ПОСТ
ЯМАНАМИ КЕЙСКЕ
— Крайне удручающее зрелище... — едва слышно произнёс Кейске. И вправду, при близком рассмотрении, можно было с уверенностью сказать, что в этом месте люди не жили, но выживали. Покосившиеся одноэтажные дома, обветшалые стены, редкие ограды и пустые погреба. Одежда местных жителей также оставляла желать лучшего, как и их внешний вид в целом. Грязные, изнеможённые ужасным климатом и войной, они носили рваные тряпки, и казалось бы даже не замечали этого. Достоинство давно ушло из жителей Инамуры, а все их надежды погрузились на дно болота, окружающего поселение.
Читать дальше...
НУЖНЫЕ
НОВОСТИ
Манга, аниме "Наруто" (NC-21) • Локационка • август - сентябрь 609г.
список администрации
• Форум терпит некоторые изменения, и самым очевидным обновлением является дизайн. Теперь он у нас светленький!
• Был обновлен список плюшек, просим всех ознакомиться с изменениями.
Рейтинг форумов Forum-top.ru
NARUTO EXILE

NARUTO: Exile

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NARUTO: Exile » завершенные эпизоды » [Fb] К чему приводит любопытство


[Fb] К чему приводит любопытство

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

К чему приводит любопытство

Дата, время:  603 г. / начало апреля.
Имя, Имя Зетсубо (22), Сенджу Рангику (17)
Страна, местность: Страна Огня, Коноха, лазарет арены
Описание: события происходят во время экзамена на чунина. Рангику проходит мед-практику, где залечивает раны всем пострадавшим генинам. Скучные и однотипные будни скрашиваются редкими встречами с интересными людьми, в числе которых был Зетсубо - на первый взгляд неприметный шиноби Страны Воды. В ходе общения девушка узнает, что молодой мужчина, как и Ран, интересуется медициной.

https://static.tumblr.com/15cea83f25bde5516a915b2f57eb20f5//bQFnyws3g/tumblr_static_tumblr_static__focused_v3.jpg

Для Рангику это был ничем непримечательное начало дня – сбор карточек, изучение информации, помощь юным пациентам, и был бы этот день таким же скучным, как и все остальные, если бы не встреча с загадочным человеком, что ведомый своим интересом, забрел в самый центр лазарета. Двумя этажами выше происходили сражения, на арене вершилась судьба молодых шиноби, но почему-то незнакомец предпочел одинокие прогулки по коридорам нижних этажей арены. Взгляды обоих пересеклись, когда куноичи случайно бросила взор на широко открытую дверь, за которой мелькала одна единственная фигура. Поначалу молодой мужчина не заметил на себе чужого взгляда, потому без суеты прошел дальше. Неторопливым шагом некто прошел сначала вперед, но не найдя там ничего интересного, он шаркающей походкой отправился обратно, и уже тогда он не смог убежать от цепкого взгляда практикантки.
- Вам чем-то помочь? – шиноби мог сразу узнать в девушке мед-работника, ведь на ней был медицинский халат, а в руках карточка одного из участников экзамена. Рангику стояла в двух метрах от настежь открытой двери, крайне недоуменно, но беззлобно смотря на неприметную фигуру незнакомца. Такие, как он – идеальные шпионы, никто толком не вспомнит их отличительных черт, по банальной причине их отсутствия, но в этот раз маскировка не сработала, ведь молодой мужчина был одним в пустом коридоре, а большинство людей находились все же двумя этажами выше. Сенджу не подумала ничего дурного, гость вполне мог заблудиться и не найти пути обратно.

0

2

В этом году дела кирийцев обстояли так себе. Только трое генинов сумели добраться до этапа поединков, и лишь один из них сумел одержать победу. Мизукаге будет крайне разочарован.
Впрочем, нельзя было сказать, что юные кирийцы не старались. Первому проигравшему не повезло наткнуться на девочку из клана Нара. Несмотря на то, что та была из селения соперников, Зетсубо был приятно удивлен ее смышлености. Наблюдать за ней было крайне увлекательным времяпрепровождением. Второй генин - Такехито, попросту не был готов. Как только возникла возможность попасть на экзамен - он тут же ей воспользовался, за что и поплатился. Не учел, что против него были те, кто уже не первый раз пытались пройти и были куда опытней, чем он. Потому и сидел сейчас с торчавшей в ноге стрелой.
По-хорошему, ему могли помочь многочисленные медики листа, которые шастали по лазарету. Однако, Зетсубо было наказано самому заниматься ранами своих генинов. Не потому что Кири не доверяли Конохе (хоть и было это так), а скорее для того, чтобы сам Зетсубо набирался опыта лечения «на поле боя». Не вечно же ему штаны просиживать в лаборатории. Так что сейчас, вместо основного помещения, где были сконцентрированы все медики, они с командой сидели в одной из отдельных палат.

Говорил же, подожди следующего раза. - вторил юнцу раз за разом сенсей, что со злорадной ухмылкой на лице наблюдал, как того корчит от боли. — Ничего, будет тебе уроком.
Я... - он резко издает шипение, когда Зетсубо отламывает острый конец стрелы, что прошел сквозь бедро. — Не хочу закончить как эти лузеры...
Фраза эта, несомненно, была нацелена на двух остальных генинов, каждый из которых уже несколько раз предпринимал попытки пройти экзамен. И один из них, на третий раз, все-же сумел это сделать.
Сам Зетсубо, который, к слову, из своего выпуска последним получил звание чунина, не видел ничего плохого в том, чтобы предпринять несколько попыток или, того лучше, пропустить экзамен, чтобы как можно лучше подготовиться к следующему. Однако новое поколение генинов, которые, по сути, все-еще были детьми, наивно верили, что было зазорным в тринадцать лет быть «всего-лишь генином». Они еще не успели столкнуться с суровой реальностью. С реальностью, которая проглотит их и выплюнет. Будь Кири на войне, этот паренек сейчас валялся бы в какой-нибудь сточной канаве затыканный стрелами. Вместо этого, ему дали возможность подумать над своими ошибками.

Я сейчас вытащу стрелу, ладно? - обратился Зетсубо к Такехито.
Дожидаться ответа он не стал и резко выдернул стрелу. Но стоило ему это сделать, как яркая алая кровь тут же фонтаном хлынула из раны. Из одного ее цвета было понятно, что она была артериальной. Теперь, медлить было нельзя. Быстрым движением руки он выудил из аптечки жгут, который тут же наложил выше раны. Кровотечение замедлилось, но этого было недостаточно.
Держите его. - не переводя взгляда с дыры в бедре генина, резко приказал Зетсубо.
Двое генинов растерянно посмотрели сначала на своего камрада, заливавшего пол лазарета кровью, а затем на сенсея. Сенсей же - мужчина по имени Нагамаса, лишь молча стоял рядом с дверью, но уже без улыбки. Он знал, что Зетсубо не допустит смерти паренька, а потому хотел, чтобы двое других генинов сами помогли ему, что они, после нескольких секунд сомнений, в конечном счете и сделали. Один из них ухватил Такехито за туловище, второй - за здоровую ногу. Сам же Зетсубо, все еще не отводя взгляда от струи алой крови, вытащил из сумки на поясе щипцы. Быстро осмотрев рану, он за несколько секунд локализировал и перекрыл пробитую артерию, что сразу же заметно замедлило кровотечение.
Хватит выть, как девчонка. - вновь рассмеялся сенсей, убедившийся, что все пока под контролем.
Действительно, звук, производимый Такехито и вправду походил на жалкий вой, хоть Зетсубо и не охарактеризовал бы его как девичий. Скорее, как вой раненой собачонки.
Эффекта слова Нагамасы никакого, однако, не возымели и тот продолжил скулить дальше.
Как только артериальное кровотечение было остановлено, Зетсубо достал, наконец, быстродействующее обезболивающее, которое и передал генину. Затем, немного порыскав по карманам и подсумкам, достал хирургическую иглу и специальную нить, которая имела свойство через какое-то время рассасываться. Подождав, пока обезболивающее не начнет действовать, Зетсубо соединил аккуратными швами разорванную артерию, после чего принялся заживлять рану Мистической Рукой. Техникой, которой, с одной стороны, он восхищался, но с другой стороны презирал, ведь она являлась одной из причин того, почему медицина была настолько неразвитой в мире шиноби. Большую часть болячек можно было вылечить этой техникой. А те, что нельзя было - ну что-ж, так уж Джашин захотел.

Через небольшой промежуток времени рана уже затянулось, и можно было сворачиваться. По сути, их участие в экзамене закончилось, а потому причин оставаться здесь ни у кого не было. Тем не менее, Зетсубо не горел желанием уходить так быстро, ведь это был его первый визит в Коноху.
Идите на трибуны. - обратился он к генинам в очередной раз. — Наблюдайте за поединками. Вполне вероятно, в следующий раз вам придется столкнуться с кем-то из них.
Такехито молча, с крайне недовольным выражением лица, поковылял к выходу, а в след за ним и двое других.
Я приберусь здесь. - взглядом окидывая забрызганное кровью помещение, пробормотал он. — Присоединюсь к вам позже.
Нагамаса утвердительно кивнул и так же вышел из помещения.

Зетсубо, наконец, остался один. И, пользуясь возможностью, решил немного побродить по местному лазарету. Выйдя в коридор он с удивлением обнаружил, что вокруг никого не было. Ни в самом коридоре, ни в помещениях, прилагавших к нему.
Хм... - пробубнил он себе под нос, озираясь по сторонам. — Есть кто живой?
Ответа не последовало. Пожав плечами, он медленным шагом пошел вдоль коридора. На протяжении всей своей прогулки он замечал, что архитектура Конохи заметно отличалась от архитектуры Кири. Первым в глаза ему бросилось то, что потолки здесь были крайне высокими. Там, на родине, потолки были настолько низкие, что ты мог до них достать рукой. Здесь же - ты мог даже прыгнуть и не достать до них. А сами помещения были куда просторней. Одна только палата, в которой Зетсубо обрабатывал рану Такихито была размером с половину его квартиры, за которую он платил немало денег. «Наверное, это как-то связано с тем, что в Стране Воды мало суши.» - рассуждал парень, но точно знать не мог. Одну за другой, он миновал железные двери, на каждой из которых были указаны номера, пока, наконец, не добрался до самого конца коридора. И здесь, наконец, он нашел служебную комнату. Зайдя в нее, не тратя время почем зря, нашел ведро, половую тряпку и, набрав воды, направился обратно в свою заляпанную кровью комнату. Минут десять у него заняло отскребание крови Такихито от пола и мебели, но все-же это было сделано.
Вернув ведро с тряпкой на место (предварительно почистив их, вестимо), Зетсубо закрыл служебную комнату и вновь обнаружил себя в коридоре. Подниматься на трибуны желания особого не было - наблюдать за тем, как генины пытаются друг друга прибить - такое себе зрелище. Еще более жалким зрелищем было то, как представители различных селений мерились половыми органами за счет этих самих генинов.

Так что, не найдя других альтернатив, Зетсубо решил еще немного прогуляться по нижним этажам арены, а потом уже, наверное, вернуться к своей команде. В этот раз, правда, одному остаться ему не дали. На выходе из основного зала лазарета, где в перерывах между поединками лечили раненых, к нему обратился женский голос.
Вам чем-то помочь? - вопросил он.
Зетсубо, все это время витавший где-то в облаках, даже не услышал приближения медика, до тех самых пор, пока ее голос не спустил его на землю. На секунду растерявшись, он выдавил из себя классическое «А?», хотя прекрасно слышал вопрос. Делал он это рефлекторно, скорее всего, чтобы выиграть немного времени на то, чтобы подумать над ответом.
Перед ним стояла совсем юная миловидная особа, облаченная в медицинский халат. Зетсубо не мог не заметить, что цвет волос у них был весьма схож. С той лишь разницей, что его волосы были куда более тусклыми и совершенно неухоженными. И глаза у нее были выразительные, полные жизни, чего нельзя было сказать о пареньке, с его зенками, напоминавшими мутные стекляшки.
«Помочь? Зачем мне помогать?» - недоумевал он, пытаясь понять, к чему был вопрос. И лишь секунду спустя до него дошло. Быстро осмотрев себя, он обнаружил, что белая футболка его была вся заляпана в крови Такихито. И если с рук он ее и смог смыть, то футболку уже было не спасти.
Нет. - коротко возразил парень. — Это не моя кровь.
Не дожидаясь реакции медика, он зашагал дальше, однако еще через секунду понял, как странно мог звучать его ответ со стороны. Шиноби чужого селения ходит один, заляпанный в крови, что же в этом подозрительного?
А, ну это... - пробубнил он, снова пытаясь выиграть время. — Своих генинов обрабатывал. Один из них поймал стрелу в бедро. Задело артерию, вот он и забрызгал все. Но не переживайте, я прибрался в палате. Ну и с генином все в порядке.
Да, вести нормальные беседы Зетсубо не умел от слова совсем. Но его, опять же, это ни разу не смущало. Решив, что объяснения его были исчерпывающими, парень пошел дальше по коридору, и, пройдя несколько метров, внезапно остановился.
Хотя! - разворачиваясь, вновь подал он голос. — Есть кое-что, с чем Вы могли бы мне помочь.
И опять, как последний дурачок, Зетсубо зашагал обратно к девушке, которая наверняка уже устала от него.
Прозвучит странно, но я хотел бы узнать, могу ли я погулять по селению? - он заметно сжался, понимая, что авторитета в здешних краях у него никакого не было, а значит ему нужно было вести себя менее вызывающе и более дружелюбно. — Не поймите меня неправильно. Первый раз покидаю родные края. Не хотелось бы все это время торчать на трибунах, наблюдая, как детишки лупят друг друга. К тому же, мои генины уже закончили, так что у меня есть немного времени перед тем, как придется возвращаться домой. Но я совершенно не в курсе, каков регламент касательно перемещения шиноби по селению.
С чем-то отдаленно напоминавшим детскую надежду в глазах, он наблюдал за реакцией куноичи, в голове уже представляя, как гуляет по местным улочкам. Ему действительно раньше не доводилось покидать родное селение. Да чего уж там говорить, он и в своем-то селении не все видел. Большая часть дней его проходила где-то под землей, в забытых богами и людьми лабораториях, так что для него это была редкая возможность, которую ему не хотелось бы упускать.
Ах да... - в очередной раз вспомнил, что забыл что-то важное, добавил он. — Зетсубо. Приятно познакомиться.
Шиноби вежливо поклонился.

+1

3

Недолго думая, куноичи издала похожий звук, что и молодой мужчина. Кажется, это называлось отзеркаливанием, процесс, когда человек повторяет те же действия, что и его собеседник. Правда в данном случае это действие было бесполезным, девушка не пыталась войти в доверие случайного прохожего, просто была немного удивлена реакцией шиноби. В этот момент Ран так сильно погрузилась в собственные мысли, что минута молчания прошла для нее словно секунда, а полезные мысли в этот момент обошли прелестную головушку нашей героини, заставив ее повторить тот же звук, что и проходящий мимо человек. В общем из ничего создалась достаточно неловкая, но комичная ситуация. Поморщив свой лоб, Ран дала себе еще секунд пять на размышление, потом уже решилась выдать что-то более членораздельное, как вдруг вновь заговорил таинственный гость из Дальней Воды, выдав решительное «нет». В этот момент она и взглянула на него повнимательней, замечая на его одежде густые капли крови, что навели куноичи на мысли о том, что этот некто поранился. Не убил кого-то по дороге, не помог кому-то, а то, что сам нуждался в помощи, но почему-то от нее отказывался. Провожая фигуру взглядом, куноичи слегка приблизилась к двери, дабы не упускать из виду шиноби Кири, что шел как-то неуверенно. В целом, взглянув на него, можно было с уверенностью сказать, что человек он нелюдимый, ибо его социальные навыки оставляли желать лучшего. Но не будем с ним строги, человек находился в чужой деревне, потому мог испытывать легкую неуверенность в общении с другими людьми. –«Надо бы проследить за ним, а то вдруг ему хуже станет» - за небольшой промежуток времени куноичи также пришла к выводу, что скорее всего на одежде этого человека чужая кровь, а это уже могло навести на дурные мысли, если бы не своевременная ремарка гостя.
Все встало на свои места, но беспокойства девушки не уменьшило, и раз уж она выполняет роль медика на этом мероприятии, то должна оказать помощь словившему стрелу генину. Молча слушая, и наверняка еще больше нагнетая обстановку, она буравила взглядом мужчину, не перебивая его. Он наверняка думал, что медик сложила о нем какое-то неправильное мнение, что стоило бы ему замолчать, но девушка думала в совершенно ином направлении: она беспокоилась уже за состояние генина, и пусть она не сомневалась в навыках этого человека, куноичи предпочитала проследить и проверить его состояние самостоятельно. – «Медик значит, как и я. Он старше меня, и, наверное, опытней в этом деле» - подумала про себя куноичи, после чего молча кивнула в ответ собственным мыслям. Встав в дверного проема, упираясь плечом в косяк, вид у нее был достаточно обескураженный, ведь в разговоре фигурировал молодой пациент, и никто не знает, стало ли ему лучше на самом деле после действий своего сенсея или нет.
- Да фиг с ней, с палатой, главное, чтобы ребенок был жив! – вдруг перебила его куноичи, едва ли не срываясь на крик. Она вдруг засуетилась, взглянула то на папку с делом, то куда-то назад, то снова на папку, пока не решила бросить ее на стол. С характерным звуком папка шлепнулась на поверхность, после чего девушка воспользовавшись небольшой паузой в речи шиноби, взяла с крючка ключи и вновь вернулась к дверному проему, параллельно слушая слова мужчины. Знал ли он, что своим рассказом спровоцирует куноичи на какие-то действия?
- Посмотрим  потом на вашего генина. В его деле наверняка фигурирует ваше имя, потому я быстро найду нужную карточку, – она резко закрыла за собой дверь, провернув в замочной скважине ключ, после чего уложила небольшую связку в свой карман халата. Незнакомец продолжил разговор, решив немного сократить с Рангику расстояние, продолжив общение с самой неожиданной темы: прогулка по селению, одиночная или нет, но куноичи сначала подумала, что этот человек зовет ее на свидание. Недоуменно взглянув на собеседника, она быстро поморгала, хлопая своими ресницами; нависло небольшое напряжение, куноичи явно испытывала сейчас когнитивную нагрузку, однако совсем скоро поняла, что гость деревни не имел ввиду ничего дурного, да и вообще говорил лишь про себя. Его вопрос стал ясным в тот момент, когда куноичи поняла, что шиноби Кири на улицах не родной деревни -  дурной знак для селян, потому сразу принялась думать над ответом. Давать явное разрешение она не могла, учитывая, что она лишь чунин, однако могла бы предложить ему взять кого-то из местных в качестве сопровождения, но теперь уже выйдет, что она напрашивается на прогулку. Она не подумала о том, что за шиноби Кири уже может идти слежка, потому ответила следующее:
- Есть часть деревни, открытая для туристов, она находится ближе к резиденции Хокаге, там, я думаю, вы сможете спокойно прогуляться, - в этот момент она вдруг посерьезнее прислушалась к словам этого человека, он сказал, что не любит экзамен на чунина, хотя сам долгие годы (предположительно) является шиноби. Этот факт показался ей занимательным, говорящим об этом человеке многое, в частности то, что он пусть и не был пацифистом, но лишний раз в бой не бросался. Ей стало любопытно, почему шиноби решил идти против своей сути, почему он выбрал путь наименьшего сопротивления? Рангику и сама такой была, лишний раз боясь нанести сильные увечья своему врагу, и тут встретила похожего на себя человека, что стало приятным удивлением для Ран.
- Ваши генины уже прошли все этапы? Если да, то, как мне кажется, вас ничто не останавливает. Медики позаботятся о детишках, а вы можете этим временем отдохнуть, - дополнила предыдущую реплику она, после чего тронулась с места, не спеша, дабы мужчина быстро нагнал ее. Услышав имя таинственного незнакомца, она также заметила для себя, что человек не назвал своего клана. Так часто бывало, если шиноби не выходец из большой семьи.
- Сенджу Рангику, приятно познакомиться! – воодушевленно сказала она, на последней фразе мягко улыбнувшись и издав тихий смешок. Пустой коридор заполнился звуками общения этих двух, девушка говорила достаточно громко, голос у нее был звонкий, но не режущий слух. О себе давала знать самоуверенность куноичи, которая многим был очень не по нраву, однако личность юной Сенджу уже сформировалась и изменить ее будет крайне сложно. Если отец не мог повлиять, то никто не сможет.
- Могу вас проводить до главной улицы Конохи, а там уже сами сориентируетесь, найдете интересующие вас места. Лично от себя рекомендую знаменитый Ичираку Рамен, там делают дивную лапшу, - пара уже более спокойным шагом направлялась по коридору в сторону выхода из лазарета арены. Сама же куноичи не планировала уходить далеко за пределы арены, беспокоясь, что ее помощь в любой момент может пригодится.

+1

4

Реактивность девушки была впечатляющей - полная противоположность спокойному, даже медлительному Зетсубо. Еще даже не дослушав его объяснение до конца, она уже выказывала свое стремление помочь, что было похвально. Для медиков наличие данной черты было критичным. Когда-то и сам Зетсубо был таким - рвался, так сказать, в гущу событий, но он уже давно перестал быть медиком в обычном понимании этого слова. Наличие его в команде было не более, чем условностью. Он, в первую очередь, был сборщиком информации, даже сам того не понимая, чьей задачей было наблюдать за выдающимися шиноби и их способностями, для того, чтобы на основе этих данных создать нечто, неважно - технику, инструмент, организм; что-то, что Киригакуре могло использовать в военных целях. И даже если он предпочел бы использовать результаты своих исследований и в мирных целях, тем не менее, прекрасно понимал, что война - главный двигатель науки, с которым нужно было считаться, чтобы продвигать человечество вперед.

Долгие годы в бессчетных лабораториях заточили его разум настолько, что он практически разучился воспринимать людей как личностей. В его глазах все они были организмами, обладавшие определенным паттерном поведения. Вот и сейчас, сам того не замечая, он глазами поглощал все, что было связанно с куноичи. С ног до головы, он сосредоточенно рассматривал каждую деталь, за которую мог зацепиться его взгляд, пока, наконец, не остановился на ее глазах.
На глазах, что так же смотрели прямо на него. Будто подросток, которого застукали за подглядыванием за девочкой, которая ему нравилась, он быстро отвел взгляд в сторону и, за неимением других альтернатив, начал нервно водить руками по карманам, будто пытаясь что-то в них найти.
Есть часть деревни, открытая для туристов. - наконец, прервав неловкую тишину, подала незнакомка голос. — Она находится ближе к резиденции Хокаге. Там, я думаю, Вы сможете спокойно прогуляться.
Отлично. - неловко улыбнувшись, пробубнил он в ответ.
Несмотря на то, что ему больше было бы по душе посмотреть на здешнюю природу, он был искренне рад возможности исследовать хотя бы часть Конохи. Вопреки нескончаемой пропаганде, которой подвергались шиноби Конохи, будучи ученым, он знал, что Коноха является одной из сильнейших военных сил в мире, а значит и более мирные ее аспекты должны были быть достаточно развиты, чтобы было на что посмотреть.

На вопрос о генинах Зетсубо лишь утвердительно кивнул и в темпе зашагал за куноичи, пока та, вдруг, не остановилась, вероятно вспомнив, что тоже забыла представиться: «Cенджу Рангику, приятно познакомиться!»
Зетсубо застыл. При слове «Сенджу» по мозгу его прошлась серия электрических импульсов, которая вытащила из его памяти все знания, которые были связаны с данным кланом. Само имя девушки, при этом, мозг ученого предательски проигнорировал, посчитав, что оно не имеет значения на фоне имени клана.
Конкретного про клан Сенджу Зетсубо ничего не знал, однако был фамильярен со многими историями и историческими заметками с ним связанными. Каждый, кто хоть как-то интересовался историей знал, кто такой Сенджу Хаширама, так же как знал и то, что тот сыграл немалую роль в завершении Великой Войны. А значит, даже отдаленное родство с данной личностью должно было оставить след в способностях человека, что сейчас стоял перед ним. И само допущение этого факта будоражило ум ученого. Он не мог запретить себе представить, как проводит различные эксперименты над куноичи: заставляет ее выдать все, что она знает и умеет делать; проверяет различными инвазивными способами пределы ее организма; пока, наконец, дело не дошло бы до препарирования и изучения отдельных клеток.
При всем при этом, нельзя было сказать, что парень желал ей зла. Отнюдь. Он был, по-крайней мере сейчас, совершенно равнодушен к ней, но просто не мог пройти мимо того факта, что в ее теле было сокрыто столько тайн.
Будь Зетсубо лет на пять моложе, быть может, он бы ей даже завидовал, однако сейчас он понимал, с какой ношей шла подобная сила. Наверняка было нелегко родиться и жить в тени своего великого предка, в окружении людей, которые тебе либо завидовали, либо ожидали от тебя свершений, равным свершениям Хаширамы.
«Но было ли это тяжелей, чем родиться никем?» - сам собой всплыл вопрос в голове Зетсубо, который, наконец, вернул его из мира грез в реальный.
Могу вас проводить до главной улицы Конохи, а там уже сами сориентируетесь, найдете интересующие вас месте. - подала девушка голос.
Да... - растерянно пробормотал он, еще не полностью отделавшийся от преследовавших его мыслей о вскрытиях и прочих нелицеприятных действиях. — Было бы неплохо...
Лично от себя рекомендую знаменитый Ичираку Рамен, там делают дивную лапшу.
Что-ж, значит, сегодня мы будем обедать лапшой. - все с той же неловкой улыбкой на лице, ответил парень.

Они медленным шагом двинулись в направлении выхода из лазарета. Добравшись до массивных дверей, что вели наружу, он окликнул куноичи: «Погоди секунду.»
Шиноби быстрым движением руки вытащил из набедренной сумки небольшой блокнот, положил его на бетонный пол и, сложив печать, распечатал массивный походный рюкзак. Снял с себя окровавленную футболку и упаковал ее в один из герметичных пакетов, который достал оттуда же.
Очевидно, ходить оголенным торсом по Конохе он не планировал (хотя, с одной стороны, с его то бледной кожей немного загореть могло быть полезным), так что он вынул из рюкзака точно такую же, но уже чистую футболку, которую и надел себя. Наконец, он запечатал рюкзак обратно и спрятал блокнот.
Все, можем идти. - поправляя протектор на шее, коротко обратился он к Рангику.
Железные двери распахнулись, и в лицо им ударило теплое солнце Конохи. Зетсубо заметно сощурился и на секунду прикрыл глаза рукой, пока те не привыкли к такому яркому свету.
Да, такое солнце в Кири нечасто бывает. - спокойно заметил он и едва заметно улыбнулся.

Пара еще некоторое время молча шла по дорожке, которая, предположительно, вела в сторону главной улицы. Зетсубо подобно ребенку пялился по сторонам, тихо восторгаясь каждой мелочи. Например тому, какие яркие птицы иногда пролетали рядом, или как чисто вокруг было (из-за вечных дождей и высокой влажности в Кири вездесущая слякоть была обычным делом), или же тому, каким все было большим - особенно здания. Дома, как и улицы, были очень просторными, в то время как в Кири улочки были узкими, а дома, за неимением места, всегда шли ввысь. Наконец, в какой-то момент взгляд его вновь упал на Рангику. Правда, на этот раз он не представлял себе, как будет препарировать ее, нет. Идя чуть позади, буквально на шаг, взгляд его был прикован к ее волосам, цвет которых плавно переливался на свету. Он робко перевел взгляд на свои неухоженные, потускневшие патлы, свисавшие по лбу, и тихонько, будто немного стыдясь, провел по ним руками, в тщетной попытке их уложить. Очевидно, это не возымело на них никакого эффекта. Нельзя было за минуту усилий исправить годы пренебрежения.
У тебя очень красивые волосы. - голосом, в котором не было какого-либо отголоска интонаций или эмоций, пробормотал он.
Сложно было сказать, что это было. Комплимент или констатация факта? Быть может, и то, и другое? Зетсубо преподнес это в такой своеобразной манере, что это можно было расценивать как что угодно. Даже угрозу.

Куноичи видно растерялась. Оно и немудрено. Взял какой-то странный паренек с другого конца мира, с которым они познакомились-то минут десять назад, ни с чего заговорил про ее волосы.
Рангику на секунду остановилась. Рефлекторно потянулась к своим локонам - наверное, пытаясь понять, к чему был этот комментарий. Может, она подумала, что у нее что-то в волосах застряло и он над ней подшутил? Или просто засмущалась? Лишь ей самой было известно, что происходило в ее голове, а Зетсубо же спокойно шел дальше, будто ничего и не случилось.
- А, это... - подрагивавшим, казалось, голосом прошептала она и уже более уверенно продолжила. - Спасибо. А что так внезапно?
- Хороший вопрос. - остановившись на месте, честно заметил он и, недолго поразмыслив, продолжил. - Мысли вслух, наверное. Прости, если это прозвучало как-то странно.
Зетсубо неловко улыбнулся через плечо и зашагал дальше. На будущее сделал для себя заметку, что так больше делать, возможно, не стоит.
Дальнейший их путь прошел в относительной тишине. Это, конечно, если не считать гула людей, которых с каждой минутой становилось заметно больше. Видно, пара подходила ближе к центру Конохи.
- Вот мы и на месте. - наконец подала Рангику голос, когда они вышли к массивной дороге, что вела далеко вглубь мегаполиса. - Все, что может Вас заинтересовать скорее-всего находится на этой улице.
Парень в очередной раз остановился. Развернувшись на месте, он окинул девушку взглядом. Невольно обратил внимание на ее яркие глаза и румянец на щеках, но, благо, на сей раз смог остановить поток мыслей прежде, чем тот вырвался из его уст.
- Уверена, что не хочешь составить мне компанию в Ичираку Рамен? - попытавшись состряпать максимально человеческую улыбку, спросил Зетсубо. - Экзамен почти закончился. Уверен, они и без нас обойдутся.
Он выдержал небольшую паузу, а затем довольно добавил:
- Я угощаю!

Отредактировано Zetsubo (2021-09-20 19:23:07)

+1

5

Рангику ввязалась в опасную игру: согласившись помочь чужеземцу, она могла накликать на себя беду, однако куноичи вела себя так, будто никакой угрозы не было, что она полностью контролировала ситуацию. Но это все не отменяет ее осторожности по отношению к человеку, которого она видит впервые, она все еще сохраняла дистанцию с ним, дабы в случае чего среагировать на действия молодого человека. Дружба дружбой, но война все еще идет, пусть пока и не между их деревнями. И пусть куноичи никогда не вешала ярлыки на людей, предпочитая для начала узнать человека получше, но в глубине души она испытывала волнение при общении с малознакомыми людьми, которое всеми силами маскировала под смехом и громкими интонациями. Зачастую она не могла объяснить свое волнение, если с ней разговаривает шиноби из другого селения, а причина тому пропаганда в родной деревне, гласящая, что враг везде и он не дремлет. И пусть молодая Сенджу всегда старалась относиться ко всем одинаково хорошо, некоторые люди и прада вызывали у нее необъяснимую тревогу. Этот случай не был исключением, чем дальше пара заходила в своем общении, тем сильнее куноичи беспокоилась о том, что и как стоит сказать, дабы не выдать важной информации. Постоянная умственная нагрузка давала о себе знать, поведение девушки становилось чрезмерно самоуверенным, пусть это происходило и постепенно. Девушка вообще любила расправить плечи и занимать вокруг себя как можно больше пространства, делая вид крайне самоуверенный, но мы то знаем, что это лишь образ. В душе же Ран была куда более робкой, немногословной и порой достаточно нелюдимой, но ее внутренних сил вполне хватало, чтобы сдерживать в себе этого «монстра».
Даже в ответ на комплимент, сказанный пусть и сухо, куноичи на мгновение поддалась испугу. Словно электрический разряд, по телу прошлась дрожь, куноичи замерла. Она не понимала причин, по которым мало знакомый человек делает ей комплимент. Она в первую очередь подумала, что с ней и правда что-то не так, от чего руки ее суетливо принялись перебирать густые пряди. В этот момент она была максимально уязвима для любых действий, ведь полностью сконцентрировалась на своем внешнем виде, а не на окружающей обстановке. Так простое действие могло смутить эту эмоциональную особу, именно поэтому она слегка развернулась к Зетсубо, бросив на него крайне подозрительный взгляд. –«На волосах ничего нет. Тогда что он хотел этим сказать?» - она пока еще не понимала, что человек может сказать что-то просто так, без задней мысли. Также она поняла, что молодой мужчина также напрягся от сложившейся ситуации, молча сделав одному ему известные выводы. И, думаю, не стоит говорить, что последующее предложение пойти в Ичираку куноичи восприняла с осторожностью и недоверием. До этого момента их встреча ей казалась случайностью, а теперь в голову девушки начали закрадываться сомнения. Девушка уже какое-то время наблюдала за этим человеком, и заприметила для себя очень интересный нюанс; в то время, когда она обращается к Зетсубо на «Вы», он в свою очередь позволяет себе фамильярничать, перейдя почти сразу на «Ты». Иногда такое проделывают, дабы создать у человека ложное чувство уверенности в собеседнике, а вместе с этим предпринять попытку вытащить из жертвы какую-то информацию. У Рангику не было оснований верить Зетсубо, однако она почему-то думала, что их общение может быть полезно им обоим. Не обязательно пытаться выведать что-то, достаточно просто провести приятно время, например, за тарелкой рамена со свининой, при том куноичи угощали. Отказаться от такого щедрого предложения было бы очень глупо.
- Я согласна, - коротко ответила она, после чего добавила, - на рамен, с двойной порцией свинины, - и в этот момент можно было ощутить, как от былой неуверенности и робости не осталось ни следа, куноичи полностью взяла ситуацию под свой контроль. Для себя Сенджу решила, раз мужчина решил скрасить свою одинокую прогулку компанией Гику, то пусть хотя бы постарается угостить даму порцией горячей лапши. Она уже давно не смущается принимать приглашения, это не первая ее прогулка с представителями противоположного пола, однако с каждым из них она держалась отстраненно и с чувством собственного достоинства. С особо наглыми она обходилось достаточно жестоко, потому будем надеяться, что наш таинственный гость из Далекой Воды не такой. В нем она видела робкого и стеснительного молодого человека, который по какой-то причине испытывал большие проблемы с коммуникацией. Рангику хотела понять, что движет таким нелюдимым человеком, раз он решил пригласить девушку на … свидание? Да, для многих эта встреча таковой и покажется, впрочем пугало это ее мало. –«Хм?» - Рангику украдкой взглянула на косматую макушку шиноби, также заметив для себя, что оттенки их волос были похожими. Редко она встречала людей с цветом волос хотя бы отдаленно напоминающим глицинию или фиалку. Подавляющее большинство шиноби имели вполне себе обычные оттенки волос, от пепельного до глубокого карего, почти черного. Шиноби должен быть скрытен, а яркий цвет волос может стать отличительной чертой, потому, если шиноби рождался с необычным цветом волос, то часто их перекрашивал, дабы не выделяться среди остальных. Грубо говоря, эти двое – если верить кодексу, были плохими шиноби, ведь сильно выделялись среди остальных. Но помимо внешних факторов, немаловажную роль играет характер человека и его поведение в обществе. Взять вот к примеру того же Зетсубо – внешний вид мог бы быть фактором риска, но спокойный нрав молодого человека, его тихий ровный голос, все это повышало его шансы остаться незамеченным.
И вот пара прибыла на место назначения, близилось время обеда, потому куноичи имела полное право какой часок потратить на трапезу. Она вполне себе уверенно назвала свой заказ, после чего села за барную стойку, молча приглашая гостя деревни сесть рядом. Недолго подумав, она также заказала себе чай с жасмином и лимоном, который также пошел в общий счет. Естественно оставлять без денег она никого не хотела, потому самым дорогим блюдом была все же двойная лапша.
- Берите любое блюдо из меню, здесь все одинаково вкусное, - после чего она слегка откинулась назад, упираясь в спинку барного стула. Небольшая тишина, что возникла между ними, не вызвала у Сенджу испуга, а даже напротив подтолкнула ту к активным действиям. Лучшая защита, это нападение!
- И так, как вам наша деревня? – в этот момент она направила взгляд на собеседника, из-за несущественной разницы в их росте, она не могла смотреть на человека сверху вниз, но старалась хотя бы на моральном уровне быть чуть выше этого мужчины, - Наверное, в Киригакуре редко бывают солнечные дни? – сейчас девушка заполняла тишину своими вопросами, параллельно наблюдая за поведением Зетсубо.

+2

6

Да будет так. - улыбнувшись, кивнул он девушке и приглашающе вытянул руку по направлению к центру Конохи.
Учитывая, что ему не дали от ворот поворот, Зетсубо решил, что слова его она все-же восприняла нормально. Возможно, он еще не полностью одичал и мог прижиться в нормальном обществе.
Сравнявшись, они в такт зашагали вниз по улице. Шли молча - каждый на своем уме. О чем думала Рангику было загадкой, разгадывать которую Зетсубо не планировал. Он больше занят был рассуждением о том, каким же все в Конохе было иным. Люди, что заполоняли главную улицу, казались очень приветливыми и более радостными, в то время как в Кири (по-крайней мере, размышлял он, в сравнении с районом, где он жил и работал) жители, прямо как и все остальные аспекты селения, были хмурыми, серыми и просто напросто невзрачными. Вместе с тем он также обнаружил, что местные были крайне громкими, местами даже грубоватыми. Горланили во весь голос, активно жестикулировали и даже толкались, что редко встречалось у него на родине. Но он не считал это чем-то плохим. Просто «другим».
Внимание его также привлекало то, что улицы пестрели яркими цветами. Различные афиши, вывески, массивные дисплеи с крутившейся рекламой - все они привлекали взгляд юного ученого. Быть может, в Кири все было также, но частые туманы слегка затрудняли использование тех же дисплеев, по той простой причине, что за туманом их попросту не было видно.
Не мог он также не заметить и подозрительные взгляды окружающих, стоило им заметить протектор на шее ученого. Особенно отличались местные шиноби, что своим видом буквально кричали «мы следим за тобой, чужак». В какой-то момент ему даже показалось, что такой же взгляд он заметил на лице Сенджу, что сопровождала его. Или, быть может, не показалось?
Впрочем, Зетсубо их всех прекрасно понимал. Сейчас в самом разгаре был экзамен - участников в этом году было больше обычного, а значит и риски тоже возросли. Зная, как с чужаками обходились бы у него на родине, парень даже чувствовал некоего рода благодарность за то, что ему позволили вот так вот спокойно разгуливать по самому центру Конохи. А Рангику, помимо того факта, что он хотел познакомиться с кем-нибудь из местных, Зетсубо также попросил его сопровождать для того, чтобы местные чувствовали себя более комфортно, зная, что за чужаком наблюдает кто-то из своих. И вроде как это даже работало.

Прибыв в тот самый Ичираку Рамен, они тут же обнаружили себя в очереди. Время было обеденное, так что людей внутри было немало. Тем не менее, думать про очередь времени у Зетсубо не было - он изучал меню в поисках блюд, в которых был хоть какой-то намек на остроту. Да, Зетсубо любил острую еду. И вот, приходит их черед. Юная Сенджу уверенно шагает вперед, четко называет свой заказ и уходит куда-то в сторону, а Зетсубо же... Он как тот самый человек в каждой компании, который никак не может определиться, чего он хочет. С горем пополам, через каждое слово вставляя свое фирменное «А?» и не менее эталонное «Чего?», он все-же заказывает аж целых три порции различной лапши, чем явно удивляет человека за кассой. Тот стоит и пялится на него, секунды три, пока, наконец, не выдавливает из себя вполне ожидаемый вопрос: «А вы точно хотите все три порции?», на что ему шиноби Кири отвечает коротким «ага». Желудок, в отличие от запасов чакры, у Зетсубо был что надо и очень скоро ему это предстояло доказать.
Сделав заказ, он осмотрелся и тут же нашел ожидавшую его Сенджу. Сложно было не заметить такие яркие волосы и не менее яркие глаза, что прямо сейчас пронзительно смотрели на него. Слегка улыбнувшись, он размеренным шагом подошел к ней и сел на соседний стул. Пока повара делали свое дело на кухне, Зетсубо рефлекторно достал из кармана черную резинку, которой тут же воспользовался, чтобы завязать хвост на затылке. Тот факт, что волосы его были в ужасном состоянии он еще мог стерпеть, но вот вылавливать их из своей еды у него желания не было.
И так, как Вам наша деревня? - наконец подала голос куноичи, избавив Зетсубо от необходимости разбивать этот лед неловкости, что медленно формировался между ними. — Наверное, в Киригакуре редко бывают солнечные дни?
А? - все еще пытаясь зафиксировать волосы на затылке, выпалил парень. — А, это... Ну да.
Наконец, он одерживает победу над своими жесткими как проволока волосами и переключает все внимание на собеседницу.
Здесь громко. - честно признался Зетсубо. — Повсюду суета. Все куда-то спешат, все что-то друг другу кричат, толкаются. - он на мгновенье замолчал, а затем, улыбнувшись, добавил. — Саю бы здесь понравилось.
Очевидно, Рангику не имела ни малейшего понятия, о ком шла речь, а потому парень учтиво достал бумажник и вытащил из него старую фотографию (сделана она была года четыре назад, если не больше), на которой была изображена его семья. Он, его родители и Саю - его младшая сестра. Зетсубо не был человеком эмоциональным, да и семейным, но когда речь заходила о Саю, на лице его всегда проступала нехарактерная ему теплая улыбка.
Мы с моей младшей сестрой выросли на курортном острове. - пояснил он. — Там тоже было шумно. И солнечно. Саю нравится солнце. А вот мне не очень.
Наконец, принесли заказ. Рангику получила свою порцию первой, а вот Зетсубо пришлось немного подождать. Но как только еда оказалась в зоне досягаемости рук, он тут же ухватился за палочки и принялся поедать лапшу, совершенно забыв о каких-либо манерах. Оно и неудивительно, учитывая, что обычно обедал он либо в одиночестве, либо в окружении таких же нелюдимых ученых, которым на манеры было совершенно плевать.
А ты? - в тот недолгий промежуток времени, пока он накручивал лапшу на палочки, спросил он. — Расскажешь что-нибудь интересное о себе? - впервые за все время он довольно хмыкнул и добавил. — Или боишься, что сболтнешь какую-нибудь государственную тайну? Например, какой твой любимый цвет. Или какая еда тебе больше нравится. Да, это было бы ужасно.
В кои-то веки, Зетсубо стало даже весело. Ему было интересно наблюдать за юной Сенджу, которая изо всех сил пыталась сохранять профессионализм. Хотелось надеяться, что и ей тоже было интересно наблюдать за ним.

+2

7

- Три-и-и? А вы прожора, ах-ха-ха! – добавила куноичи, выражаясь прямо и без утайки. Вряд ли Зетсубо решил похвастаться своим необъятным желудком, скорее всего это была стандартная порция хрупкого на вид человека. – «Знала же, что нужно две порции заказать, эх!» – естественно не без шутки подумала она, еще раз глянув на удивленное лицо хозяина ресторана. Впрочем, пара совсем скоро устроилась за главной стойкой, где у них принял заказ престарелый хозяин раменной. Зачем уходить далеко, если свободные места вон тут, прямо перед тобой? Вот и пара решила не идти далеко. Одной ногой она упиралась о пол, сев таким образом на стул лишь на половину. Было видно, что она немного стесняется, но совсем скоро найдет удобное для себя положение. Впрочем, сам шиноби был немного сбит с толку, но держался молодцом, дабы не упасть лицом в грязь; в конце концов он сам пригласил куноичи в это заведение.
Постепенно Зетсубо раскрывался, его речь уже не была такой сбивчивой и неуверенной, кажется, он начинал чувствовать себя немного лучше, пусть и полный зал забегаловки его немного напрягал. Но Рангику не зря выбрала именно это место, даже если у нового знакомого будут какие-то замыслы касательно девушки, то реализовать их в окружении шиноби Конохи он не рискнет. Да, куноичи пока что не до конца верила этому человеку, потому заранее продумала все. Решив для себя, что именно она будет сопровождать Зетсубо, куноичи взяла на себя роль спутника, пусть и ненадолго. Рано или поздно ей придется покинуть компанию шиноби, после чего она отправится по своим делам, которые не ждут отлагательств. Но пока этого не произошло, она насладится халявной тарелкой рамена. Но вы сейчас подумаете, что куноичи сама не может заплатить за себя, потому пользуется любым удачным случаем, дабы набить свой живот. Однако поспешу сказать, что проблем в деньгах у нее нет, учитывая именитый клан и достаточно богатых родителей. Она лишь хотела насладиться моментом, когда никто не обращает внимание на ее влиятельную родню и просто дает возможность ей быть самой собой.
Заправив свои волосы в хвост, Зетсубо аккуратно продолжал разговор, пусть небольшая пауза и испугала его. Ран же напротив чувствовала себя свободно, паузы не вызывали у той смущения. Она любила разговаривать, особенно с людьми из других деревень, потому молчание для нее - лишь знак препинания. В добавок ко всему куноичи никогда ранее не была в Киригакуре, эта земля была так далека, что добраться до нее было практически невозможно, поэтому она так жаждала подробностей, пусть и сдерживала себя. А это она еще не знает, что страдает морской болезнью, потому лишь поэтому хочет побывать на дальних островах континента.
- Сестра? – переспросила куноичи, после чего взглянула на фото счастливой семьи, сбоку от которой находился и сам Зетсубо. Лицо его было практически лишено эмоций, но легкую ухмылку она все же разглядела. Скорее всего причиной таких эмоций была как раз сестра, которая стояла рядом с ним и крепко обхватывала руку братца. Рангику широко улыбнулась и издала тихий смех, который постепенно сходил на нет, а вместе с ним пропадала и улыбка. Она вспомнила свою семейную фотографию, где все лица были словно фарфоровые маски. Брат, сестра, мать, все должны были корчить важное лицо, дабы отец был доволен. Сдерживаться даже в таких мелочах, какая же это глупость. А тут все естественные, все, кроме сдержанного Зетсубо, но даже здесь видно, что семья его счастливая и просто наслаждается моментом.
- На фото ей лет одиннадцать, - озвучила вслух мысли куноичи, после чего задумалась немного и вновь продолжила, - озорная такая, хах, я тоже думаю, что ей здесь бы понравилось, - не особо напрягая свои мозги во время общения, она и не задумалась о том, что могла бы напрячь Зетсубо такими разговорами. Впрочем, мужчина тоже не лыком шит и после небольшой паузы будет задавать свои вопросы. Небольшая пауза послужила возможностью попробовать свои блюда, сначала начала дегустацию куноичи, едва ли сдерживаясь от мычания и восхищенных возгласов. И если Зетсубо думает, что он ест как-то неаккуратно, а вид его неопрятен, то он очень удивится, если увидит то же поведение и у девушки. Она привыкла расслабляться в ресторанах и кафе, получать максимум удовольствия от процесса. Она уверенно устроилась на стуле, поерзав на нем своей задницей, после чего ловко схватила палочки и подхватила немного лапши. А еще она любила говорить с набитым ртом, словно ей платили за то, чтобы она была максимально не женственна в этот момент. Деспот отец запрещал своей дочери многие радости жизни, потому, когда его не было рядом, Ран отыгрывалась по полной. Даже лицо хозяина раменной немного напряглось, стоило ему увидеть отсутствие манер у своей частой гостьи. Он засмеялся тотчас, когда куноичи подняла на него короткий взгляд.
- Нгах, Рангику-сама, вы как всегда! Где же ваши манеры, гость наверное …, - стоило ему перевести взгляд на молодого мужчину, он все понял без лишних слов; эти двое были два сапога пара, - .. засмущался, - уже неуверенно добавил он, после чего молча помотал головой и пошел на кухню, где вовсю готовили остальные порции лапши.
И вот началась самая интересная часть, Зетсубо решил аккуратно поинтересоваться девушкой, ее увлечениями, хобби, хотя изначально его вопрос мог бы быть понят как-то неправильно. Вовремя поправив себя, он дополнил вопрос, дав куноичи простор и выбор. Она уже не отвечает на какой-то конкретный вопрос, а имеет право выбрать дальнейшую тему для обсуждения. Похвально, учитывая низкие коммуникативные навыки шиноби Далекой Воды. Подув на лапшу, что в этот момент была достаточно горяча, чтобы обжечь язык, куноичи осторожно обхватила ту губами, помогая в этот момент палочками для еды. Склонившись над тарелкой, куноичи на время закрыла свои глаза. Делая вид, что она очень занята поглощением пищи, она в этот момент думала над своим ответом, словно от него могло что-то зависеть. Дав неслабую пищу для размышлений, а речь идет о фразе, где мужчина задел отношения их деревень, куноичи хмыкнула. Как только проглотила лапшу, так сразу открыла свои глаза и взглянула на собеседника, что ждал ответа.
- Синий. Точнее сказать - оттенок чистого утреннего неба, слегка уходящий в желтизну, - но было бы глупо любить что-то конкретное, на самом деле куноичи нравятся многие цвета, все зависит от ее настроения, - но и цвет вечернего неба не менее прекрасен, - в какой-то момент куноичи напряглась, рассуждения завели ее в тупик. Зетсубо ждал конкретного ответа, а в итоге получил размытый.
- Сложно выбрать, если честно, - неловко улыбнувшись и убрав руку на затылок, проговорила куноичи. В этот момент она заметила нескольких односельчан, которые косо смотрели на пару, точнее на шиноби Кири. Шутка молодого мужчины оказалась куда более жизненной, чем он мог подумать, отношения их деревень и правда не были самими гладкими, однако не настолько, чтобы вот-вот началась война. Но, к несчастью молодого мужчины, не было ни одного человека, кто бы не знал о кровавом прошлом Киригакуре, и никакие десятилетия нейтральной политики не смогут заставить забыть причину, по которой это селение все еще боятся. Впрочем, куноичи решила, что лишними подозрениями она ничего не улучшит, и если у той появилась возможность узнать кого-то из Тумана – то она ею воспользуется. Чувствуя на себе взгляд односельчанки, куноичи краем глаза посмотрела на ту в ответ. Было видно, что стоявший рядом с ней парень также был обеспокоен, но оба так и не решились подойти ближе. Странно, что именно на нашу пару обращали такое внимание. Думаю, причина тут в том, что спутницей Зетсубо была все же Рангику – достаточно известная личность в этом селении. Будь на ее месте кто-то другой – шиноби Кири было бы куда более спокойнее.
- Ты прав, наши селения переживают сейчас не лучшие времена, но мы же просто общаемся, верно? – предварительно повернувшись к шиноби, проговорила Ран.
- И раз уж ты заговорил про семью, то скажу, что у меня есть младший брат и старшая сестра, - фотографии сестры у нее не было, но можно было показать на монумент второго Хокаге и этого было бы достаточно. Она с Тобирамой – две капли воды, но говорить об этом куноичи не стала, лишь молча улыбнувшись своим мыслям, продолжила, - но фотографии у меня нет, - также она не стала говорить, что семья делится на потомков Тобирамы и Хаширамы, решив оставить эту информацию за кадром, куда больше она хотела сказать следующее, - они мне очень дороги. Наверное, лишь ради них я и стала ниндзя медиком, - но почему-то эти размышления причиняли куноичи боль, она будто чего-то не договаривала, будто сама себе лгала в чем-то. Помня самую сложную операцию с генином из Ивы, она было начала испытывать неуверенность, словно выбрала не тот путь, который хотела. Однако медицина ей давалась хорошо, пожалуй, даже слишком хорошо, и это причиняло Рангику определенные неудобства. Все знали, кем она приходится Тсунаде, потому ждали от нее тех же свершений. После недолгих размышлений девушка все же вернула на лицо улыбку; она была таким человеком, который подолгу не зацикливается на плохих мыслях, давая простор для хороших, ведь, как она считает, в нашей жизни куда больше хорошего, чем дурного.
- Хотя, что это я? Ты ведь спрашивал еще о блюдах? – недолго думая над ответом, она добавила, - Рамен и жасминовый чай, - впрочем, оно было очевидно, было трудно изобразить столь искреннее чувство наслаждения, что возникло в момент подачи горячего блюда. Девушка обхватила руками тарелку с душистым бульоном, и тотчас осушила ту, слегка опрокинув голову назад. Небольшая пауза, а потом последующий за ним длительный выдох, говорящий намного больше, чем тысяча слов. Рамен – был ее любимой едой, это было ясно с первых минут их общения, но мужчина лишь хотел доставить куноичи удовольствие, дабы та сказала это сама.
- А как ты относишься к музыкальным инструментам? Я вот не умею играть, слуха нет, но восхищаюсь людьми, которые постигли тонкости этого искусства, - пустую тарелку тут же унесли, после чего куноичи принялась постепенно допивать содержимое кружки. Чай еще не успел сильно остыть.

+1

8

А лапша-то оказалась действительно хорошей. И, что самое главное - достаточно острой. Сначала хорошенько распробовав, Зетсубо принялся поглощать содержимое миски с нетипичной ему быстротой. Заприметив, как Рангику тоже принялась за еду, он одобрительно кивнул и переключил все свое внимание на лапшу. В отличие от хозяина заведения, то, как вела себя за трапезой куноичи кирийца совершенно не смущало. Он расценивал прием пищи как что-то сугубо личное, даже интимное, а потому, как и во всех подобного рода вопросах считал, что каждый имеет право делать так, как хочет. По-крайней мере, это он внушал самому себе. На самом же деле Зетсубо просто был неряхой и немного лентяем, когда дело касалось еды. Прольет чай тут, уронит печеньку там. А под конец на кухне всегда погром.
Первая порция исчезла с рекордной скоростью. Сделав глоток воды, чтобы прочистить вкусовые рецепторы, он тут же принялся за вторую. Консистенция ее была куда более густой, а цвет - венозной крови, как бы он сам выразился. Посередине одиноко торчал кусок мяса, суд по всему - говядина. Первое впечатление оставляло желать лучшего.
Синий. - оторвав парня от изучения еды, объявила Рангику. — Точнее сказать - оттенок чистого утреннего неба, слегка уходящий в желтизну. Но и цвет вечернего неба не менее прекрасен.
Зетсубо заметно напряг извилины. Обитавший в относительно застроенном квартале Киригакуре и уходивший на работу еще ранним утром, он пытался представить себе этот цвет - цвет чистого утреннего неба, но кроме образа нескончаемой белой пелены, что преследовала его повсюду, в голову ничего не приходило. Наконец, он заглянул чуть дальше в свои воспоминания и со временем начали всплывать образы - детство, дом, пляж и необъятный океан. Он вспомнил, как иногда по утрам прогуливался по прибрежному рынку с матерью и как играл до самого заката с друзьями, коих у тогда него было куда больше. Да, в ребячестве Зетсубо был куда веселей. И наивней. И именно эта юношеская наивность наставила его на путь шиноби. О чем, бывает, он иногда жалеет.
В очередной раз утвердительно кивнув, он выдал задумчивое «Хм.» и поднес палочки с лапшой к губам. Но стоило языку Зетсубо прикоснуться к кровавому соусу, стекавшему вниз по лапше - глаза его тут же раскрылись. В одно мгновенье, мертвенно бледная кожа лица его стала заметно красной, а на шее начали проступать вены. Не удержавшись, он громко кашлянул, каким-то чудом умудрившись не зацепить разбрызганным соусом бедную куноичи . Такой адовой остроты он не ожидал. Не от Конохи, которую все товарищи его описывали как селение неженок.
Черт... - еле выдавил парень из себя, ударяя себя в грудь и пытаясь откашляться. — Ты не говорила, что здесь попытаются меня убить.
Сквозь проступившие на покрасневших глазах слезах он улыбнулся, все еще пытаясь придти в себя после этого злостного акта войны против своего языка. Но по проскользнувшему буквально на секунду беспокойству на лице Рангику сразу понял, что шутку его, судя по всему, оценили далеко не все клиенты заведения. Состряпав виноватую морду, мол, «мне не стоило этого говорить», он быстро осмотрелся по сторонам и заметил на себе пару-другую подозрительных взглядов, но ничего более. Я слишком заболтался. - заключил он.
Ты прав, наши селения переживают сейчас не лучшие времена. - констатировала она очевидный факт. — Но мы же просто общаемся, верно?

Вопрос поставил Зетсубо в тупик. Можно ли было происходившее назвать «просто общением»? Она - представитель сильнейшего клана селения Листа, известного на весь мир. Он - ученый селения-конкурента, промышляющий тем ,что изучает «выдающихся» шиноби. Под выдающимися могло подразумеваться всякое, но одно было точно - члены клана Сенджу, все без исключения, подпадали под эту категорию. Что же касается изучения... Пожалуй, основной причиной того, почему Рангику мирно обедала с кирийцем, а не лежала привязанной к операционному столу, с торчавшими из ее вскрытой груди скальпелями было ее многочисленное окружение. Если бы не они, вероятнее всего, он бы нашел способ отравить ее или усыпить, как делал это в подобных случаях. Но раз ситуация сложилась иначе, он решил просто понаблюдать за ней. Узнать как можно больше на случай последующей встречи с ней, либо с ее соплеменниками.
И все-же, когда она задала вопрос, он ненадолго растерялся. Искренне растерялся, ведь не нашел в себе тех мрачных мыслей, той, казалось бы, неутолимой жажды узнать, чем она анатомически отличалась от других. Но почему? Быть может, дело было в том, что проведя с ней немного времени, он понемногу, но все-же начал расценивать Рангику как личность, а не совокупность костей, мышц и органов? Или же на него так повлиял разговор о сестре и ностальгия по дому? Или лапша? Нет, она, конечно, хороша, но не настолько.
Да... - растерянно пробубнил он, все еще придерживая палочки рядом с губами. — Наверное.
Запах горячего острого соуса, ударивший в нос, заставил его встрепенуться. Не желая дальше развивать тему препарирования людей и международную политику, парень молча наклонился на над миской и с опаской продолжил есть свой рамен.
И раз уж ты заговорил про семью, то скажу, что у меня есть младший брат и старшая сестра. - заметно более радостным голосом сказала девушка. — Но фотографии у меня нет.
Зетсубо выдавил из себя наигранное «Ууу», комично сощурив глаза и осуждающе покачивая головой. Иметь такую большую семью, но не иметь фотографию? Стыдно!
Три ребенка, значит. Хорошо. - думал он. Несмотря на то, что его самого вряд ли можно было назвать человеком семейным, парень считал, что в семье должно быть не меньше двух и не больше трех детей. Ограничиваться одним ребенком, как ему казалось, было жестоко в отношении самого ребенка. У каждого человека должны быть хотя бы один брат или сестра - опора, которая будет поддерживать его несмотря ни на что. Вместе с тем, иметь больше трех детей ему казалось неразумным, но аргументировать свое мнение он по этому поводу, увы, не мог. Впрочем, его никто никогда и не спрашивал о таких вещах. Его никто ни о чем не спрашивал. Чаще всего Зетсубо сам задавал вопросы.
Они мне очень дороги. - будто это не было написано у нее на лице, продолжила она. — Наверное, лишь ради них я и стала ниндзя-медиком.
Вот здесь-то и проходила линия, разделявшая их как личностей. Рангику избрала путь ниндзя-медика ради того, чтобы иметь возможность защитить своих близких, в то время как Зетсубо встал на путь шиноби исключительно ради себя. И все то, что он сделал за время своей службы он также сделал ради себя. Убивал, пытал, спасал людей и все это для того, чтобы застолбить себе место под солнцем. Не мировой славы ради, не для того, чтобы стать сильнее всех. Лишь для того, чтобы стать достаточно сильным, чтобы его не трогали. Чтобы его боялись тронуть. И в отличие от Рангику, он был вынужден, но, самое главное, всецело готов использовать все грязные приемы, что были у него на вооружении, невзирая на общепринятые нормы морали.
Тем не менее, несмотря на то, что более рациональная и вместе с тем темная часть его была уверена, что семья - это груз, от которого, для достижения высшей цели необходимо было избавиться, шиноби отдавал должное юной Сенджу. Рангику принесла великую жертву ради семьи. И это как минимум заслуживало уважения.
Хотя, что это я? Ты ведь спрашивал еще о блюдах? - наверняка осознав, что тоже начала заходить слишком далеко за пределы «обычного общения», весело спросила она и тут же добавила. — Рамен и жасминовый чай.
Логично. - взглядом указывая на лапшу, заметил парень. — Не просто же так ты привела нас в раменную. Угощайся, к слову. Дважды предлагать не буду.
Он палочками указал на третью, все еще горячую миску и, не дожидаясь реакции девушки, переключился обратно на свою. Рангику же, не заморачиваясь напущенной и совершенно ненужной любезностью, резво принялась уплетать еду, что вызвало на лице Зетсубо лишь довольную улыбку.
На какое-то время между ними повисло молчание, однако в нем не было какой-либо неловкости. Оба шиноби были заняты едой, а потому, пока все остатки рамена не были ликвидированы, никто не проронил ни слова.
А как ты относишься к музыкальным инструментам? - задумчиво вопросила девушка, пододвигая к себе чашку чая. — Я вот не умею играть, слуха нет, но восхищаюсь людьми, которые постигли тонкости этого искусства.
Боюсь, я тебя разочарую. - пустив легкий смешок, ответил Зетсубо и, развернувшись на стуле, облокотился о стойку. — Единственные инструменты, которыми я владею - это скальпель и ножницы.
Он лениво осмотрел помещение. Кириец уже не чувствовал на себе ничьих подозрительных взоров (хотя прекрасно понимал, что кто-то из присутствовавших наверняка следил за ним), так что на минутку позволил себе расслабиться.
Хотя, должен признаться. - недолго думая, добавил он, после чего замолк ровно на тридцать секунд. — Со слухом у меня проблем нет. Учитывая ритм, я бы сказал, что твое сердцебиение сейчас где-то в районе восьмидесяти ударов в минуту.
Он вновь замолчал на несколько секунд, лениво мотая ногами вперед-назад, затем развернулся и демонстративно поднял руку, привлекая к себе внимание человека за кассой. Когда тот подошел поближе, кириец оплатил счет и повернулся обратно к своей спутнице.
Сенджу Рангику. - уже более тихим и спокойным голосом сказал он. — Нелегко тебе, наверное. Быть частью такого известного клана - значит быть скованным определенными рамками, обязанностями. Все ждут от тебя великих свершений, все ждут, что ты будешь соответствовать образу великого шиноби, несмотря на то, что образ этот у каждого свой. - он слегка улыбнулся, в голове сравнив себя с ней. — Мне в этом плане приходится полегче. Я - первый в своем роду шиноби. Для своей семьи я уже достиг успеха. А вот тебе придется знатно попотеть, чтобы удовлетворить клан... - он вновь замолчал, но прежде чем куноичи смогла подумать над его словами, продолжил. — Тебе придется загубить немало душ, чтобы к тебе начали относиться с должным уважением. И неважно, медик ты или нет. Шиноби, в первую очередь - убийца. Скажи, Рангику, ты готова оправдать ожидания своего клана?
Было несправедливо задавать подобные вопросы вот так вот, с порога. Однако, если это была единственная их встреча, Зетсубо обязан был его задать. Тем не мене, она вполне  могла решить не отвечать его. Это было ее право.

+1

9

Как и положено истинной куноичи своего селения, Ран не показала ни смущения, ни настороженности, сделав вид, будто слова об убийстве вовсе и не были озвучены. Она не хотела накалять и без того напряженную обстановку, дав Зетсубо возможность отшутиться и грамотно выйти из неловкой ситуации. –«Как же непросто сейчас все» - констатировала молча куноичи, провожая взглядом человека, который унес тарелку со стола. Естественно, работники забегаловки слышали слова заморского гостя, посему также не оценили его шутки. Кто-то из зала кашлянул, после чего нависла напряженная пауза, заставившая нервную систему обоих шиноби заработать в ускоренном режиме. Сенджу почему-то чувствовала себя виноватой в возникшей ситуации, потому суетливо принялась перебирать темы для будущего разговора, но только те, которые никак не будут связаны с войной. Украдкой она взглянула на собеседника, что совершенно не менялся в лице, что, кажется, умел очень хорошо маскировать свое волнение. Куда более молодого мужчину волновало жжение на языке, он был полностью погружен в ситуацию, и уже куноичи решила отшутиться, дабы хоть как-то разрядить атмосферу недоброжелательности и настороженности:
- Поверь, если бы кто-то желал тебе зла, то подсыпал тебе еще и перец в напиток, — это было первое, что пришло в ее голову. Она волновалась, беспокоясь не столько за свою репутацию, сколько за безопасность нашего шутника, ведь многим его шутка пришлась не по нраву.
- Чтобы нейтрализовать действие перца, нужно выпить стакан молока, - хотелось верить, что попытка выйти из неловкой ситуации сработала, но, по правде говоря, даже Гику не ожидала подобной фразы от заморского гостя. Почему-то Ран представила себя на его месте, будь она гостьей Киригакуре и вдруг взболтнула что-то подобное в окружении шиноби Тумана. И почему-то она думала, что косыми взглядами ее выходка бы не закончилась. Там другие люди, другой менталитет; хотя опять же менталитетом можно оправдать все, сняв с себя всю ответственность за свои действия. «Не я такой, жизнь такая», «это все дурное воспитание» - и все в этом духе. И вот продолжая испытывать сильное волнение, куноичи чуть не сбросила чашку чая на пол, но вовремя остановила себя. Рука нависла над чашкой, а после аккуратно обошла ту стороной, улегшись на коленку девушки. Еще раз оглянувшись, она достаточно громко вздохнула, после чего услышала предложение угоститься тем самым острым раменом. Острая пища, как считала куноичи, сбивала весь вкус еды, заставляя язык неметь, однако отказать гостю она не могла. Дурной тон отказывать, либо нужно было это сделать так, чтобы никто не остался обиженным. Последний вариант подразумевал неслабую мозговую деятельность, а юной Сенджу было так впадлу придумывать отговорки, что она решила пойти по самому простому пути. Подтянув к себе тарелку с еще горячим блюдом, Ран аккуратно подхватила лапшу палочками, после чего настороженно поднесла ту к своим губам. Ощущалось жжение, поначалу оно было едва ощутимым, но как только Гику прожевала и проглотила угощение, она поняла, насколько недооценила здешних поваров. Лицо ее налилось алым цветом, каждый вдох приносил Гику еще больше мучений. Кажется, она скоро воспользуется собственным советом; за секунду опустошив чашку с чаем, Ран тут же махнула работнику ресторана, после чего тихо прошипела сквозь сомкнутые зубы, стараясь в этот момент не вдыхать:
- Попить, - сиплым голосом проговорила она, чувствуя, как жжение во рту становится только сильнее, - пожалуйста, - не забывая про манеры даже в такой момент, она едва ли сдерживала себя от слез. Никогда ранее Гику не ела настолько острой пищи, а когда момент настал, девушка не была к нему готова. Можно считать, что какая-то тарелка с раменом застала великую и неповторимую Гику врасплох,  а она еще не знала, что блюдо было средне-перченым (Зетсубо досталась самая острая). Вода не спасала, немного помогла чашка сливок для кофе, и то ощущение жара в желудке продолжало докучать Сенджу, напоминая о себе каждую минуту.
- Пожалуй, это слишком для меня, - «вроде тот же вкусный рамен, на вид ничем не отличающийся от моего, но есть его просто невозможно! Таким и правда можно вызвать у неподготовленного гостя инфаркт» - недоверчиво косясь на тарелку, она позже проводила взглядом мужчину, что забрал ту с собой на кухню, после чего поморщилась, вспоминая свои ощущения. Благо съела лапши она немного, потому, будем надеяться, что с гастритом не сляжет, а то негоже врачу хворать.
- П.. Прости, я не очень люблю острую пищу, - виновато посмотрев на гостя, девушка на мгновение даже поддалась унынию. Почему-то она чувствовала себя очень неловко, были даже мысли вернуть молодому мужчине деньги, которые он потратил на блюдо, но вовремя мысленно одернула себя, решив не добавлять Зетсубо еще больше неудобств. После неловкого молчания длинною в минуту, девушка принялась тихонько покачиваться на барном кресле, смотря загадочно по сторонам. Ее взгляд блуждал по углам заведения, после чего поднялся к потолку. И вот Зетсубо вновь заговорил, фраза его очень заинтриговала куноичи, даже скорее испугала. Мужчина и это мог «услышать», от чего сердцебиение девушки стало чуть громче и чаще. –«Он посчитал количество ударов по ритму сердечных сокращений? Ну, нет, невозможно» - Ран молчала, ее удивленный взгляд скользил то по глазам молодого человека, то по его подбородку. Она часто смотрела на губы собеседника, дабы лучше понять чувства человека, но куда больше моральном состоянии человека говорили его ноги, движение которых контролировать было куда сложнее. Но не обладая на тот момент особыми навыками психолога, она могла лишь пользоваться теми, что у нее есть. Внешне же Зетсубо создавал впечатление очень спокойного и уравновешенного человека, которого трудно чем-то напугать или удивить, зато у него было то, что могло бы удивить собеседницу.
- Ухты, правда, что ли? – уголок губ куноичи дрогнул, этот момент наверняка не прошел мимо глаз Зетсубо, что наблюдал за беспокойной собеседницей. –«Да и как такое возможно? Он просто услышал. Насколько же у него развитый слух?» - порой самому себе было затруднительно подсчитать пульс, а тут такой тонкий слух и внимательность. Мужчина какое-то время слушал сердцебиение собеседницы, параллельно отвлекаясь на внешние раздражители. Это заслуживало похвалы, этот человек не зря выбрал карьеру шиноби, да еще и ниндзя медика.
- Вы … Ты меня удивляешь, - вовремя поправила себя куноичи, вспоминая, что ранее пара сделала переход на «ты». Было видно, что девушка испытывала волнение и смущение, чувствуя, что мужчина изучает ее каждую минуту, даже, когда ест или пьет. И, наверное, не стоит говорить, что дальнейший разговор пройдет в атмосфере легкого недоверия. И если Рангику даже будет пытаться казаться доброжелательной, ее напряжение будет фонить. Зетсубо расплатился за обоих, после чего будто выждал момент для начала более серьезной беседы. Внимательно выслушав его вопрос, куноичи естественно замялась, взгляд ее вдруг ушел куда-то в сторону, потом поднялся вверх. Гику думала над своим ответом, ведь вопрос был серьезным, речь шла о тернистом пути шиноби, что обязательно приведет к смерти неприятеля, а в чьем-то случае и смерти близкого. Было видно, что эта тема была очень болезненна для девушки, в первую очередь она вспомнила об отце, что до сих пор не видел в своей дочери достойной наследницы. Она, конечно, смогла развить способности своего дальнего предка, но никогда не делала на них акцент, открывая для себя и другие направления. Рангику никогда не хотела быть особенной, она зачастую преуменьшала собственные достоинства, предпочитая находиться в тени своей талантливой сестры или достаточно сильного братца, что был ее младше на три года.
- Для начала хочу сказать, что наличие великого предка не обязывает тебя быть его отражением, - возможно многие сейчас не согласятся, к примеру, тот же Зетсубо, что наверняка считал иначе, однако он интересовался точкой зрения девушки, потому она продолжила, - я считаю, что каждый должен сам избрать свой путь, что я и сделала. А ожидания других людей, это их личное дело, - в этот момент Ран почему-то сжала свою руку в кулак, в мыслях были едкие комментарии отца и родственников, что ранее пророчили куноичи великое будущее, а та пошла по пути ниндзя-медика, растоптав их амбиции в пыль. Взгляд куноичи в этот момент стал сердитым, но его скрыла тень от длинной челки девушки. Было видно, что ей совсем не нравится эта тема для разговора, но она продолжила:
- С каждым убитым человеком мы, шиноби, теряем частичку себя, - являясь пацифистом по своей натуре, девушка еще ни разу не убила ни одного человека, хотя была к этому близка. Нанесла сильные раны, но в последний момент остановила себя, дабы не добивать человека, - я еще не растеряла себя в этих бесконечных заданиях. А ты? – в этот момент она подняла глаза на молодого мужчину, что слушал свою собеседницу. По нему нельзя было понять согласен он с мнением девушки или нет, хотя такие люди, как Зетсубо, никогда не принимают ничьей точки зрения, веря лишь своей собственной. Этот человек находился где-то между правильным и неправильным, и если бы его душа имела цвет, то она была бы серой, нейтральной, безжизненной, в то время как душа куноичи полна противоречий, цветовая гамма ее души колеблется в зависимости от ситуации, но она никогда не принимает тусклых цветов.
- Уважение … А стоит тогда добиваться уважение тех, для кого смерть других людей – лишь очередная ступень для достижения собственных целей? – вопрос был риторическим, и в полной мере отражающий мировоззрение молодой девушки. Можно было подумать, что у нее нет авторитетов, но это было не так. Она всей своей душой любила и уважала господина Узумаки Наруто, видя в нем пример идеального шиноби. Он никогда не станет лишний раз проливать чью-то кровь, стараясь решить конфликт мирным путем. Такой была и Гику, пока еще не видавшей на своих руках чужой крови, наивной и неопороченной людской жадностью и алчностью молодой девушкой. Если бы отец слышал сейчас слова своей дочери, то пришел бы в ярость, впрочем, он уже был знаком с пацифистскими взглядами своей непутевой дочери, заодно знал о ее неправильной дружбе с представителями клана Учиха, что являлись кровными врагами Сенджу. Казалось, что куноичи специально докучала своему отцу, однако это неправда, просто их взгляды на жизнь отличались, и девушка просто решила оставаться при своем мнении.
- А что ты мне скажешь? Станешь добиваться расположения начальства путем бесконечных убийств? – она смотрела на мужчину внимательно, пристально, не отрывая от него взгляд. Сейчас она хотела понять, где гость искренен, а где пытается юлить.

+1


Вы здесь » NARUTO: Exile » завершенные эпизоды » [Fb] К чему приводит любопытство


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно