ПОСТ
ЙОШИМОТО КИРИШИМА
Киришима молча наблюдал за очередным мышечным спазмом темнокожего артиста из Кумо. Сюжет развивался в лучших традициях дешевой комедийной постановки: грандиозное, пафосное вступление вылилось в столь же грандиозный провал. Туша Арая рухнула на землю со звуком пустой кастрюли , прямо под ногами новоприбывшего шиноби Альянса. Кири едва сдержал смех, а затем с сочувствием посмотрел на напарника Арая.
Читать дальше...
НУЖНЫЕ
НОВОСТИ
Манга, аниме "Наруто" (NC-21) • Локационка • август - сентябрь 609г.
список администрации
• Домен narutoexile.ru периодически недоступен, просим перейти на https://exileanbune.rolka.me/
• Форум терпит некоторые изменения, и самым очевидным обновлением является дизайн. Теперь он у нас светленький!
• Был обновлен список плюшек, просим всех ознакомиться с изменениями.
Рейтинг форумов Forum-top.ru
NARUTO EXILE

NARUTO: Exile

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NARUTO: Exile » Каменный город » X. Ария света и тьмы


X. Ария света и тьмы

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://forumupload.ru/uploads/001a/74/14/14/606373.gif

Участники: @Senju Rangiku @Senju Yasuo
Время на отпись в эпизоде: три дня;
Совместные посты: нет;
Время начала эпизода: около десяти вечера;
Место начала эпизода: гостевые апартаменты;

+1

2

Времени было до неприличия мало.

Ясуо чувствовала, как минуты и часы утекают сквозь пальцы, словно песок; он царапал и жег кожу на ладонях, щекотал борозды линий жизни, забивался в свежие мозоли от бесконечных тренировок с новым клинком.

Она полностью нарушала протокол действий, который сама же и установила; если ее увидят лишние люди – их план накроется, и мучительно-долгая подготовка к завершению карнавала лжи и предательств сорвется, подобно раннему фейерверку на фестивале Огня.

И, все же, Сенджу считала свою причину веской; достаточно, чтобы нарушать собственные планы, достаточно, чтобы поставить миссию всей их жизни на кон.

Скрывая собственную чакру она стремительно путешествовала по подземным переходам и катакомбам; их план и расположение любезно был предоставлен Катсураги, которому удалось найти старые чертежи и карты. Только боги ведают на что способны демонические глаза Учиха, и Ясуо клялась и божилась, что не хочет знать большего об этом порождении бездны; и это было самой горькой ложью за свою ее жизнь. Сенджу стояла на пороге страха и благоговения перед мощью, которую демоны вкладывают в глазницы проклятых детей веера.

Она боялась красного с черным, но была готова к тому, что когда-нибудь столкнется с этим – рано или поздно. И прежде, чем она утонет в иллюзиях своего воспаленного рассудка, Сенджу Ясуо сможет продемонстрировать хоть толику той силы, что она собрала в процессе своего тяжелого путешествия в глубины преисподней.

Белая Ведьма сокрушалась. Она должна была взять с собой Учиху, чтобы тот помог в сражении с Орисом; но это Ясуо доверяла Кацураги как себе, а ее наперсники – нет. Сенджу держала свое слово крепко, и дело было не только в опороченном языке, а потому могла лишь смириться; но смирение – не благодетель Белой Ведьмы.

Куноичи снует по пустеющему замку подобно змее; ныряет в тени и скользит вдоль стен, выискивая потенциальных врагов и обходя их дальней дорогой. Ее путь должен быть чистым; без следов и крови – она не имеет права оплошать. Напряжение снедает ее, сжигает изнутри – облизывает тяжелое сердце гнилостно-серым языком, покрытым фиолетовыми струпьями.

Когда нужная комната найдена, Ясуо без труда орудует в замочной скважине изящными отмычками и спицами. Почти бесшумный щелчок замка, и в нос ударяет запах чистоты и хризантем; высокая изящная ваза из блестящего белого фарфора стоит на чайном столике с букетом свежесрезанных желтых цветов.

«К легкой жизни. Как иронично».

Сенджу осматривает помещение на предмет ловушек и скрытых отверстий для подслушивания; но гостевая комната – до подозрительного – чиста. Ясуо прячет одну из своих стрел в зазор между стенами, обламывая черноперый хвост, а после – присаживается подле двери, прячась, на случай пришествия незваных гостей.

Ее ждет томительное ожидание – в очередной раз; но это того стоит.

Время – песок.
В голове тикают часы; в ванной комнате из неплотно закрытого крана – капает вода.

Наконец, ключ в замочной скважине проворачивается; Ясуо чувствует знакомую чакру – ее переполняет предвкушение. Меч выскальзывает из ножен.

До боли родной силуэт проходит в комнату.

Лезвие едва-едва касается шеи хозяйки апартаментов.

– Надо всегда быть начеку, Сенджу Рангику. – Ясуо шепчет, и улыбка расплывается на ее лице.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

3

В октябре вечерело уже ближе к восьми вечера, потому уже в десять зажгли факелы и камины, свет от которых мягко разливался по помещениям. Но даже, казалось бы, приятная атмосфера была пропитана ощущением неизвестности, даже страхом, который был вполне обоснован. В тени мог скрываться враг, который следит за каждым твои шагом в ожидании, когда ты будешь максимально безоружен. Но даже Гику понимала головой, если бы недруг хотел напасть, то сделал это в ванной, прямо в традициях телевизионных ужастиков или остросюжетной литературы.  Но куноичи так и не посетил в ванне таинственный гость, возможно он ждал в гостиной! Но все это было шуткой в голове куноичи. Рангику попыталась расслабиться, принимая горячую ванну, что располагалась прямо в середине помещения, покрытого мраморной и в то же время теплой плиткой. Каким-то образом эта порода обогревались, быть может под ней располагался источник горячей воды, который циркулирует по всему полу ванны и уборной, разогревая его.
Сразу после процедур куноичи натянула на себя банный халат, после чего туго затянула на бедрах пояс. Ран никого не ждала, потому вид у нее был, мягко говоря, достойный сюжета книжонок про жизнь распутных дам. Открыв тяжёлую дверь, она уверенно пошагала в сторону середины комнаты, провожая глазами букет цветов, что стоял на столе. Они, к слову, менялись у нее раз в два дня, и куноичи пыталась понять - у всех так или она удостоилась какой-то особой чести? Поинтересоваться было не у кого, да и вопрос был не самым важным, потому ответа Гику так и не получила. Впрочем совсем скоро она и вовсе забудет про цветы, поддавшись своему страху и рефлексам, которые за достаточно короткий промежуток времени у нее только обострились. Именно здесь, в замке Мао, она повстречала всех! И это был какой-то кошмар, которому не было конца. То самозванец с лицом старого знакомого, то какой-то фрик с перемотанным бинтами телом, то Хасэгава - один из тех, кто ранее угрожал куноичи смертью. Потому повстречать ещё кого-то из своего прошлого уже не было бы каким-то внезапным и непредвиденным событием. Смерти этой куноичи желали столько же людей, сколько и тех, кто искренне ее любил.
И как только Сенджу почувствовала на своей шее  острое и холодное лезвие, она незамедлительно применила ту способность, которая не в первый раз спасала ей жизнь. Незамедлительно из ее предплечья и запястья несколько шипов, которые могли бы нанести вред нахалке, но стоило Рангику понять, кто именно позвал ее по имени, она обомлела и завершила не до конца сработавшую технику.

О, Боги, Ясуо! — она схватилась рукой за сердце, тяжело выдыхая в этот момент, — Это правда ты! Прости меня, я.. я.. Ясуо! — она не верила своим глазам, ведь перед ней стояла та самая сестра, которая пропала на долгие месяцы, забыв отправлять обещанную весточку. Сначала была радость, самая настоящая, присущая лишь детям, но уже совсем скоро счастье сменилось злостью и обидой, ведь сестра долгое время не слала писем, полностью пропав из жизни куноичи.
Я думала ты погибла. Ни одного письма, ни одного за столько времени, что я могла ещё подумать? — она развернулась к сестре лицом, и каждое ее последующее слово давалось ей с ещё большим трудом, чем предыдущее. В голосе слышалась хрипотца, будто вот-вот и Ран разревется, но этого так и не происходило. Кажется, она давно выплакала самые горькие слезы, предаваясь воспоминаниям. Тем временем ранее активированная техника прекратила свое действие, оставив после себя на плотной ткани халата огромную дыру. Не так Ран себе представляла эту встречу, не в таком виде, не в таком состоянии. Рангику все эти дни была на грани срыва, ещё немного и она была готова сорваться с места и начать с кем-то серьезную драку в попытках обуздать страх. Каждый человек в замке был либо потенциальным врагом, либо самозванцем, и это было страшно, невероятно страшно. Нигде в этом замке куноичи не чувствовала себя в безопасности, ощущая на себе чьи-то пристальные и изучающие взгляды. Было ясно, что пребывание здесь было своего рода испытанием, которое ты либо пройдешь, либо выдашь все свои тайны. Враги так и ждали, когда ты наконец проявишь себя, а уже позже воспользуются полученной информацией, и нападут на тебя исподтишка.
Не молчи! — глаза становились предательски влажными, острота зрения падала, и силуэт сестры становился более размытым и неясным. Гику сейчас сильно испугалась, что сестра ей лишь привиделась, и стоит ей потереть глаза, Ясуо пропадет также внезапно, как и появилась.

тч
Mokuton: Sashiki no Jutsu - Стихия Дерева: Режущая Техника

Способность древесного элемента превращать собственные клетки в дерево дает пользователю возможность создавать острые древесные копья. Например, пользователь может выпустить несколько таких из спины и использовать их для защиты или атаки в ближнем бою, а также способен выстреливать ими из своего тела, причем копье может достигать немалой скорости.

✦ Данная техника обладает повышенными показателями скорости. (+1.0)
✦ Если копье попадет во врага, пользователь также может сложить печать и заставить дерево прорасти прямо во враге.

https://sun9-26.userapi.com/c855616/v855616244/147ab8/njqa82hW0AI.jpg
Классификация: Ниндзюцу, Кеккей Генкай
Свойство: Стихия Дерева
Ранг: -
Тип: Атака
Дальность: Средняя до 10м
Ручные печати: Отсутствуют или Овца при попадании копья
Чакразатратность: 5 за колья из тела, 2 за каждое копье + 1 на прорастание каждого копья

+1

4

Множество раз Ясуо прокручивала в своей голове встречу с семьей; она вернется домой – распахнет ворота поместья клана Сенджу, ступит по вымощенным серым камнем дорогам, под сень деревянных домов и роскошных садов. Белая Ведьма в алом пройдет древесный путь и, преклонив колено, получит все полагающие ей почести; тщеславия ей было не занимать.

Сейчас же Ясуо стояла лицом к лицу со своей сестрой; мокрые волосы обрамляли идеальные черты Рангику, и в больших синих глазах Ведьма видела отражение себя, и, вместе с тем – море, полное соленых слез.

Клинок, что Сенджу держала в руках, тут же скрылся в ножнах; Ясуо вздернула подбородок, храня молчание.

Сенджу Рангику была горячей, как Солнце. Свет ее слепил врага, а улыбка – грела союзника; такой видела Ясуо собственную сестру, и оттого слезы на ее изящном лице заставляли каменное сердце ведьмы сжиматься. Она выдавила из себя улыбку, подходя к принцессе клана чуть ближе. Пальцами она заправила мокрую прядь фиалковых волос Рангику за ухо, а после погладила ту по щеке, будто бы успокаивая.

Руки у Ясуо были холодными; прикосновение обжигало.

– Прости меня, но так было нужно. – Ясуо коротко кивает, вытирая дорожки слез с щек Рангику. – Скоро все кончится, химе. – Сенджу делает еще один осторожный шаг; почти вплотную. Ладонь ее скользит по сестринскому покатому плечу, и Ясуо прижимает девушку к себе – рывком, жестко и крепко, будто бы в последний раз.

«Я не буду обещать тебе, что вернусь».

– У нас мало времени. – Ясуо шепчет едва-едва, так, что ее голос тонет в расстроенных всхлипах. – Я пришла предупредить тебя и Кинтаро. Я знаю, что он тоже здесь. – Сенджу поглаживает сестру по волосам, распутывая между пальцами мокрые пряди длинных лавандовых волос; вымытые, они еще пахнут цветочной водой и вуалью природного аромата хризантем.

– Ты должна быть настороже. – Ясуо сглатывает, перекатывая язык по зубам. Во рту пересохло от волнения; Ведьма чувствует, как сама Смерть дышит ей в затылок, а дверь преисподней готовы открыться, чтобы впустить лучницу внутрь и захлопнуться навсегда. – Я не могу рассказать тебе всего, но я делаю это во благо селения Листа и клана, помни об этом, Рангику.

Она отстраняется, взяв в свои ладони пальцы сестры. Взгляд алых глаз полон сожаления и боли, которую вряд ли можно выразить словами; она подносит руки к собственным губам и целует Рангику запястья.

– Нет ничего сильнее моей преданности. – Ясуо склоняет голову. – Потому я прошу тебя еще раз довериться мне. Когда… Когда ты поймешь, что происходит что-то неладное, я заклинаю тебя – спасайся сама и уводи отсюда Тадашиму. Вы – наследие клана Сенджу, моя надежда на светлое будущее нашего дома.

Ведьма улыбается, прикрывая глаза.

– Обещай мне, что покинешь это место при первой же возможности. – Ясуо сжимает пальцы, обхватывая запястья сестры. – Дай мне слово.

+3

5

Лезвие меча отошло от шеи,  а после прозвучал характерный звук погружения оружия в ножны. Быстро моргая, куноичи пыталась сбросить с глаз пелену горьких слез, но в итоге бросила эту затею, чувствуя, как по щекам скатываются капли. Было невероятно тяжело сдерживать себя, и в итоге Рангику показала то, что копилось в ней долгие месяцы: бессонница, страх потери, ощущение покинутости, отчаяние и бесконечный океан боли. Единственный, кто хоть как-то поддерживал Гику наплаву, так это Тадашима. За эти полгода он стал ей самым близким человеком, заменившим почти всех ее родных, но всегда не хватало одного важного кусочка паззла – присутствие рядом сестры. И вот она подошла ближе, Рангику ощущала тепло ее присутствия, это не была иллюзия, все происходило на самом деле.
Я хочу просто постоять так рядом, ещё немного – Рангику не стала отходить, и даже наоборот сделала полшага навстречу сестре. Ощущая ее прикосновения, Гику на мгновение закрыла свои глаза, уже не боясь увидеть перед собой пустоту. Но лучше бы они обе просто молчали и наслаждались моментом, словно через мгновение ничего не произойдет. Но Ясуо говорила, как и приказала ранее Рангику, говорила-говорила-говорила, разрывая тишину своим голосом. Она слегка дрожащей рукой утирала слезы Гику, гладила ту по волосам, а младшая тем временем погружалась в какой-то транс, желая остаться в нем навсегда. Как вдруг старшая продолжила, буквально вырывая Рангику из пограничного состояния.
Мало времени? До чего? – Сердце ее забилось сильнее, еще немного, и оно было готово вырваться из груди девушки. –«Эта фраза звучит очень тревожно, особенно в свете будущих событий. Неужели что-то угрожает подписанию договора? Или кто-то планирует напасть на нашу семью?»– лицо Рангику постепенно менялось, уходила та былая мягкость, дыхание ее затаилось, словно она ожидала очередного предательства.
Ты никогда мне ничего не рассказываешь, а если это и происходит, то говоришь загадками, – голос становился строже, наша химе начала чувствовать что-то неладное, слова сестры звучали очень неуверенно, словно она сама была над пропастью, не решаясь броситься в неизвестность. Что же ей угрожало? Кто мог повлиять на нее таким образом, что она молчит даже о самых важных вещах? С каждой встречей сестёр Рангику чувствовала изменения в Ясуо: былое спокойствие девушки ушло, а на его место пришла тревога, которая с каждым разом становилась только больше. Выражалась она в неспособности сказать все, как есть, поделиться хоть с кем-то своими переживаниями, проживая весь свой страх внутри себя. Путь одиночества.
Что тебе известно? О какой угрозе идет речь? – чувства накалялись, но никто из пары пока не решался сделать первый шаг для действий. Голос Рангику дрожал, ей было страшно, и оно неудивительно; неспособность хоть как-то повлиять на грядущие события создавали ощущение уязвимости и бессилия. И даже для такой сильной куноичи, как Гику, чувство страха было буквально парализующим.
Хорошо, я покину это место, но только вместе с тобой, – в этот момент она как-то недобро посмотрела в глаза своей сестры, которая была совсем рядом, обнимая в этот момент Рангику. – «Если я снова дам слабину, то она уйдет, и, возможно, уже навсегда. Мне прекрасно знаком этот тон прощания безнадежно больного, потому я ...» – немедля она сложила ряд печатей, после чего направила руку на свою сестру. Множество ветвей намеревались обхватить той торс, руки и ноги, чтобы лишить дальнейшей возможности бежать. Рангику не до конца знала, что будет делать после завершения техники, но об этом она подумает позже. Сейчас Ран было важно задержать сестру, пусть даже и таким брутальным образом.
Я больше не допущу прошлой ошибки, и просто не отпущу тебя, – взгляд не менялся, на глаза нависла тень, словно куноичи скрывала свои настоящие чувства. Ей было невероятно больно нападать на собственную сестру, которая, возможно, доверяла Гику больше, чем остальным.

тч

115 - 2 = 113 ед.ч

Mokuton: Daijurin no Jutsu - Стихия Дерева: Техника Великого Леса

Техника, которае позволяет пользователю создавать из своей руки целый древесный ствол. Благодаря использованию чакры, ткани тела превращаются в дерево на клеточном уровне. Затем, активируя дерево и позволяя ему стремительно расти, ствол удлиняется и разделяется на множество ветвей. По воле пользователя, эти "ветви" могут менять свою форму, и представляется возможным захватить противника, если превратить ветви в бесчисленные острые, копьеобразные орудия, пронзающие врага, они также могут быть применены как в защитных целях, так и в атакующих.

✦ Техника произрастает из руки пользователя, поэтому пока его рука является источником роста, и еще не отделена от ствола, он может свободно управлять стволом.
✦ Древесный ствол растущий из руки пользователя, может различаться как формой, так и размерами.
✦ Малый ствол. Данная версия техники может быть применена, для выращивания небольшой формы, необходимой для различных нужд. Например чтобы создать разлом в камне и т.д.
✦ Средний ствол. Данная версия техники, позволяет пользователю создать значительные ветви из своей руки, управляя которыми он может воспользоваться вплоть до дальней дистанции до 15м.
✦ Большой ствол. Данная версия техники, позволяет пользователю создавать огромные ветви из своей руки, управляя которыми он может растянуть ствол на любую дистанцию. Создав большое количество кольев, пользователь может использовать их как мощную атаку.

https://sun9-21.userapi.com/c855616/v855616034/146608/MvuxeHcJ5lc.jpg
Классификация: Ниндзюцу, Кеккей генкай
Свойство: Стихия Дерева
Ранг: -
Тип: Атака, Защита, Поддержка
Дальность: Все Дистанции
Ручные печати: Тигр → Лошадь → Тигр → Змея
Чакразатратность: 2(5(8))

+3

6

Ясуо потерла пальцами переносицу. Их встречи с Рангику всегда превращались в прощания; с тех самых пор, как она посвятила свою жизнь «Корню» и его людям, она перестала рассказывать о том, что делает и с какой целью совершает те или иные действия. Каждый раз Белая ведьма уходила, чтобы вернуться, но в это самое мгновение она не была уверена в том, что ее возвращение будет триумфальным – и свершится ли оно вообще.

Она хотела бы рассказать Рангику все; о белом демоне, в чьих руках сверкали клинки смерти, о творении бездны, что пошел на сделку с дьяволами рода Учиха, о чудовище в обличии юнца с глазами алыми, как рубины. Это была бы красивая, но жуткая сказка с плохим и поучительным концом.

Ясуо хотела, но не могла; и дело было даже не в проклятии, наложенном на ее язык. Все эти знания приносили лишь горе и смерть; Сенджу не могла подвергнуть опасности свою сестру – кровь от крови, плоть от плоти, наследницу величайшего из кланов под сенью листвы.

– Мне известно слишком много, Рангику. – Ясуо хмурится, всматриваясь в решительные глаза сестры. Она знает, если Рангику решит что-то для себя, то не отступит – совершит ошибку, о которой будет жалеть ведьма. – Я пришла предупредить тебя, чтобы ты и Тадашима были в безопасности. Сделала это, несмотря на риск и возможный провал моей миссии.

Ясуо чувствует, как концентрируется чакра внутри Рангику, как скоро и спешно она выбрасывает ладонь вперед, но Сенджу стоит, будто мраморная статуя. Древесные отростки оплетают ее руки, ноги и торс, сковывая ее; Хризантема опять спешит, и на напуганном, расстроенном лице Ясуо видит непонимание и обиду, которые мучают ее подобно червивому паразиту.

Ведьма сожалеет, ведь не может помочь – отгородить от сомнений, защитить от подозрений и страха, а ее молчание лишь кормит это чудовище стократно.

– Рангику, – Женщина закрывает глаза, откидывая голову назад. Ее пальцы едва-едва движутся, свободные от оков; меч вырывается из ножен, рассекая древесные прутья, высвобождая Ясуо из пут. Клинок описывает несколько дуг вокруг Сенджу, а после зависает в воздухе, будто бы готовый вновь сорваться в атаку. – Ты не можешь просто взять и спрятать меня от целого мира, покуда я не имею этого желания.

Ведьма покачивает головой, обходя обрубки сучьев по кругу и приближаясь к одному из окон. За стеклом на город Мао опускалась ночь; на небе уже проступили первые звезды.

– Я хочу подарить тебе и нашему народу светлое будущее, сделать нашу страну сильной, как когда-то прежде. Это мой долг; твой же – спасти себя и Тадашиму, потому что вы оба нужны клану. Вы нужны мне.

Сенджу вновь бросила взгляд волчьих красных глаз на сестру.

– Мы в шаге от пропасти, Рангику, но, поверь мне, когда все кончится – солнце вновь взойдет.

+4

7

Ты же понимаешь, что я не отступлю, — «Тогда почему ты все ещё сопротивляешься?! Зачем это все, ради чего или кого?» — речь не столько о физическом сопротивлении, сколько о нежелании Ясуо подпускать к себе хоть кого-то, даже самых близких. И в то же время она говорила о доверии, любви, о будущем клана, но действия ее шли вразрез со сказанными словами. Да, Рангику многого не знала, но в ее глазах все выглядело так, будто Ясуо ушла из семьи ради каких-то неизвестных Гику людей, которые вбили той какие-то свои идеологии и мысли. И весь этот кошмар начался после встречи сестер с неким Якуши Джингаса – вполне возможно он как-то повлиял на сестру, изменив ее отношение к клану и деревне.
И тут началось самое интересное: меч, что ранее находился в ножнах, тут же взмыл в воздух и разрезал древесные путы, освобождая свою хозяйку из плена, а после угрожающе навис над парой, готовясь в любой момент атаковать. И не понятно кого именно: технику или Рангику. В любом случае этот жест глубоко ранил Гику, она никогда не думала, что Ясуо наставит на сестру свое оружие. К слову, о его интересном свойстве парить младшая даже не задумывалась, сколько думала о том, как сильно сестра поменялась с момента их последней встречи.
Ты направила на меня меч? Да что с тобою стало, Ясуо?! — чакра Ран словно разогревала воздух, делая тот в радиусе двух-трёх метров почти непригодным для дыхания, а постоянно работающее сенсорное восприятие лишь усиливало эффект. Под ногами куноичи начало трескаться каменное покрытие, не выдерживая натиска, и казалось ещё немного и помещение разделится на две половины, чертя четкую линию между парой сестер Сенджу.
Все начало меняться после той встречи с Якуши. Ты стала упоминать какие-то заговоры, вести себя подозрительно, а потом и вовсе отдалилась от семьи. Он, этот гнусный змееныш, виноват во всем, да?!  — она поджала губы, а после зло оскалилась, слегка поддаваясь вперед. Ран развернулась спиной к оружию, не боясь получить удар, ведь вряд ли Ясуо опустится до того, чтобы атаковать родного человека в спину, — Ты либо рассказываешь мне сейчас все, что скрываешь от меня и семьи, либо я делаю то, о чем, возможно, пожалею, — печать на лбу активировалась, но рисунок ещё не изменился.
Меня порядком достала эта недосказанность, потому пора с ней заканчивать , — она сделала уверенный шаг навстречу Ясуо, в этот момент рука куноичи сжалась в кулак так сильно, что послышался характерный хруст. Дыхание Ран стало глубже и медленней, она пыталась сдерживать себя, до последнего надеясь на честность сестры. Хотя надежда гасла с каждой минутой ожидания.

тч

подготовка к использованию Бьякуго

+2

8

Ясуо было больно. Она смотрела на свою сестру, понимала ее горечь и печаль; будь она, Белая Ведьма, на месте принцессы клана Сенджу, то, как бы она поступила? Скорее всего, заставила бы любыми способами рассказать сестру о том, что же с ней происходит. Через силу, слезы, мучительные вопросы, походящие на иголки под пальцами; все что угодно, лишь бы знать правду.

Это было эгоизмом. Сенджу с удивлением понимала, что именно этот порок объединяет новое поколение клана; их нездоровое желание обладать, добиваться, идти, несмотря на последствия.
Ясуо выдохнула, отступая и перехватывая меч в ладонь; клинок ложился идеально, будто бы был создан для жесткой руки Белой Ведьмы. И, все же, она не хотела драться – не потому, что боялась, будто бы покалечит сестру; нет, отнюдь, Сенджу Рангику не была слабачкой и Ясуо не стала бы обижать сестру подобной низостью.

За долгое время, что Ведьмы не было в селении, Рангику стала во много раз сильнее, и, пожалуй, превосходила женщину во многих областях искусства ниндзя. Если бы сестра оказалась для нее настоящим врагом, то куноичи не стала бы вступать с Рангику в прямое столкновение, избрав тактику изнурения или тихого, подлого убийства, свойственного их профессии ниндзя куда больше, чем многие думают.

– Рангику! – Ясуо бросила несколько быстрых взглядов; за спину сестре и в окно. – Послушай меня, о, демоны преисподней! – Сенджу рыкнула, скривившись, будто бы от зубной боли – острой и игольчатой. – Не смей мне говорить, что я наставляла на тебя оружие, когда ты пытаешься силой удержать меня, сестра. – Рубиновые волчьи глаза Ясуо подернуты нездоровым блеском; капилляры в глазах давно полопались – она не знала отдыха и здорового сна уже много недель.
– Да, это правда. Мое поведение может казаться странным и безрассудным, но поверь, в этом не виноват Банира… – Сенджу начинает двигаться по кругу, будто хищница, готовая защищаться; но уловка ее была не в том, чтобы напасть – если Рангику не станет ее слушать, она покинет сестру куда быстрее, чем та сможет себе представить. – Джингаса… Он… – Женщина поморщилась, чувствуя, как печать на языке жжется до нестерпимой боли. – Скоро все кончится. Я… Вернусь домой.

«Я хотела бы вернуться домой».

– Если ты не веришь мне, то… – Сердце пропускает удар. Ужасающая правда накатывает, как прилив.

«Неужели ты правда мне не веришь, Рангику?!»

– Найди Катсураги. Он… Должен быть здесь. – Ясуо облизывает губы. Катсураги никогда не сомневался в Ведьме; он был ее Голосом – потому что печать отняла у Сенджу слова. Она хотела лить слезы – навзрыд – от щемящей в груди несправедливости; как Рангику могла так поступить с ней? Разве не ради нее, не ради клана и целой страны она делала все это?!

«Что ж, Шимура, я понимаю тебя. Куда больше, чем одинокий в своем пути Белый Демон».

– Если ты продолжишь, то мы обе пожалеем об этом. – Ведьма щурится, вглядываясь в лицо сестры; мягкие черты лица, опухшие глаза и слезы. Она видела выжженные дорожки соли на щеках Рангику, видела океан гори и реки несказанных слов.

– Здесь опасно! Опасно, понимаешь?!

+2

9

- Ты говоришь, что хочешь вернуться домой, но ничего для этого не делаешь, даже сопротивляешься, если я пытаюсь тебе помочь. Кто-то держит тебя в заложниках, так скажи кто, позволь мне вытащить тебя из этой западни! – Ясуо отказывалась говорить, приходилось клещами вытягивать из нее информацию, но чем дальше этот разговор шел, тем больше куноичи путалась в своих догадках. Она запуталась так сильно, что не понимала за что сражается ее сестра, какие у нее мотивы, и что ожидать от нее в дальнейшем.
Банира? Вы уже прозвища друг другу дали?! – в этот момент уголок губ куноичи дрогнул, а в голосе звучала недобрая усмешка; Рангику умудрялась ревновать свою сестру даже в такие моменты, игнорируя достаточно опасную для обеих девушек ситуацию. – «Она не хочет возвращаться домой, она твердо решила, что семья ей не нужна, зато важны какие-то левые типы, они - ее новая семья» – словно что-то науськивало Рангику, это были ее страхи и неуверенность, бессилие хоть что-то поменять. Это чувство было самым ненавистным, самым обезоруживающим, особенно, когда дело касается семейных проблем. 
Она сейчас была просто в ужасе от сложившейся ситуации, весь страх и боль вырывались из нее, не давая ни секунды для покоя и принятия здравого решения. Испытывая постоянный стресс, Гику впервые за долгое время не смогла активировать печать, чувствуя, как что-то внутри треснуло словно хрустальный шар. Рангику поморщилась от боли, чакра, которую она была не в состоянии контролировать, причиняла куноичи самую настоящую боль, пусть и эти раны не наносили телу видимых увечий. Чакра наносила внутренние раны, сдавливая органы дыхания и сердце. Закрыв на мгновение глаза, она чуть не потеряла сознание от постоянной боли, которую ей приходилось терпеть. –«Что со мной происходит? Такого раньше не было!» - дыхание участилось, Гику была близка к тому, чтобы поддаться панике, но ей пришлось принять, пожалуй, самое взвешенное решение – закрыть доступ к печати.
Тем временем Рангику стояла на своем месте, в то время как сестра наматывала круги, но все еще держала дистанцию. Совсем скоро бирюзовые глаза, что еще минуту ранее выражали хоть что-то, сейчас не выражали ничего, кроме холода и безразличия. Смотря на Ясуо исподлобья, девушка не прерывала зрительного контакта, словно готовясь к очередной атаке. Внутри вновь все начало вскипать, но сил бороться с порывом эмоций не было, хотелось наконец сбросить с себя то, что мешало ей жить все это время. Наконец куноичи сделала первый шаг, дав сестре возможность покинуть эти покои.
Уходи. Ты делала это и раньше, потому тебе уже не привыкать, – ладонь резко приземлилась на спинку кресла, куноичи старалась держаться на ногах, но с каждой минутой тяжесть возрастала, лишая девушку сил, – Уходи прочь! – уже срываясь на крик, проговорила на повышенных тонах Сенджу. Второй рукой, словно рассекая воздух, она отмахнулась, поддаваясь истерике. – «Я ненавижу себя, я просто не могу ничего сделать, я не могу ее вернуть, если она того не хочет» – внутри стало невероятно горько от слов, от бездействия, от бессилия, и от страха потерять еще одного близкого человека, и на этот раз, возможно, навсегда.

+3

10

Ясуо глотает подступивший к горлу ком слез; она и раньше умело держала себя в руках, когда хотелось вытолкнуть из себя заряд накопившихся эмоций. Не срывалась на крик, не показывала своих слез; лишь сдержанно натягивала улыбку, сдавливала себе пальцы, чтобы ни единая мышца на лице ее не дрогнула, не показала даже толику человеческой слабости, присущей телу.

Чувства – обоюдоострый клинок; они делают нас слабее – они делают нас сильнее. Однако люди не видят в проявлении эмоций мощь, лишь бессилье, а Ясуо не хотела, чтобы она запомнилась кому-то изнеженной принцессой, которой позволительны горькие слезы. Так она решила для себя.

Алые глаза пожирали Рангику. Она на пределе! На грани! Над пропастью! Сенджу делает осторожный шаг к своей сестре, но осекается, останавливается, видит решимость, недоверие, отчуждение; потому – отступает.

Ясуо хочет обнять Рангику; притянуть к себе, стиснуть и сжать, спрятать от неприветливого мира; дать ей возможность выпустить те водопады слез, что она копила в себе и копит до сих пор, но Ясуо не может. Горло ей сдавливает долг, руки – обвиты цепями; она пожертвовала слишком многим, чтобы сейчас оступиться.

«Прости меня. Прости меня, Рангику». – Думает Ясуо, но губы ее плотно сжаты, а во рту пересохло, будто она проглотила горячий камень, а он предательски встал поперек глотки не давая вымолвить и слова. – «Прости, прости, что мне снова приходится делать тебе больно».

«Ты – луч света, милая Рангику». – Пишет Ясуо в письмах, что никогда не отправит; если кому-нибудь станет известно, что Белая Ведьма держит связь с семьей, то все они окажутся в опасности. Допросы и пытки будут ждать рядовых членов клана, а что станется с самой Хризантемой? Недели или месяцы карцера? А Тадашима? Принудительное изъятие джинчурики? Боги милосердные, даже если он сможет сбежать, то все селение обратит свои мечи против Сенджу и их постигнет забвение. Всех до единого.

Ясуо позволит сестре ненавидеть себя, но сойдет с ума, если с Рангику что-то случится.

– Дело совсем не в нем. – Выдавливает из себя ведьма-сказочница.

«Милая моя Рангику, на твоих плечах лежит многое, но что бы ни случилось, знай – я на твоей стороне». – И рука Сенджу дрожит, делая строки не идеально ровными; смазанными, съехавшими. – «Как Луна следует за Солнцем, так и я буду идти за тобой, защищая».

Ясуо больно от сказанных сестрой слов. Она гонит ее, равнодушно и слепо, отвергая исторгаемые из нутра Сенджу звуки, нелепые оправдания.

«Разве я прошу так много?!» – Мысленно молит Ясуо, но вместо того, она безнадежно кивает, чувствуя, как вырастает между ней и Хризантемой непроходимая ледяная бездна. – «Разве я заслужила это?!»

Сенджу разворачивается на каблуках, подходит к кровати своей сестры; из кармана она достает небольшую шкатулку из белого дерева, с резьбой и инкрустацией; все, как любит Ясуо.

– Это подарок. К вашему с Тадашимой торжеству. – Белая ведьма кивает куда-то в сторону, обращаясь к сестре в пол-оборота. – Прощай, Рангику.

В комнате от присутствия Сенджу осталось немногое; запах табака, невыплаканных слез и шкатулка из белого дерева; подарок от Белой Ведьмы.

+4

11

за завершение эпизода первой арки @Senju Rangiku получает 10 ОП и 1.000 опыта.

[nick]Game Master[/nick][status]сто лиц [/status][icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/001a/74/14/2-1567973623.png[/icon]

+1


Вы здесь » NARUTO: Exile » Каменный город » X. Ария света и тьмы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно