно эффективным. По глупости, мальчишка ворвался в дом без оглядки. И лишь потому, что пришел он сюда на множество часов позднее, чем стоило бы, никто его не поприветствовал точным ударом битой по затылку. Вот так легко сейчас было бы поймать его, связать и обезвредить, утащить в подвал. Или и вовсе убить. И смерть бы его обернулась куда большей трагедией, чем гибель старика. Что делать дальше, пятнистый мог лишь подозревать. Он начал искать улики. Вот только - какие? Его, разумеется, учили в академии всякому-разному. И всякое-разное он умел. Но теория и практика - штуки разные. Они связаны, но не всегда намертво. Чему-то по книжкам не научиться, как и в тренажерных залах. Да и в целом их работа настолько всеобъемлюща, что в несколько лет обучения уж точно не вместить все. Впрочем, некоторые из учителей искренне пытались передать свои ученикам максимум практического опыта, самостоятельно заработанного во времена своей более активной молодости. И именно таких преподавателей студенты не любили больше всего. Хотя, казалось бы, почему. Пройдя чуть вглубь, мальчишка нашел в одной из комнат следы борьбы: перевернутая мебель, в одном месте пробитая стена, разбросанные вещи и брызги крови. Сев на корточки, Такеши замер. Смотря в одну точку, он думал. О том, насколько же он сейчас был бесполезен. И как сильно он хотел бы изменить этот факт. По его лицу трудно было это прочесть, но его обуревали эмоции. Он впервые нес ответственность за чью-либо жизнь, помимо своей. Да и за свою он до сих пор редко переживал. Ведь знал - за ним следит чуть ли не взвод охраны. Да и мать уберегала его ото всех, кроме себя. Он будто бы цветок, рос в горшке, где его ни люди не истоптали, ни звери не погрызли, где и вода, и свет присутствовали в достатке. У него ведь даже домашних животных не было никогда. Он ни о ком не заботился, не переживал. Не знал, что такое ответственность в полной ее мере. Умел отвечать лишь за себя. Да и то - только перед матерью. Ребенок, какой есть. Зажмурив глаза, мальчишка глубоко вдохнул. Выдохнув, глаза раскрыл. Встал, огляделся еще раз. Понимая, что так он ничего не добьется, Такеши решился подойти с другой стороны. В конце концов, кто-то же подал заявку на задание. Кто-то ее даже оплатил. Мальчишка достал свиток с описанием миссии. Там было приведено имя, незнакомое ему. Напрягшись, он вспомнил, что сказал распорядитель. О том, что именно соседи затрубили тревогу. Опомнившись, пятнистый вернулся в прихожую, а оттуда уже вынырнул и на улицу. Там, что не удивительно, его встретил, наверное, десяток пар глаз со всех сторон. Кто-то перешептывался, кто-то просто наблюдал. Такеши поднял свиток с описанием задания над головой, давая намек нанимателю. Что не удивительно, сообразили и откликнулись на зов аж несколько человек. Подошедшие были разных полов и возрастов. Говорили они нестройным хором, напоминающим птичий гвалт. Разобрать что-либо было не так легко, но кое-как генин справился. Очевидно, на старика напали вскоре после того, как джинчурики ушел. Похитители сперва старались не шуметь, но дед дал им отпор. По итогу на крики и стуки откликнулись несколько соседей. Что и запечатлели, как бедолагу тащат без сознания несколько иродов. В поднявшейся суете злоумышленники умудрились скрыться. За что каждому из ныне собравшихся вокруг мальчишки было стыдно. Но не так, как лично ему, если рассудить по справедливости. К сожалению, ничто из сказанного не наводило на мысли о том, куда конкретно могли бы старика увести. А кто это сделал было понятно еще до начала разбирательств. Сразу, как свидетели окончили с более или менее существенной частью рассказа, они переключились на вопросы и требования, мольбы и просьбы о скорейшем оказании помощи. Как отвечать на подобное, джинчурики попросту не знал. И потому, отмахнувшись, вернулся на место преступления. Пройдя на кухню, мальчишка обыскал ее. Вернулся он сюда лишь ради сейфа и бумаг. Интересно стало, успел ли старик их спрятать. И пытались ли похитители их отыскать. По крайней мере, следов врагов конкретно в этом помещении не было. Но сами по себе доказательства вполне могли остаться здесь. Дед мог бы их попросту задвинуть за шкаф или еще куда - просто чтобы не морочиться. Или если бы недооценил мошенников, не ожидая их столь раннего прихода. Впрочем, все эти вероятности - ничто. Так как мальчишка так и не добыл искомого. Вернувшись в прихожую, он опять же огляделся. После чего начал в ускоренном темпе шерстить по всем оставшимся помещениях. Ровно до тех пор, пока в достаточно укромном месте в кладовой не отыскал нужные бумаги и сейф. Дед оказался предусмотрительнее и осторожнее мальчишки, ведь предугадал подобное развитие событий. В то время как пятнистый крепко спал в собственной постели, подвоха не ожидая, опасаясь лишь наказания за совершенные до тех пор просчеты. А оказалось, что ошибки плодятся даже у тебя за спиной и скорее даже именно там. Впрочем, найденный спрятанный клад ничем не помог генину. Разве что думать стало проще, чем-либо занимаясь. Рассудив, что иных путей нет, он решился. Скорее всего, на столь же абсурдную затею, как и прошлой ночью. Вероятно, если старик не умрет, то и в этот раз похвалит мальчишку за дерзкое поползновение на вражеские ряды. Сам же пятнистый опять будет искренне сожалеть о сделанном, признавая, впрочем, что ничего лучшего он в тех же условиях придумать бы попросту не смог. И этот единственный метод разрешения всех проблем - наиболее простой и прямолинейный - лобовая атака. Один из мошенников или хотя бы охранник наверняка до сих пор копался в офисном помещении, ограбленном накануне. Разбирал завалы, откапывал оставшуюся важную документацию - что-нибудь наподобие. И этого смельчака или дурака наверняка можно было бы поймать. И если уж обмениваться заложниками злоумышленники и не станут, то уж выбить из языка информацию мальчишка сдюжить должен. Вов сяком случае, иных вариантов у него не было. И даже надежд прочих не осталось. Такеши скинул с себя рюкзак, заглянул в него. Искал он там шапку и перчатки, оставленные со вчера, но ничего из этого не нашел - маскироваться было нечем. Бежать домой, тратя время, он опять же не желал. Зато он отыскал в рюкзака термос. Достав его, раскрыл. Налил себе в кружку чай, торопливо его выпил, обжег язык. Закрыл термос, убрал его обратно в рюкзак. А ведь, если задуматься, сейчас он должен был посвящать себя тренировкам. Собственно, своей матери он именно этим и обещал заняться еще этим утром, буквально час назад. Кажется, он в очередной раз ее обманул. За что, разумеется, поплатится. Впрочем, лучше уж так, чем бросить деда. И пусть распорядитель и сказал, что пошлет кого-то на подмогу. Но, учитывая нынешнее положение день в селении, сейчас в ее пределах было находиться менее безопасно, чем за. Закинув рюкзак на спину, мальчишка вышел из дома. Прикрывая за собой дверь, он выбрался на улицу. Там он вновь встретился с соседями старика. Которым ему все еще нечего было сказать. По крайней мере из того, что утешило бы их. А утешение - то единственное, что им сейчас действительно было необходимо. И уж тем более им не нужна была правда. Честь в подобного рода ситуация - все равно что плевок в лицо. Она может показаться обидной и оскорбительной. А реакция на нее вряд ли окажется адекватной, хоть в малой степени приятной. И потому Такеши обронил лишь пару по его мнению утешительных фраз, после чего дал очередного деру, оставляя за собой лишь пыльный шлейф. Опознают ли злоумышленники его или нет, поймают или изобьют - Такеши было плевать. Он, наверное, впервые в жизни действительно был готов бить и огребать, драться и убивать. Хотя с последним, конечно, вопрос был все же открытым. Но глаза мальчишки горели священным пламенем возмездия. И останавливаться он не собирался, пока не добьется своего - пока не спасет Нихэя. А что будет, если не успеет - об этом было лучше уж не думать. Со столь реактивными забегами, пожалуй, мальчишке давно уже пришла пора сменить обувку. Так как у этой, казалось, вот-вот отвалится подошва. Вот было бы неловко, если бы она отлетела во время очередного замаха. И прилетела бы прямиком в лицо одному из противников. Это было бы одновременно и смешно, и прекрасно - потому как уместно, справедливо. Вот только как бы джинчурики ни гнал, а дорога перед его глазами все стелилась и стелилась, будто бы отказываясь кончаться. Возможно, дело в адреналине, но даже так, мальчишка держался удивительно бодро. Не только сонливость сняло, как рукой - пятнистый уже и забыл о недосыпе. Но и новая усталость от стремительных забегов пока еще не догнала его. Оставалось лишь надеяться, что не догонит ровно до тех пор, пока он не закончит столь важное для него дело. Было бы крайне неприятно оказаться не готовым к драке, на встречу которой ты так резво бежишь. Но жизнь - штука в основном неприятная. И удивлять она предпочитает печалями.

0

37

До офиса Такеши добрался быстро. Не удивительно, если учитывать, с какой скоростью он несся. С такой самоотдачей он бежал, что, наверное, потеряйся по пути один из его ботинков, мальчишка бы заметил пропажу только за финишной чертой. Если уж по деревянному его лицу невозможно прочесть текущие по венам чувства, то хоть по движениям - вполне. Хруст шеи, скрип зубов, скорость шага - все это и многое другое как нельзя прекрасно описывает внутреннее состояние мальчишки. Что мимика, что это - все шифры. Просто к расшифровке одного люди привыкли, производят ее интуитивно. За второй же браться приходится более серьезно, вдумчиво. И все же, стоит дать подсказку, и вот пятнистый становится для вас открытой книгой.

И в офис этот мальчишка ворвался не подумав. А ведь думать - полезно. Как для физического, так и для душевного здоровья. Потому как внутри всегда могут оказаться ловушки. Или, что даже вероятнее, засады. Примерно как та, в которую и угодил мальчишка. Влезший в чужой дом, даже не осмотрев тот со стороны, пятнистый, разумеется, сглупил. И за глупость свою заплатил точным ударом битой под дых. После которого и легким стало как-то некомфортно, и глаза чуть из орбит не выпали. А ведь все могло окончиться и того хуже. Ведь бита - это так, игрушка. Ей можно было убить кого, но не для того она предназначена. Вот была бы на ее месте катана - и все, конец. Так бы и оборвалась жизнь половинчатого, не успев толком начаться. Как и жизни многих людей, находившихся в радиусе пары километров, наверное. Впрочем, все это - лишь фантазии на тему. На деле же, Такеши, не без проблем восстановивший дыхание, кое-как смог ответить на следующий, чуть более ожидаемый и потому предсказуемый удар. Увернувшись от коего джинчурики перешел к атаке. Которая, впрочем, угасла в зените. Ведь из-за угла вынырнул второй противник. Который перебил переходящего от замаха непосредственно к удару генина.

На том бы, пожалуй, драка и окончилась. Если бы двое нападавших и один защищающийся были представителями одной профессии. Но нет. В то время, как взрослые жлобы пусть и успели попривыкнуть к боям, но по образованию были - никем. В то время как мальчишку многие годы в суровых условиях учили не только сражаться, но и убивать, ведь он - шиноби, а шиноби - это сильнейшее из существующих оружий. И пусть до тех пор генин показывал себя лишь с худшей из сторон, но лишь сейчас он действительно пришел в чувства. Отпрянув от стены, к которой он вот только что отлетел от удара, мальчишка пригнулся, чтобы увернуться от биты. И увернулся. После чего, будто напряженная до сих пор пружина, резко разогнул ноги и подскочил на достаточную высоту, чтобы дотянуться коленом до лица второго противника. И дотянулся. После чего послушался неприятный уху хруст. А следом - и вскрик. Не обращавший на помехи внимания Такеши, будто кот, приземлился на все четыре лапы. После чего кувыркнулся на полу и встал. Развернувшись, мальчишка узрел нелепую картину. Вместо того, чтобы воспользоваться шансем и напасть со спины, злоумышленник с битой пытался помочь остановить кровь злоумышленнику без биты. Опешив и растерявшись, джинчурики несколько секунд вновь приходил в себя.

Когда на него нападали, он знал, что делать - атаковать и защищаться. Когда же злоумышленники начали друг дружке поддержку оказывать, на противника своего - Такеши - внимания не обращая, последний растерялся. Не нападать же на лежащего раненного и раненному помогающего. Впрочем, а почему нет? Джинчурики рывком переместился поближе к парочке, ногой толкнув и опрокинув вооруженного. После чего и оружие отобрал, вместе с оным чуть дальше отскочив. Подняв биту и направив ее на своих противников, джинчурики огласил начало допроса:

- Где дед? - начал мальчишка, по обыкновению скупясь на слова.
- П’ш’л н’х’р! - скорее пробулькал, нежели проговорил раненный.

Даже до Такеши дошло, что пускающий кровь сломанным носом противник был в некоторой степени раздосадован сложившейся ситуацией. И, если рассудить честно, у него были на то все основания. Если припомнить, то именно этот мужик прошедшей ночью охранял сей офис. И именно ему мальчишка заехал камнем в ухо, привлекая к себе внимание. Кажется, сему представителю стражьего рода везло в последнее время даже меньше, чем юному джинчурики. Потому как всего за сутки ему, вероятно, повредили ухо и, что очевидно, поломали нос. К тому же, он не справился с порученной ему работой - не защитил документы. И, если ситуация продолжит развиваться в выбранном русле, он еще может оказаться на скамье подсудимых. Ведь если до сих пор, возможно, он занимался вполне законной и открытой работой - защищал пусть и нечистых на руку людей по официально заключенному договору. То конкретно сейчас он принимал участие в делах куда более грязных. К примеру, пятнистый вовсе не сомневался, что мужчина сей участвовал в похищении старика. Ведь, при внимательном рассмотрении, можно было углядеть на его лице и иные ссадины, появившиеся, видимо, при непосредственной краже старика из дома.

Впрочем, жалеть Такеши никого не собирался. Он пришел сюда за стариком. И уйдет отсюда либо с ним, либо с информацией о его местоположении. Первый вариант был бы предпочтительнее, второй же - реалистичнее. Впрочем, уговаривать он в любом случае никого не собирался. Но ответы на задаваемые вопросы он намеревался получить. И потому бита, что еще только что была у мальчишки в руке, достаточно точным и сильным броском устремилась к колену вредничающего мужчины. Что конкретно должно было произойти при столкновении дерева с не самой крепкой частью человеческого тела джинчурики представлял себе слабо. Впрочем, результат его не впечатлил, но удовлетворил. Ведь пару мгновений спустя послушался хруст, а следом - вопль. Которого, пожалуй, стоило бы избегать - мало ли кто из посторонних откликнется на крик. Впрочем, думать об этом пятнистый не стал. Как, собственно, и вовсе думать. Ведь пришло время действий.

- Где дед? - повторил свой вопрос мальчишка, глядя в глаза второму, более или менее целому злоумышленнику.
- ... - кажется, в этом разговоре разоруженный мужчина решил занять пассивную роль, столь привычную генину.
- Где дед?! - все вторил джинчурики, с каждым разом все более громко и раздраженно.

Такеши слышал, что в некоторых случаях проще человека расколоть, нанося повреждения и причиняя боль не непосредственно допрашиваемому, а близкому ему человеку. Если учесть, что обезоруженный в первую очередь пытался помочь своему напарнику, а не напасть на противника, можно смело предположить, что отношения между ними - теплы, а узы - крепки. На удивление холодно рассудив, мальчишка бросил взгляд на корчащегося на полу мужчину с окровавленным лицом. После чего подошел к нему и с достаточной силой ударил в плечо ногой. Последовавшая в тот же миг реакция жертвы оказалась максимально предсказуема - новая волна криков и стенаний. Когда же второй мужчина попытался встать и подбежать к товарищу, помочь ему, Такеши еще одним ударом оттолкнул того на старое место.

- Где дед? - чуть более спокойно, чем в прошлый раз, повторил мальчишка.
- Я тебя убью, выродок! - прокричал менее поврежденный из охранников.

Если так рассудить, пятнистому впервые в жизни на полном серьезе кто-то угрожал расправой. Мать грозилась наказаниями всю жизнь, но смертью - ни разу. А у обиженного индивида буквально искры из глаз от злобы сыпались. Чего глядишь - дом воспламенится. Как на подобное реагировать Такеши не знал. Его это не сильно тронуло, решимость поколеблена не была. Более того, он действительно начинал раздражаться. Новооткрытое чувство оказалось достаточно сильным, чтобы прогонять из головы любые лишние мысли.

- Где дед? - который раз мальчишка повторил вопрос.
- У себя дома. - вдруг ответил угрожавший охранник.
- Не ври мне. - сквозь зубы процедил джинчурики.
- В св’м ст’р’м д’м’, н’д’м’к! - смеясь прокашлял раненный.

Ответ показался мальчишке глупой шуткой. За которую он решился наказать обоих. С силой наступив и вдавив в пол раненного, Такеши подошел ко второму. Сев на того верхом, джинчурики обеими руками начал колошматить бедолагу. Силы в его кулаках было не так, чтобы много. Но достаточно, чтобы выбить душу из мужчины. Остановившись слишком поздно, пятнистый обнаружил отсутствие сознания в глазах битого. Проверив пульс оного и дыхание, половинчатый убедился в том, что не забил охранника насмерть. После чего встал, развернулся, подошел ко второму. Так же сев на него верхом, занес кулак.

- Где дед? - ни на что не надеясь, спросил мальчишка.
- В д’м’! Пр’вд’! - со страхом прохлюпал мужчина.

Такеши вдруг замер. Он не умел в отличии от многих каким-либо образом со стопроцентной уверенностью распознавать ложь и правду. И потому не мог с уверенностью ответить, врет ему подопытный или нет. Более того - он в принципе плохо разбирался в чужих мыслях и чувствах. Но конкретно сейчас он почему-то начал верить словам охранника. Ведь не видел смысла ни врать, ни на лжи своей так отчаянно настаивать. Джинчурики опустил кулак, отпустил противника. Встал, отряхнулся. Еще раз посмотрел на обоих своих противников. И вдруг задумался. Над тем, а стоило ли. Ведь, по идее, эти двое - такие же люди, как и старик. Чуть более молодые даже, перспективные. Но их жизни и здоровье он оценил куда дешевле, чем оные же у деда. И только лишь потому, что последний ему успел понравиться, а эти двое - нет. Он без особых сожалений взял и выбил из них, наверное, по литру крови. Разбив и собственные кулаки чуть ли не в кашу. Впрочем, долго размышлять мальчишка не стал. Пройдя в подсобное помещение, он включил там свет. Пустив с крана воду, умылся. Глянув в зеркало, хмыкнул. После чего выключил и воду, и свет. Вышел из подсобки. И из здания в целом. Осмотрелся. На удивление, любопытных глаз были не так уж и много - не больше, чем обычно. Видно, крики были не столь громки или интересны. Никто не захотел поинтересоваться, что же происходило в офисе мошенников несколько минут назад. И потому со спокойной душой мальчишка развернулся по направлению к старому дому деда. И, что было мочи, понесся на встречу следующей драке. Без которой, как подозревал Такеши, обойтись уже просто невозможно.

Отредактировано Takeshi (2020-06-26 23:59:50)

0

38

Такеши торопился. Что смешно, не только ради старика. Но и ради себя. Пусть он и смирился с тем, что будет вынужден просить у матери прощения за пропуск тренировки. Но вот опаздывать еще и на обед ему вовсе не хотелось. Очередной раз взглянув на часы, он скрипнул зубами и ускорился. Хотя куда уж - мальчишка и без того выжимал из себя все соки, которых и по утру-то не было в достатке. Вчерашняя усталость сложилась с усталостью сегодняшней. И вот все тело генина скрипело так, будто бы в него век необходимую смазку не заливали. Уж сейчас-то он действительно ощущал себя скорее роботом, при том списанным в утиль, нежели живым и здравствующим человеком. Благо, игнорировать боль и усталость шиноби учатся с детства. Пусть разные индивиды достигают в этом различных результатов, но минимальный порог преодолели все. В том числе и пятнистый, натужно мысли отводящий от усталости, переводя их к целям достигнутым и только лишь сейчас досягаемым. Жалеть о свершенном в офисе он не был намерен. Из всех вариантов выбранный был наиболее эффективным. А именно эффективность для шиноби важнее всего. Лишь после идет скрытность. Которой, впрочем, мальчишка и пренебрег. Оставалось лишь надеяться, что в том состоянии, в коем генин оставил двух охранников, они более не смогут принести вреда. По крайней мере, в ближайшем обозримом будущем. Уж добраться до дома старика или как-либо иначе предупредить своих подельников - наверняка нет. Тем более, что мальчишка вот уже и добежал до искомого здания. Будь он чуть менее горяч в данный конкретный момент, он был бы и того аккуратнее. Но конкретно сейчас осторожности ему хватило лишь на то, чтобы в дом пробраться через окно второго этажа - неосмотрительно незапертое. Пробравшись в дом, Такеши старался вести себя наиболее осторожно и тихо. И все же, половица скрипела, не обращая на надежды и чаянья половинчатого ни капли внимания. Впрочем, если судить сугубо по ответным отзвукам снизу, никто на скрип внимания не обратил. Пятнистый начал было подозревать, что охранники его все же обманули. Если это так, и они рассчитывали сбежать - то зря. Генин был достаточно мотивированным, чтобы в мгновение ока вернуться в офис злоумышленников и отыскать их, землю носом роя. Он плюнет на любые последствия, но исправит собственные ошибки - спасет старика. Перед кем бы после ни пришлось отвечать, пусть хоть головой. И, нагнав охранников, выбьет из тех правду, даже если придется руки по локоть стереть, избивая оных. Сжимая и разжимая кулаки, мальчишка пытался их размять. Но в ответ получал лишь боль и раздражение. Пожалуй, стоило все же подтянуть собственные силу и стойкость, если генин собирался и в последующие разы пользоваться подобными способами решения вопросов. Чуть более смело он подошел к двери, ведущей в коридор. Приоткрыв ее, выглянул. Убедившись, что никого нет, вышел. Замерев, прислушался. Ничего не приметив, начал осматривать комнату за комнатой. Не найдя на втором этаже ничего интересного, спустился на первый. Лестница, разумеется, скрипела. Но сделать с этим мальчишка ничего не мог. Оказавшись на первом этаже, первым делом мальчишка подошел ко входной двери. Посмотрев в глазок, ничего не обнаружил. Глянув на щеколду, понял, что дверь была заперта. Что примечательно - изнутри. Напрягшись, развернулся. Затаив дыхание, осмотрелся. С последнего раза, когда половинчатый здесь бывал, он не обнаружил ровным счетом никаких изменений. Вдруг послышался какой-то глухой грохот. Не сразу сообразив, откуда точно тот исходил, генин был вынужден идти лишь в предположительном направлении. Осторожно приоткрыв дверь в помещение, откуда, казалось, и шел шум, пятнистый заглянув внутрь. Не обнаружив никого и ничего интересного, он вошел внутрь и осмотрелся чуть более внимательно. И даже так, не отыскал ровным счетом ничего. Что, напротив, лишь сильнее его насторожило. Потому как шум был такой, будто бы что-то упало. В этой же комнате все лежало на своих местах. Встав на четвереньки, мальчишка заглядывал под мебель - вдруг туда что-то закатилось после неудачного падения. И обнаружил нечто, чего не искал - потайную дверь в полу. Это был то ли погреб, то ли подвал - что-то подобное. И вход туда, что логично, должен был быть только один - если старик, конечно, не был тайным шпионом вражеского селения. Что, впрочем, было вполне возможно - в таком уж мире живет Такеши. Впрочем, задание - есть задание. И раз уж генин взялся за него - то выполнит. Тем более, что лично в произошедшем и виновен. Аккуратно вставая, не производя лишних звуков, джинчурики не отводил взгляда от найденной двери. За которую незамеченным пробраться было попросту невозможно. Стянув с себя рюкзак, который мальчишка таскал на спине все утро, положил его на пол. Было бы неприятно, если в этой, уже ожидаемой драке, пятнистого схватили бы за лямки, обездвижив, и так бы и добили. Лишь по глупости прошлые два дурака не воспользовались таким шансем. Предоставлять же варианты следующей кучке идиотов полуседой не собирался. Размяв в последний раз пальцы, генин открыл дверь. Не став дожидаться приглашения, ринулся вниз. Освещение пусть и тусклое, но все же было. Чего вот вовсе не было - так это свободного пространства для маневров. И потому драка больше походила на некую странную оргию. Где все вроде бы в одежде, но так близко друг к другу - что чуть было не начался интим. С другой стороны, из телесных жидкостей преобладала льющаяся кровь. Влетев в толпу с двух ног - буквально - мальчишка превратил все действо в кучу малу. Вся драка проходила в горизонтальном положении. Понять, кого бить, конкретно разноглазому было достаточно легко - всех. Противникам же приходилось осторожничать, стараясь ненароком не прибить своих же союзников. Впрочем, после пары крепких тумаков они теряли самообладание и начинали бить наотмашь. Скорее помогая, нежели мешая генину делать свою грязную работу. Сперва сознание потерял один охранником. Потом - второй. Затем кто-то взбежал по лестнице. После чего сознание потеряли третий и четвертый охранники. При том предпоследнего вырубил последний. После чего и сам сознание потерявшись от столкновения его лица и ботинка мальчишки. По итогу, сумбурное мордонабивание кончилось, наверное, за полторы минуты. За которые Такеши успел отхватить минимум полтора десятка разной степени силы ударов. Каждый из которых впрочем оставил свой след на его теле. Не сразу придя в себя, джинчурики еще секунд десять колошматил уже обезличенное тело последнего противника. Только после чего он и догадался осмотреться. Увидев лежащего в углу старика с окровавленным лицом, пятнистый испугался, что это он его так приложил. Впрочем, на четвереньках к тому подползя и вытащив из рта того кляп, он убедился - нет. Пролитая дедом кровь - дело рук злоумышленников. Пока Такеши развязывал Нихэя, тот напомнил ему, что один из мучителей, собственно, самый главный мошенник, вот буквально минуту назад взбежал по лестнице вверх, пытаясь укрыться от справедливого возмездия, принесенного в кулаках генином. Закончив с путами, мальчишка попытался помочь старику встать. Но тот велел догнать ублюдка. Послушавшись совета, пятнистый взбежал по лестнице. И уткнулся в закрытую дверь. Видно, мошенник, сбегая, решил перекрыть возможной погоне путь. Постучавшись плечом в дверь, джинчурики кое-как смог открыть ее. Понимая, что потратил зря слишком много времени, он буквально вылетел из дома. Уже на улице, он начал озираться.

- Где он?! - прокричал мальчишка, сбиваясь на визг.

По одной лишь реакции окружающих, но не по их ответам, мальчишка понял, куда бежать. И побежал. Простому человеку, тем более далекому от спорта, вряд ли было возможно убежать от шиноби, при том достаточно быстроного, даже с минутной форой. И потому не удивительно, что нагнать генин умудрился мошенника достаточно быстро и без особых на то проблем. Мужчина не умел и даже не представлял, как заметать за собой следы, и в толпе спрятаться не смог - слишком встревожен и обеспокоен он был. Поймав злоумышленника, Такеши чуть было не набросился на него с кулаками. Но поднятые бедолагой в знак сдачи руки остановили джинчурики в последний момент. Отпрянув от нагнанной дичи, джинчурики встал и осмотрелся. Люди вокруг как-то подозрительно косились даже на мошенника, а на самого генина. Наверное, лишь повязанный поясом на талии протектор селения, свидетельствующий о причастности мальчишки к защитникам селения, останавливал толпу от прямого порицания и даже препятствования пятнистому. Посмотрев на собственные руки, половинчатый даже вздрогнул. Его руки были буквально по локоть в крови - и сложно было понять, в чьей. Помогая мошеннику подняться, Такеши повел его обратно к дому старика. Прибыв на место несколько минут спустя, мальчишка обнаружил стоявшего на входе старика.

Такеши вообразил было, что на этом все и окончится. Старик в безопасности, пусть и потрепанный. Его, скорее всего, придется сопроводить в госпиталь. Мошенник пойман, как и четверо его охранников, а то и все шестеро, если считать оставшихся в офисе. Их, скорее всего, придется сопроводить в отделение военной полиции селения. Сам он, конечно, разбил свои руки в кашу и получил несколько крепких тумаков в разные участки тела, но двигаться самостоятельно мог, кровью не плевался. Следовательно, задание было выполнено. И все хорошие ребята были, как минимум, живы, а плохие - потрепаны. Справедливость восторжествовала. Или почти. Вдруг рядом с генином возникла еще пара шиноби, один из которых направил на мальчишку катану.

- Стоять! - приказал вооруженный.

И Такеши замер. У него не было ни сил, ни желания сопротивляться. Да и вообще, он ведь - хороший мальчик. А хорошие мальчики должны слушаться взрослых. По крайней мере тех, чей тон настолько похож на материнский. Подняв руки над головой, генин сдался. Он не был готов к сражению, тем более, если судить по форме, с представителями военной полиции селения. Смешно, ведь именно к ним он и собирался чуть позднее отправиться.

- Что здесь происходит? - спросил второй полицейский.

Такеши осторожно опустил руку к одному из подсумков, аккуратно достал оттуда свиток с заданием, подал его полицейскому. Этот день, очевидно, никогда уже не кончится...

>>> штаб военной полиции Ивагакуре

Отредактировано Takeshi (2020-06-27 12:55:29)

+1

39

Оойоши совместно со своей попутчицей, ведомые небольшим пятнистым питомцем, бежали прочь от территории поместья. Камизуру, обладая некоторыми знаниями о местности своего селения, уже сумел выстроить примерный маршрут движения, в какую сторону их ведет пес.
- Кико-тян, мы движемся в сторону окраины селения. Там ничего нас не ждет, кроме как, - парень сделал секундную паузу, чтобы перевести дух и настроить себя на несколько иной лад. Если некоторое время назад он был воодушевлен дружелюбием и добродушной атмосферой внутри этого коллектива, что присматривал за поместьем и прилегающей местностью, то сейчас он был в определенном замешательстве, которое могло привести к непоправимым последствиям. и он это все понимал, поэтому собрался с мыслями и закончил собственную мысль. - обрыва...
Да, дальше их ничего не будет ждать, кроме как резкой пропасти. И, учитывая этот факт вместе с тем, что пес их ведет по следу, оставленный ранее случайно в вольере, то вывод напрашивается сам - Никко был похищен кем-то. Более того, возникала мысль в голове у парня, что за талисмана приюта у хозяев не намерены просить выкуп или же выдвигать какие-либо иные условия. - "Неужели... Сурок-белоснежка в опасности. Держись, я уже рядом!" - сжимая ладони рук в кулаки, Оойоши резко ускорился, что его попутчица даже не могла за ним поспевать и с каждым проделанным шагом стала отстраняться на все большую дистанцию. Юный генин совсем недавно познакомился со всеми этими людьми, но благодаря поручению от своей бабушки темноволосый смог лицезреть прекрасный и дружный коллектив, где все друг другу всячески помогают и оказывают посильную поддержку. И ему стало дико видеть раздор внутри этой дружной семьи, отчего в нем разгорелось большое желание спасти их всех от недуга и вернуть зверька в родные стены.
Тем временем на окраине селения, у того самого откоса стояла пара людей: двое мужчин; первый лет 15-17, вид растерянный, явно переживал из-за случившегося инцидента, нервно крутил головой во все стороны.
- Слушай, знал бы я, что ты собираешься сделать - ни за что бы не подписался на это! - недовольно и нервно пробурчал первый, озираясь по всем сторонам словно искал что-то, или кого-то.
- Да брось, в чем проблема? Все прошло идеально, наверняка в приюте поднялся сильный шум, - ехидно улыбаясь, ответил второй похититель. Мужчина лет тридцати, полноватого телосложения, волосы темного оттенка, на запястье была царапина, а на рукаве не хватало куска ткани. Видимо, он и совершил хищение животного. Сам же он стоял лицом к пропасти, пытаясь достать что-то из-за пазухи, прилагая к этому некоторые усилия. - Да иди же ты сюда, чертова зверушка! - пару секунд потребовалось, чтобы осилить и пресечь на корню сопротивление со стороны Никко, после чего он поднял на высоту от земли перед собой белоснежного сурка, с некой ненавистью пронзая его взглядом. - Хех. Надеюсь, это станет концом для приюта Коттана. Это самое малая часть моей мести этому ублюдку. Дальше будет еще ужаснее! Умри!
С последними словами пальцы похитили стали размыкаться, и даже его напарник не ожидал такого исхода. Возможно, он и правда действовал не из-за ужасных побуждений мести, а просто помогал товарищу, который чуть ранее не соизволил нужным рассказать полную картину своих намерений. Он даже собирался выкрикнуть что-то против, но не стал - испугался. Никко тоже чувствовал свою погибель, отчего грустно и тоскливо стал пищать, будто бы молил о пощаде непоколебимого незнакомца. И только лишь удар прибывшего генина, что был нанесен кулаком левой руки точно в весок, остановил его действия и отбросил на пару метров от прежнего места. От неожиданности, видимо, он даже выронил свою жертву, которую в тот же миг подхватил брюнет и аккуратно опустил на твердую поверхность белоснежного. Хоть питомец ранее и не встречал Оойоши, но он питал к нему теплые чувства и сразу же принял его, скрывая свою тушку за его ногами. Быть может, от парня действительно исходила особая аура, что была способна расположить к себе даже животных? Неизвестно, но вот этих двух, что были сейчас напротив Камизуру и младший помогал подняться на ноги старшему, ему покорить своей доброй душою явно не удалось.
- Эй! Какого черта вы творите?! - озирая неприятных ему личностей, парень был настроен серьезно и жаждал разобраться во всей сложившейся ситуацией, но ответа так и не поступило. - Зачем вы так поступаете? Что вам плохого сделал этот приют, Коттан-сан?! Его намерения по-настоящему добрые и помогают многим животным. А всякий, что там работает - любому человеку, что сумел посвятить себя труду на территории этого жилища дозволено стать частью дружной семьи!
- Да что ты говоришь, сопляк. Коттан-сан? Ты относишься к нему с таким же уважением, как и все эти шестерки? - резко перебил его тот самый мужчина, что получил несколько раньше удар по лицу от брюнета, а теперь поднялся на ноги и вытирал свои части тела, а также и элементы одежды от небольшого количества крови и пыли. - Думаешь, этот старик действительно такой добряк, которого из себя строит?! Далеко нет, и это мне удалось вывести его на чистую воду! - эти высказывания застали врасплох брюнета. Но он был готов выслушать его мнение - мужчины, что когда-то также был частью дружного коллектива.

0

40

Расследование уже подходило к своей кульминационной развязке, а один из похитителей вот-вот должен рассказать причину, мотивы всех своих незаконных действий. Во всяком случае, Оойоши не спускал с них глаз и был готов в любой момент вступить в бой, защищая свою новую знакомую Кико-тян, а также талисман этого лучезарного приюта, что в данный момент дрожал, опасаясь за свою жизнь, но увидев свою подругу несколько воспрял духом и все же доверился этой команде спасения.
- Старик, на самом деле им движет лишь жажда наживы, получения денег на развитие этого поместья. Мы помогаем по собственной, доброй воле, а он посторонние пожертвования пускает в свой карман! - этими словами стал объяснять свои действия преступник, воспоминая моменты своей совместной работы с владельцем приюта. - А когда я об этом узнал первым - меня просто выкинули, обвинив в воровстве. Никто иной, как этот Коттан! Старик, что присваивает себе чужое, подставил меня и выставил перед всеми знакомыми как негодяя. Я был безумно зол на него, вот и все.
- Эй, мужик, но это не то, чем ты должен сейчас заниматься здесь и сейчас! - Перебил незнакомца юный генин, все также наблюдая за действия обоих противников, пытаясь протянуть время настолько, чтобы увидеть у них слабые места. - Ты хочешь отомстить Коттану, верно?! Но сейчас ты можешь навредить этой безобидной зверушке. Этой доброй девочке, что не сможет перенести утрату своего любимого животного. В конце концов, обратись об этих фактах в полицию селения - там примут должные меры, я уверен!
- А я нет, не уверен. Он попытается замять это дело, избежать наказания. Возможно, что меня еще и привлекут, в итоге, словно я сделал ложное донесение. Поэтому я сделаю то, что считаю должным. Разрушу атмосферу внутри коллектива, а после сломается и сам приют, не имея поддержки друг от друга. И ты, сопляк, мне в этом не помешаешь! - после последних сказанных слов мужчина стал двигаться назад, шаг за шагом приближаясь к пропасти, а второй преступник стал бежать в сторону детей. Оойоши был вынужден действовать решительно, у него оставалось пару секунд, чтобы предотвратить трагедию. Сформировав печати, тот изрыгнул изо рта большое количество грязи, которые в мгновение приобрели очертания Камизуру, воссоздав две точные копии*. Оригинал совместно с копиями ринулись навстречу врагу, после чего оппонент решил нанести удар. Первый увернулся, а две копии прикрыли его дальнейший ход ко второму противнику. Теперь союзник похитителя был озадачен рукопашным боем с клонами Оойоши, которые после непродолжительного сражения все же смогли победить оппонента, лишив того возможности двигаться и прижав его к земле, усевшись на нем и сдерживая руки и ноги. Оригинал тем временем приближался к своему сопернику, который лишь ехидно улыбался. Ловким движением тот отправляет сурка в свободный полет, который приведет его к верной погибели.
- "Ч-е-е-рт!" - Подумал про ебя мальчик, минуя врага и прыгнув вслед за зверушкой. Казалось бы, что это было необдуманно с его стороны, но он был вынужден так поступить. Поймав белоснежного пушистика, Оойоши покрыл свою свободную руку камнем и использовал это для того, чтобы зацепиться за скалу, остановив падение в пропасть на огромной скорости. К счастью, ему это удалось, после чего он выдохнул. - "Фу-у-у-х, получилось, теперь пора взбираться на поверхность. Кико-тян наверняка уже волнуется."
После чего брюнет, сконцентрировав небольшое количество чакры в своих ступнях, сумел зафиксировать себя на вертикальной скалистой поверхности, после чего стал взбираться ввысь, постепенно повышая темп, побуждая в себе уверенность. Тем временем Кико-тян была крайне расстроена, поскольку сегодня случилось страшное горе. Безусловно, очень тяжело видеть, как твои друзья безвозвратно падают в бездну, оставляя тебя в полном одиночестве. она не понимала, что происходит, ее разум помутнел, а сама она упала на колени, закрывая лицо обеими руками. Ей было грустно, слезы невольно текли из ее глаз, она что-то кричал навзрыд, но было сложно что-то из этого разобрать.
- Поплачь, может, легче станет. - Преступник был непоколебим, его речь ничуть не изменилась, он не сомневался в правильности своих действий, им управляла лишь месть. Но, через пару секунд у него возникло недоумение - почему клоны мальчишки до сих пор не исчезли? Прошло достаточно времени, чтобы те упали и разбились о твердую поверхность. Но ответ на его вопрос сам появился, в виде белоснежного сурка, который пронесся между его ног и ринулся к своей подружке. - Что за?!
Едва тот успел договорить, обернувшись себе за спину, как в его физиономию прилетел кулак, покрытый чакрой из стихии земли, что сильно увеличивал пробивную силу. Этого было предостаточно, чтобы отправить врага в полет на десяток метров от себя, а также гарантированно нокаутировать его, на несколько десятков минут.
- Вот так-то. Не смей недооценивать Оойоши из клана Камизуру! В конце концов, перед тобой будущий Тсучикаге! - Немного выпендрежничества перед своими союзниками всегда было чем-то вроде визитной карточки. Вскоре прибыли еще несколько людей из приюта, что видели побег в этом направлении детей. Они и помогли транспортировать преступников до деревни, а позже Оойоши попрощался со всеми, обещая Кико-тян и остальным навещать их как можно чаще.

Таймскип

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Ooyoshi (2020-07-08 17:20:08)

0

41

-- > Резиденция Тсучикаге
Апрель 25-е число, вечер
Если бы Кадафи знал, что Ооки отложил личный разговор с Тсучикаге ради того, чтобы отправиться на миссию - он бы несомненно похвалил его стремление к службе. Однако, Муу не знал ни о действиях светловолосого, ни тем более о том, что с Гинко Ооки связывали более близкие, нежели как с обычным рядовым, отношения. Отреагировав на комментарий о своей немногословности едва заметным покачиванием головы, Кадафи таким образом пытался намекнуть (возможно, неумело), что было о чем поговорить. Но не здесь. Впрочем, не следовало словами подозрительной критики обмениваться и на улице, несмотря на ее оживленность по вечерам. Уверенно, но не слишком торопливо миновав главную артерию города, шум которой мог бы заглушить его слова, Муу, наконец, перестал отмалчиваться, посмотрев на светловолосого товарища:
- Давно ты был в стране Медведей?
Ооки был одним из шиноби, к которому Кадаф позволял себе обращаться неформально, отчего такое свободное обращение заставило его отвлечься на какую-то долю секунды, прежде чем Муу догадался, что пора отвернуться. Ответ на свой вопрос шиноби ожидал услышать положительный, потому что большинству из джонинов были известны многие районы, маленькие деревни, тайные тропки из-за борьбы с затянувшимся восстанием. На отмеченной на карте территории Кадафи тоже был, но несколько лет тому назад: то, что ему было известно по памяти наверняка перестало быть актуальным, многие посты, убежища либо завалены, либо просто заброшены.
"Вряд ли тайные укрытия - это про Ооки", - мысленно усмехнулся Кадафи, справедливо предположив, что подрывник из Бакуха Бутай предпочтет открытые перемещения и активные действия. В этом он усмотрел плюс, потому что, если бы миссия была легкой, ее не поручили бы двум джонинам. - "Зато он силен в диверсионных атаках".
До сегодняшнего дня Кадафи многие миссии выполнял либо в одиночку, либо с кем-то из младшего ранга в качестве подстраховки в случае смертельной опасности. Принятое им задание напомнило джонину о временах, когда Ива отправляла на заказы отряды, сформированные с опорой на командную работу. Значило ли это, что подрывник и книжный червь хорошо дополняли друг друга? Вряд ли. Об опасных способностях подрывника Кадафи знал слишком мало, но при этом достаточно, чтобы и любопытство проявлять и удручающее сомнение: оба используют атаки преимущественно на расстоянии - это может стать проблемой.
- Наше задание заказано правительством страны, - напомнил джонин о заказчике. Его интересовали не деньги, а возможности, которые для Ооки могли значить чуть больше, чем длинное имя известного титулованного представителя их родины. Его спутник умен и сам поймет какие впереди могут быть еще задачи, и заодно перспективы, если с этой миссией оба справятся не только успешно, но и менее... разрушительно. О нет, Кадафи не мог Ооки останавливать, тем более что главным желанием всех шиноби Ивы и жителей является целостность и единство в непростое время расцвета Альянса. Разобравшись с одной проблемой можно будет приступить к другой, чтобы не пришлось однажды, как и несколько лет назад, изматывать ресурсы на оба фронта сразу. Прямо, как ударом булыжником, Кадафи произнес свои взгляды на всё, происходящее в данный момент. - Я даже удивлен, что мне передали эту информацию. И, если честно, также удивлен, что мы идем на эту миссию вдвоем. Но рад.

Отредактировано Muu Cadaphi (2020-07-30 22:01:38)

+1

42

← Резиденция Тсучикаге.

Интерпретировать жест новоиспечённого напарника, который последовал в ответ на саркастический комментарий о его немногословности для Ооки оказалось задачей весьма сложной, но спустя парочку нехитрых размышлений, блондин подошёл к самому верному умозаключению: чувство юмора – не самая сильная сторона Кадафи, из-за чего факт подшучивания над ним, скорее всего, принял он за золотую монету и попытался подсказать синеглазому, что резиденция не являлась лучшим местом для разговоров на щекотливые политические темы, к которым привыкла «парочка». Но ведь можно же пообщаться и на менее «светские» темы, чтобы веселее провести время по пути к выходу за пределы селения. Хотя всё же стоило дать должное Муу: обстановка была не из лучших для того, чтобы вести разговоры. Ни сперва, находясь в коридоре резиденции, ни сейчас, на главной улице селения, которая в это вечернее время особо отличалась своей суетливостью и назойливым шумом множества голосов.

Спустя некоторое время ходьбы шиноби отдалились от шумливой толпы, бродя уже по улице в периферической части селения, ведущей к главным воротам. Спокойная обстановка, позволяющая вести нормальный диалог, и не заставляющая тщетно перекрикивать гам голосов, сливающихся в единую назойливую симфонию, подтолкнула Кадафи прервать молчание своим вопросом.

Не так давно, как бы этого мне хотелось, хм… – после сказанного, Ооки сделал небольшую паузу, пытаясь посчитать в уме, когда доводилось ему быть на вражеской территории в последний раз, но вот небольшая проблема, заключавшаяся в том, что светловолосый уже давно потерял счет времени и даже точно не помнил сегодняшней даты, будучи даже неуверенным в текущем месяце, поэтому ответ был весьма абстрактным: – месяц, или два назад где-то. Представление, кстати, оказалось восхитительным! Думаю, медвежата оценили моё творение на должном уровне, хм! – Имел в виду Ооки конечно же своё искусство и его бомбу С3, с помощью которой ему удалось сравнять с землёй целое селение.

Вскоре напарник перевёл разговор в другое русло, упоминая, что задание заказано правительством страны. Этом момент Ооки пропустил, делая видимость, будто слушал секретаршу. Но додуматься до этого не было сложным, ведь речь идёт о стратегически важной области, в которой ведётся постройка… – «так, о чём там плела эта девица-то?! Дамба, наверное, карьеры какие-то, реки… да какая разница!» – да, именно, речь шла о постройки защитной дамбы. Синеглазый принялся уже отвечать, но вдруг умолк, понимая смысл намёка своего напарника.

Шанс выделиться, скорее всего, так себе, – пожимая плечами, ответил он. Особенности и детали миссии помнил Ооки весьма и весьма смутно (благо он прихватил свиток с описанием задачи и картой), но ключевые моменты все же присутствовали: защита важного для страны строительства. Лёгкой задачу назвать было трудно ввиду возможности нападения мятежников, но и ничего исключительного миссия из себя не представляла, по крайней мере пока. – в любом случае, о личной выгоде будем думать после. Главное заключается в том, что эта дамба хорошенько насолит медведям и принесёт выгоду в первейшую очередь нашей стране.

После сказанного светловолосый сконцентрировался на мысли совместной работы. Новоиспечённые напарники практически ничего не знали о способностях друг друга, помимо абстрактных фактов о взрывах, в случае с Ооки и о расширенном геноме, в случае с Кадафи. Конечно же у ниндзя было достаточно времени поделиться более детальной информацией по пути, но оставалось неизвестным, смогут ли они совместить, как свои способности, так и особенности их личностей на практике, слаженно выполняя командную работу.

Ничего удивительного, мой друг, – ударение на слове «друг» было весьма странным, словно сказано в ироническом ключе, – из-за нехватки кадров команды формируют не особо запариваясь на совместимости их членов, в надежде, что «как-то договорятся, сработаются».

«Как-то» совершенно не устраивало Ооки. В этот момент он понял, что слишком рано начал строить планы насчёт Кадафи и его роли в возможном перевороте, из-за чего искренне надеялся не разочароваться в потомке Муу и, что самое главное, сработаться.

→ Главные ворота Ивы.

Отредактировано Ooki (2020-08-02 03:22:13)

+1

43


продолжение 15 поста


Наевшись до отвала, он довольно хрюкнул и закрыл свои глаза. Его аппетиту может позавидовать даже слон. Секрет прожорливости мальчонки состоял в том, что его организм рос и требовал много пищи. Пирожки, лапша, морепродукты – все это уйдет в бездонный желудок сорванца. Его можно сравнить с голодной собакой, которая будет есть, пока не лопнет. Бешеный метаболизм позволяет быстро расщепить все углеводы и преобразовать их в энергию. Он так бы и лопал все угощения, которые ему дают, пока не вспомнил о главной цели – он должен был привести ее дом в порядок.
Гаке как всегда был полон сил и вдохновения, он быстро привел дом старушки в порядок, унося из комнат мусор на улицу. Бабуля не могла нарадоваться своей удаче, ведь молодой и сильный парень в миг выполнит ту работу, на которую ей понадобилась бы неделя, а то и две. Гаке стер со всех полок пыль, расставил книги в алфавитном порядке, полил цветы, уделив им особое внимание. Под конец намыл окна и полы, после чего домишко старушки вдруг преобразился. Окна годами не мылись, стекла едва пропускали солнечный свет, а теперь комнаты наполнились светом, сменяя мрачную обстановку на более светлую.
Как только наша Золушка закончила, он стер с лица пот и глубоко вдохнул, испытывая невероятную гордость за проделанную работу. Его брови слегка приподнялись, улыбка стала шире, а из груди вырывался самодовольный смех:
- Смотри как здесь чисто, бабуля. Наверняка давно не видела такой чистоты у себя дома! – взяв в дорогу себе еще несколько пирожков, мальчишка попрощался, обещая бабуле иногда навещать ее. Сам же он отправился сначала в канцелярию, где и сдаст свой небольшой отчет.


Далее следует таймскип ...


+1


Вы здесь » NARUTO: Exile » страна Земли » Главная улица Ивагакуре


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC